Начало года, кажется, наконец, принесло разрешение созданного сербскими властями и их американскими друзьями кризиса вокруг Нефтяной индустрии Сербии. Напомним, это компания, более 56% которой принадлежит российской корпорации Газпром. Прямо скажем, рейдерский захват, на который рассчитывали антироссийские силы в Сербии, не получился. Ни британцы, ни французы, ни американцы не получили желаемого контроля над этим крупнейшим предприятием энергетической инфраструктуры юго-восточной Европы. Долю Газпрома выкупает венгерская группа MOL, сербское государство докупит ещё 5% к своим 29%, получая возможности большего влияния на политику компании, ну а для контроля баланса интересов к сделке планируют подключиться арабы. Вероятно, они купят какую-то часть уже у венгров.
Итоговое распределение долей пока до конца непонятно, но уже сейчас можно сделать вывод, что это решение, вероятно, было лучшим из доступных на данный момент в первую очередь для самой Сербии. Кажется очевидным, что если бы план Вучича по национализации НИС реализовался, то предприятие было бы пущено с молотка также как и ещё десяток важных государственных компаний, которые были распроданы буквально в конце минувшего года (включая банк Поштанска Штедионица – сербский аналог Сбербанка с более чем столетней историей, который был куплен Альта-Банком, аффилированным с семьёй действующего президента Сербии). Между тем, если арабам будет передана часть от тех 56,12%, которые приобретает MOL, а Сербское государство увеличит свою долю, это станет некоторого рода страховкой для Сербии и России на случай проигрыша Орбаном следующих выборов. Сейчас партнерские отношения Орбана с Путиным и Трампом позволяют России сохранять своё влияние через венгров, но при этом не мешают Штатам выращивать на Востоке Европы новый центр силы в противовес либерально-глобалистской старой Европе.
Является ли это концом игры? Конечно, нет. Это лишь точка временного баланса. Что будет дальше, зависит от ряда факторов. Первый и самый очевидный – результат выборов в Венгрии в этом году. Фактически поле битвы за систему энергообеспечение Европы смещается сейчас туда.
Неоспоримо, что Виктор Орбан и его партия «Фидес» стабильно и упорно отстаивали национальные интересы Венгрии на протяжении уже 16 лет. При этом Орбан настроен на партнерские отношения с Россией отчасти из-за ясного понимания выгоды от существующего энергетического сотрудничества, отчасти из-за отсутствия адекватных альтернатив. Несмотря на явные мечты о Великой Венгрии, в отношении Сербии Орбан также нацелен миролюбиво, ему хватает экономического и культурного влияния в этой стране, особенно в регионе Воеводина, где венгры, в действительности составляя меньшинство, имеют множество привилегий относительно сербов.
Главный конкурент Орбана – Петер Мадьяр и его Партия уважения и свободы (Тиса). Ему 44 года, он полон энергии и энтузиазма, позиционирует себя как борца с коррупцией, но при этом продвигает риторику о приверженности традиционным ценностям и национальным интересам. По сути, про него говорят, что это «молодой Орбан без недостатков Орбана», что делает Мадьяра довольно серьезной угрозой нынешнему премьер-министру. Однако, и для Венгрии, и для Сербии, и для России победа партии Тиса рискует обрушить существующий тонкий баланс интересов, в том числе и в отношении энергетического комплекса юго-восточной Европы.
Особым маркером в этом контексте является то, что 19 января Петер Мадьяр назначил бывшего исполнительного вице-президента нефтяной компании Shell (штаб-квартира в Лондоне) Иштвана Капитани ответственным за экономический блок в своей предвыборной команде.
