На рубеже XIX-XX веков, богатом на различные события и удивительных людей, жил очень необычный художник, которого звали Эгон Шиле (1890 – 1918 гг). Родившийся в семье железнодорожного служащего в небольшом городке Австро-Венгерской империи, мальчик словно сразу знал, что это не его место, его ждёт что-то более значимое, чем спокойная жизнь в провинции.
По воспоминаниям матери художника, Эгон начал рисовать уже в 18 месяцев. Малыша завораживали поезда, и изображал он, в основном, именно их. Отец мальчика категорически не одобрял это увлечение сына, он мечтал о стабильной и понятной карьере инженера железных дорог для своего ребёнка. Судя по всему, отношения между отцом и сыном были достаточно сложными, например, известен факт, что однажды в порыве злости Адольф Шиле сжёг ранние рисунки Эгона. При этом, мальчик обожал и боготворил своего папу и очень болезненно переживал его смерть в 1905 году.
Самоучка-Эгон уже в своих ранних картинах демонстрирует удивительное интуитивное чувство формы и пространства. Землисто-охристая цветовая гамма, как будто немного ржавая, которая доминирует на картине «Тыква», и далее будет любимым сочетанием художника. Он как будто чувствовал, что не проживёт долго, поэтому сразу начал быстро достигать мастерства, без долгой раскачки.
Пора заявить о себе
После смерти отца заботу об Эгоне, уже подростке, взял на себя его дядя и по совместительству крёстный Леопольд Чихачек. Опекун был солидарен с отцом юноши в том, что живопись – это баловство и не может стать профессией юноши, однако в итоге сдался под напором упрямого Эгона. У нашего героя наконец появился формальный учитель рисования – Людвиг Карл Штраух.
Вскоре Эгон поступил в ремесленно-прикладное училище в Вене и параллельно начал брать уроки у преподавателя Академии изобразительных искусств Кристиана Грипенкерля (1839 – 1916 гг), который изменил весь ход мировой истории, когда несколькими годами позже дважды не позволил некоему Адольфу Гитлеру (1889 – 1945 гг) поступить в эту самую Академию. Ну что же, Адольф не сумел, а у Эгона получилось.
Шиле с самого начала своего творческого пути, очевидно, осознавал свой талант и считал себя достойным занять высокое место в искусстве. Отличавшийся определённым пижонством, молодой человек уже в ранних работах ищет свою отличительную подпись, а также датирует картины, что обычно несвойственно начинающим мастерам.
Учёба в Академии — это, конечно, неплохо, хотя преподаватели относились к таланту Шиле скептически, считая его слишком легкомысленным, но настоящее искусство в то время творилось далеко не там. Начало ХХ века – время модерна, символизма, фовизма… Еще живы некоторые импрессионисты, задавшие моду на бытовые сюжеты и изображение реальных людей, к публике приходит осознание гения уже умершего Ван Гога. В общем, происходит много всего, не имеющего отношения к той живописи, которой учат в Академии. И конечно, Шиле впитывает всё это и принимает именно новое искусство, сопротивляясь канонам классического обучения.
Для понимания глубины пропасти контраста, давайте посмотрим на картины, например, Грипенкерля и сравним с работами символистов и иных главных героев эпохи.
А ещё… И пожалуй, самое главное - в Вене живёт и творит ОН!
Без Климта - никуда
Густав Климт (1862 – 1918 гг), выпускник ремесленно-прикладного училища, никогда не учившийся в Академии, основатель венского Сецессиона, был настоящей звездой эпохи, и многие молодые художники стремились приблизиться к нему. Например, ранее упоминавшийся Адольф Гитлер после провала с Академией нашёл способ показать Климту свои рисунки, т.к. тот был его кумиром, мнение которого много значило для Адольфа. Признанный мастер похвалил творения начинающего художника и посоветовал ему не принимать близко к сердцу мнение академиков, а продолжать бороться (в творчестве, а не так, как описано в ныне запрещённой книге).
Ровесник Адольфа Эгон Шиле также высоко ценил мнение Климта и также пробился к нему, чтобы показать свои работы. По одной из версий знакомства художников, Климт не только похвалил творчество Шиле, но и попросил какой-либо его рисунок в обмен на произведение самого Климта, на что Эгон предложил отдать всё. Мы не знаем, какие именно работы показал молодой человек, но в его портфолио были картины, которые явно демонстрировали, что он имеет свой взгляд и сохраняет свежесть и оригинальность восприятия.
Не совсем понятно, для чего это было нужно Климту, и как именно так получилось, но в итоге Шиле задержался в мастерской мастера, став, по сути, его неформальным учеником. Бывший на пике популярности, Климт, скорее, открыл для Шиле многие двери и показал возможности для развития карьеры, чем учил его непосредственно живописным приёмам (хотя и на творчество Эгона тоже повлиял).
