Прошло несколько месяцев.
Андрей всё ещё жил в мире, который постепенно разрушил Максим. Его работа была утрачена, друзья не хотели его видеть, потому что «что-то с ним не так», а родители - хотя и пытались восстановить привычный порядок - больше не доверяли ему полностью. Каждый день напоминал о том, что жизнь, которую он считал своей, теперь частично принадлежит другому.
Он ходил на улицы, где раньше чувствовал себя дома, и видел, как мир, который был его, уже ему не принадлежал. Каждое знакомое место, каждый маршрут - Максим мог быть там, мог быть везде, где когда-то жил Андрей.
Максим же жил своей новой жизнью.
Он уехал далеко. Он исполнил все, хотел. Но иногда, когда он смотрел на себя в зеркало, он замечал пустоту в глазах: жизнь, которую он пытался строить после мести, не давала радости.
Зотя осуществилось все, что он планировал: Андрей потерял почти всё.
И где-то глубоко, в тихой комнате памяти, Максим почувствовал странное смутное сожаление. Не жалость к брату, а ощущение пустоты, которой нельзя было заполнить никакой властью, никакой хитростью.
Андрей же продолжал жить, каждый день ощущая шрам на своей судьбе. Но в этом шраме была и сила: теперь он понимал, как тонка грань между собственной жизнью и чужой, между безопасностью и контролем.
И история закончилась так, как и началась - холодно, жестко, без прощения.
Два брата, один с разрушенной жизнью, а другой с пустой.
И ни один из них уже никогда не сможет вернуть утраченное.