Ещё пару лет назад Петер Мадьяр был известен лишь как муж бывшего министра юстиции в правительстве Виктора Орбана - Юдит Варге, которая должна была возглавить список партии «Фидес» на выборах в Европарламент в 2024 году. У этой считавшейся идеальной пары трое детей. Но политические амбиции Петера и беспринципное использование в тёмную собственной супруги разрушили этот союз. Когда Юдит Варге была вынуждена уйти в отставку из-за скандала с помилованием педофила (по её словам она была против этой идеи, но её подпись на документах стоит), Мадьяр решил начать собственную карьеру, выйдя из состава правящей партии и опубликовав запись его разговора с женой, сделанного им дома в секрете от неё. На записях, которые стали достоянием общественности, звучал голос Варги. Она рассказывала о попытке помощников главы ведомства премьера Антала Рогана уничтожить часть доказательств по так называемому делу Волнера — Шадля.
После публикования записей госпожа Варги подала на развод, заявив, что долгие годы была жертвой манипуляций и насилия со стороны мужа. Впрочем, очевидно, что человек, способный втихую использовать мать своих детей ради собственной карьеры, и на другие пакости способен.
Тем не менее. Петер Мадьяр пользуется значительной поддержкой венгерского общества. Кроме продвигаемого лозунга о борьбе с коррупцией он известен также как ярый националист. Очки Мадьяр набирает за счет демонстрации близости к народу и на особом внимании к венгерским диаспорам, живущим в прилегающих к Венгрии странах, особенно в румынской Трансильвании. В прошлом году он и его соратники совершили 11-дневный пеший поход до этого румынского региона, общаясь по дороге с местными жителями. Впрочем, тут прослеживается хорошо продуманный политтехнологический трюк. На сорванных Евросоюзом выборах в Румынии Орбан поддерживал крайне правого кандидата Джордже Симиона, который в прошлом участвовал в погромах венгерских кладбищ. Этот факт вызвал сильное возмущение трансильванских венгров, и Мадьяр сыграл на этом. Также конкурент венгерского премьера отметился и в сербской Воеводине. Сербские венгры настроены против Орбана из-за его поддержки Вучича. Мадьяр разыграл здесь антикоррупционную карту, поставив на одну полку Вучича и Орбана.
В другом регионе – так называемой Транскарпатии, принадлежащей Украине, где Орбан имеет очень сильные позиции, команда Мадьяра занялась устранением конкурента по другой схеме. Друг и соратник Петера Мадьяра Роланд Цебер в интервью, записанном 25 мая 2025 года, заявил: «В Закарпатье существует политическая партия, которая, как можно с уверенностью сказать, присутствует в региональном совете, местных муниципальных органах, городских советах и контролируется из Будапешта. Это не секрет.» Речь шла о Закарпатской венгерской культурной ассоциации (КМКСЗ). В интервью Novini LIVE Цебер заявил: «Мы можем с уверенностью сказать, что она контролируется из Будапешта», имея в виду главную политическую организацию венгров в Закарпатье. После его заявлений украинские источники сообщают, что власти уже начали расследование в отношении лиц, связанных с КМКСЗ.
То есть технология команды Мадьяра проста до безобразия. Там, где есть почва для критики партии Орбана, он поддерживает и подпитывает протестные настроения. Там, где чаша весов не на его стороне, защита венгров перестаёт быть приоритетом и можно просто зачистить конкурентное поле чужими руками (в данном случае СБУ).
Главный козырь Петера Мадьяра – популизм. В своих выступлениях он говорит о единстве, мире и в целом позиционирует себя как универсального кандидата, объединяющего и консервативное националистически ориентированное большинство, и либеральную ранее разрозненную оппозицию, обращается к согражданам «братья и сестры», любит добавлять в свой образ элементы национальной одежды. Естественно, это находит отклик у народа. Ну и давайте будем честны, многие из предъявляемых к Орбану претензий (например, о состоянии инфраструктуры или замедлении экономического роста) обоснованы, однако не учитывают многих факторов существующей геополитической реальности. В целом всё относительно, конечно. В Венгрии не наблюдается падения козырьков вокзалов, обрушения мостов или крыш домов, какое мы наблюдаем в Сербии и даже в США. А огромное количество предприятий за время правления Орбана получили поддержку и развитие.