В мастерской Густава обширная коллекция японских гравюр, которые оказали влияние на формирование собственного стиля Шиле, а также множество натурщиц, которых мог использовать и молодой художник. Климт ввёл своего протеже в различные мастерские, помогал получать интересные заказы, попутно объясняя тонкости организации работы. При этом, в творческом аспекте Шиле не испытывал никакого давления со стороны звезды эпохи, но сам по себе не мог не проникнуться тем, что в то время творил Климт.
1905 – 1909 гг – время так называемого «золотого» периода в творчестве Климта, характеризующегося обилием сусального золота, декоративных элементов, а главное – очень чувственными работами. В этот период пишется знаменитый «Поцелуй», «Портрет Адели Блок-Бауэр I» и иные шедевры Климта.
За редким исключением, Шиле не копирует и не цитирует Климта напрямую, но воспринимает его идеи. Например, как можно организовать и заполнить пространство картины, как расположить фигуру портретируемого, как обыграть мебель, как «приручить» квадратный и зауженный вытянутый прямоугольный формат картин…
В 1908 г. Климт принял участие в Венской художественной выставке, куда включил и работы нашего молодого героя. А уже в следующем году Шиле ушёл из Академии искусств и в духе времени не просто сам хлопнул дверью, а ещё и увёл за собой некоторых других учеников и основал собственное объединение «Группа нового искусства». Для молодого и гордого Шиле было принципиально важно стать лидером своего кружка, а не оставаться постоянно под крылом Климта.
Вскоре молодой художник нашёл свой собственный стиль, который смотрится даже радикальней, чем смелые и новаторские работы Климта. Шиле не украшает окружающую действительность, скорее, специально ищет боль, изломы, можно даже сказать, грязь. Он использует палитру с упором на коричневый, его мазки нарочито крупные и как будто размазанные. Это уже не арт-нуво, а экспрессионизм.
Ещё несколько лет Шиле продолжал работать и развиваться под чутким руководством Климта, пока в 1911 году не уехал из Вены, прихватив с собой одну из натурщиц мастера, с которой у него завязался роман. Мелодраматично настроенные исследователи склонны считать, что влюблённая парочка сбежала из столицы Австро-Венгерской империи, опасаясь гнева Климта. Более реалистично и прагматично настроенные настаивают, что Климт не придал никакого значения тому, что одна из многочисленных его натурщиц, Валли Нойциль, его оставила. Скорее всего, переезд из Вены в провинцию был обусловлен экономическими причинами: Шиле хотелось жить на более широкую ногу, чем он мог себе позволить в дорогой столице.
Как бы то ни было, молодой человек и его возлюбленная начали полностью самостоятельную жизнь в городке Крумлов (современная Чехия), откуда потом переезжают в местечко Нойленгбах поближе к Вене. Шиле очень много и исступлённо работает, рисуя множество картин на свои излюбленные темы.
Основные мотивы творчества
Особый интерес у художника вызывали беременные женщины и рождение детей. Известно, что он любил приходить в родильные дома и изображать пациенток, судя по всему, из не очень благополучных слоёв населения. При этом, тема беременности и рождения жизни в его творчестве зачастую соседствует со смертью.
Такая мрачная одержимость поражает, особенно зная, какая трагедия ждёт нашего героя впереди, но об этом позже…
Шиле с видимым интересом изучает натуру людей и рисует множество портретов, особенно ему удаются мужские (в отичие от Климта, который наоборот предпочитал писать женщин). Есть у него и самый любимый натурщик – Эгон Шиле. По количеству автопортретов художник, возможно, превзошёл даже Рембрандта (1606 – 1669 гг.), притом, что прожил в 2,5 раза меньше, чем великий голландец.
Автопортреты разные и пишутся по различным поводам. Где-то Шиле явно любуется собой любимым, где-то изучает своё тело и различные эмоции и состояния, иногда автопортрет – просто самый удобный инструмент для разработки своих идей. Автор рисует себя без прикрас – тощим, угловатым, немного лопоухим. При изображении людей у Шиле особенно выделяются нарочито длинные узловатые пальцы, и на автопортретах мы, конечно, их тоже видим.
Писал Шиле и пейзажи, и это, пожалуй, самая неиспорченная тема в его живописи. Хотя и тут он остаётся верен себе: использует множество земляных оттенков, из всех времён года предпочитает осень. Города на его картинах совсем безлюдные, он сам часто называет их «мёртвыми городами», деревья – совсем без листьев или вот-от без них останутся.
Несмотря на то, что следующую популярную тему картин Шиле технически тоже можно отнести к портретам, это всё же несколько специфические работы… Художник части и много писал обнажённую натуру. Довольно эротичные картины, зачастую на грани порнографии, а где-то даже и за этой гранью. В общем, эта тема пользовалась спросом, и подобного рода картины рисовали многие художники. Вот только наш герой любил изображать молоденьких девушек. В какой-то момент Шиле организовал мастерскую, где местные девочки-подростки из неблагополучных семей могли укрыться от родителей и других своих неприятностей, а он, таким образом, имел натурщиц.