Образ Петера Мадьяра в чем-то напоминает более удачную версию проекта «Алексей Навальный» – некогда молодого националиста, поднимавшего знамя борьбы с коррупцией, объединявшего разрозненных оппозиционеров. Однако поднимал он это знамя не от чистого сердца, а от больших амбиций, подпитанных деньгами ЦРУ и MI6. Навальный потерял актуальность, когда российское государство само успешно возглавило борьбу с коррупцией и взялось за решение ряда других, поднятых им проблем. К началу 2020-х большинство россиян вообще забыло о его существовании. К тому же выяснилась информация о связях Навального с британскими агентами, дружбе с американскими агентами и обучении на специальной программе «лидеров» в Йельском университете. Узнаем ли мы нечто подобное о Петере Мадьяре, неизвестно, но беспринципность в отношении ближайших родственников, назначение в свою команду топ-менеджера британской нефтяной компании, ловкое манипулирование настроениями диаспор говорит о двух вещах: он – циничный карьерист, его продвигает очень опытная и высоко профессиональная команда. Откуда она взялась и кто за неё платит?
Экономическая стратегия, озвученная Мадьяром и его командой, заключается в отказе от поддержки крупных производителей, в создании условий для развития малого и среднего предпринимательства и возвращении инвестиций ЕС. По словам ответственного за экономику и упомянутого ранее Иштвана Капитани, выделение средств Европейского союза и предсказуемая политика помогут оживить экономику.
Однако эта бодрая риторика упускает из виду факт, что ЕС приостановил финансирование на миллиарды евро в связи с реформами верховенства права, проводимыми Орбаном, что вынудило правительство сократить государственные инвестиции и нанесло удар по экономике. Тут же и Transparency International назвала Венгрию самой коррумпированной страной в ЕС, что выглядит нелепым и смешным на фоне полной безнаказанности руководства ЕС, замешанного в коррупционных скандалах от липовых поставок масок и вакцин во времена ковида до махинаций с гуманитарной и военной помощью Украине.
По сути, Евросоюз наказывает Венгрию за наличие у неё суверенитета, неприятие европейского законодательства о сексуальных меньшинствах, мигрантах и прочей либеральной глобалистской ереси. Также европейцев раздражает позиция Орбана в отношении конфликта на Украине. И совершенно очевидно, что ЕС изменит эту ситуацию, только если Венгрия сдаст свои позиции. Поэтому, когда господин Капитани и господин Мадьяр говорят, что «необходимо вернуть средства ЕС домой... необходимо использовать их справедливо и эффективно», они практически открыто говорят о полном встраивании Венгрии в структуру ЕС с потерей экономического и политического суверенитета. А это предусматривает не только подчинение Венгрии всем этим безумным лево-радикальным правилам, но и разрушение крупных предприятий (или утрату над ними национального контроля), являющихся локомотивом экономики (как это было с другими странами Восточной Европы). Вхождение Венгрии в зону евро и вовсе станет могильным камнем на венгерском суверенитете, из под которого будет уже не выбраться. Если вы не контролируете свою монетарную систему, вы не контролируете ничего.
ЕС не нужна сильная национально ориентированная Венгрия, поскольку её мощь в перспективе может составить конкуренцию старым европейским центрам силы – Лондону, Парижу и Берлину. Однако именно для создания такого нового противовеса европейским глобалистским элитам Дональд Трамп оказывает поддержку Виктору Орбану и даже разрешает прямую работу с Россией, чего он не позволяет другим игрокам. Для нынешнего руководства США суверенная Венгрия является важным союзником в борьбе с глобалистами, притягивая суверенистов в Восточной Европе, таких как Роберт Фицо. Именно поэтому Орбан на выборах в Румынии высказывался за румынского националиста Джордже Симиона. Для выживания и сохранения самобытности венгерского государства ему нужно союзничество соседями, которые также хотят сохранить себя вопреки воле Брюсселя. Отсюда сотрудничество со Словенией, Словакией и Сербией (хотя она уже почти утратила суверенитет, но здесь для Орбана важно положение диаспоры и доступ к энергетическому сектору). Отсюда же и хорошие отношения с Путиным и Трампом, которые несмотря на противоречия по многим вопросам считают ЕС врагом и готовы поддерживать и укреплять Венгрию в противовес Брюсселю. Петер Мадьяр играет за другую команду.