Шиле остаётся экспрессионистом даже при обращении к теме чувственности. Эти тела выглядят «поломанными», вульгарными и грубыми. Как и в основной массе работ Шиле, это болезненная, тяжёлая живопись, с которой очень трудно долго находиться в одной комнате.
В 1912 году Шиле обвинили в попытке то ли похищения, то ли растления малолетней девушки. Когда полиция пришла в его мастерскую, то нашла там множество «тусующихся» подростков и кучу откровенных картин. В общем, наличие изображений, которые можно было отнести к порнографическим, в то время никого не смутило, однако одна из таких картин висела на стене. Шиле арестовали по обвинению в неосторожном обращении с откровенными изображениями, которые могли находится в доступе несовершеннолетних лиц. Растление доказано не было. По предъявленному обвинению художник провёл 24 дня в тюрьме, а затем был выпущен на свободу.
Тогда же стало понятно, что оставаться в Нойленгбахе более невозможно, идея обосноваться на постоянной основе в маленьком городке провалилась. Пора возвращаться в Вену.
Конец «прекрасной эпохи»
Популярность Шиле медленно, но верно растёт. Его стабильно приглашают к участию в разных выставках, количество заказчиков также увеличивается. Парадоксально, но судебный процесс о порнографии не разрушает карьеру, а наоборот способствует развитию карьеры. Он по-прежнему хорошо общается с Климтом и получает от него советы и поддержку.
Шиле изображает себя и своего учителя в образе отшельников. Художник использует любимый Климтом квадратный формат, фигуры своим положением и слиянием в одно целое напоминают «Поцелуй», но это произведение искусства Шиле, смысл которого можно трактовать по-разному. Два никем непонятых отшельника, которые могут рассчитывать только на себя? Или выдвинутая вперёд фигура Шиле намекает, что он готов стать продолжателем дела Климта, всегда готовым подставить плечо старшему товарищу? Как бы то ни было, работа очень мощная и по-настоящему зрелая.
В 1913 году была проведена первая персональная выставка Шиле в Мюнхене. Чувствуя себя на волне успеха, молодой художник начинает задумываться о том, чтобы стать более солидным человеком, остепениться, завести семью. Казалось бы, его верная спутница Валли должна быть счастлива, но загвоздка в том, что с такими мыслями к Шиле приходит и осознание того, что для достижения его высоких целей ему нужна более, скажем так, порядочная жена. Девушка-натурщица, которую он подобрал в мастерской Климта, на такую роль не годится.
Зато по соседству живёт семья, пусть небогатая, но порядочная, в которой есть две дочери. Одну из них, Эдит, Шиле выбрал себе в качестве спутницы жизни, а на холсте рассказал нам о своём расставании с Валли. Изначально картина называлась «Автопортрет с Валли», но после известия, что она умерла от тифа в 1917 году, была переименована в «Смерть и девушку».
Личные драмы, конечно, всегда привлекательны, но в это время разворачивается драма покрупнее – Первая мировая война. Через три дня после бракосочетания с Эдит художник отправился на фронт. Начальство Шиле быстро поняло, что солдат из него так себе, зато факт того, что восходящая звезда живописи воюет за свою страну, можно неплохо использоваться в качестве пропаганды.
Молодой человек был приписан к тыловому обеспечению и использовал военное время для расширения своего живописного наследия, рисуя окружающих его людей.
Через год, в 1916 году, Шиле вернулся домой с фронта и снова с головой погрузился в творчество.
Наступил 1918 год. Первая мировая война приближалась к своему окончанию 11 ноября, а вместе с ней конец ждал и Австро-Венгерскую империю, но очень многие об этом никогда не узнали…
6 февраля 1918 года умер Густав Климт. Его верный и любимый ученик Эгон Шиле зарисовал голову мёртвого учителя. Глядя на портрет, не сразу понимаешь, в чём подвох: это уже умерший человек, он лежит, значит, расположение должно быть горизонтальным. Шиле намеренно сделал его вертикальным –Климт продолжает жить посредством своего искусства.
Шиле начали воспринимать, как творческого наследника Климта, он готовился стать главным художником страны. А ещё – Эдит беременна, наш герой скоро станет отцом! Казалось, несмотря на внешние проблемы эпохи, всё самое прекрасное впереди, но у жизни были свои планы…
Сильные мира сего начали вести переговоры о мире, а параллельно начала разворачиваться новая «война» немного иного рода. Испанский грипп, или «испанка», масштабная пандемия 1918 – 1920 гг, унесшая жизни миллионов людей. Эту статистику пополнила и семья нашего героя.
На шестом месяце беременности умерла Эдит Шиле,а через три дня, 31 октября 1918 года, за ней последовал её муж.
Неизвестно, когда именно художник начал писать «Семью», но точно известно, что заканчивал он её уже перед самой смертью – муж, жена и их так никогда и не родившийся ребёнок.