Продажа НИСа для России – это в целом плохо, мы потеряли последний крупный рабочий актив в Европе, в ключевом регионе – на Балканах. Это также снова ставит нас в зависимость от политической судьбы одной партии, одного лидера, как и в случае с Сербией. На данный момент мы сохраняем рычаги влияния через договоренности с Орбаном и арабами, но входим в зону высоких рисков потерять всё. Причём даже сохранение Орбаном его позиции даёт нам лишь выигрыш времени, чтобы придумать какое-то решение.
В последние годы Венгрия, Сербия и другие Балканские страны помимо расширения сотрудничества с США по вопросам диверсификации поставок углеводородов активно взаимодействовали с правительством Азербайджана по тому же вопросу. Азербайджан наращивал поставки нефти и газа на Балканы через территорию Турции. Понятно, что Баку не в состоянии покрыть потребности региона, и через те же трубопроводы Балканы получают и российское сырьё. Однако совместный проект строительства нефте- и газотранспортной системы Сирии, Турции и Азербайджана для поставки углеводородов в Европу открывает новые пути диверсификации. Сирийская нефть вытиснит российскую. А Катар, который уже занял место России на Европейском рынке, получит возможность, наконец, построить тот трубопровод через территорию Сирии, из-за которого и начался весь сирийский конфликт. Когда (если) этот пазл сложится, Россия потеряет европейский энергетический рынок полностью и ни Китай, ни Индия, ни рост внутреннего потребления не смогут этого компенсировать. При этом мы потеряем и последние экономические рычаги в регионе, а Азербайджан и Турция, будучи узловым элементом этой системы, начнут строить новую тюркскую империю у наших границ.
Этот сценарий плох и для России, и для Сербии, и даже для США. Судя по регулярным атаками украино-британских спецслужб на терминалы Каспийского трубопроводного консорциума (в котором долю имеет и США), повлекшим переориентацию логистики поставок Казахской нефти в Европу на нефтепровод Баку - Тбилиси - Джейхан (БТД), контроль над всеми этими процессами берет на себя именно Британия, которая наряду с Израилем, по сути, является родоначальником и оплотом глобалистских сил. Поэтому для получения контроля над НИС британцам не нужно будет больше требовать чего-то от Вучича. Они получат полный контроль в более серьезном масштабе.
Сербия и сербское правительство на данный момент во всех этих процессах является объектом, давно передав свою субъектность западным «партнёрам», причем сразу всем. Увеличение сербской доли в НИС даст сербам шанс влиять на решения компании в локальном масштабе, но ничего не изменит в общем сценарии. Более того, изменения в венгерском руководстве по итогу будущих выборов превратят мягкие экономические рычаги Орбана в оружие крайне националистически настроенного нового правительства. Единственным позитивным сценарием может быть ситуация, когда Россия и США урегулируют свои отношения и прийдут к соглашению, по которому Россия сможет вернуть НИС и другие активы своих нефтяных и газовых компаний в Восточной Европе, чтобы сорвать планы глобалистов. Но непомерная жадность Трампа и его команды делает такой сценарий маловероятным.
Продажа НИСа для России была вынужденным шагом, ставшим следствием множества ошибок в нашей политике на Балканах. Как уже было сказано, продажа НИС венгерской компании – лишь временное решение. Мы выигрываем немного времени, чтобы что-то предпринять. Но стремительное развитие событий может обнулить все наши шансы отыграть назад эту потерю.
Версия на сербском опубликована на портале Српски став: https://srpskistav.com/autorski-tekstovi/руска-се-труба-из-нис-а-чује/