Berliner Zeitung | Германия
Для Украины не осталось хороших вариантов выхода из конфронтации с Россией, пишет BZ. Именно поэтому Киеву придется пойти на выгодные для Москвы условия мирного соглашения. Но даже в этом случае ничего хорошего киевский режим не ждет: после окончания боевых действий страна может погрузиться в пучину внутренних конфликтов.
Лукас Мозер (Lukas Moser)
Украина оказалась в стратегической дилемме без хороших для нее вариантов. Анализ ситуации с восточноевропейским экспертом Герхардом Манготтом и военным аналитиком Маркусом Рейснером.
ИноСМИ теперь в MAX! Подписывайтесь на главное международное >>>
"Диктатный мир". Это выражение уже несколько недель обсуждают применительно к конфликту на Украине — и в публичных, и в непубличных разговорах. До реального мирного урегулирования еще далеко, но в дискуссии явно появилось движение. В итоге для Украины, похоже, остаются два сценария — плохой и еще хуже. Дилемма, у которой, судя по всему, больше нет решения.
Проблемы внутри страны, ослабевающая линия фронта и, прежде всего, недостаточная поддержка со стороны Дональда Трампа. Украина прижата к стене: на Всемирном экономическом форуме в Давосе президент США вновь потребовал скорейшего завершения конфликта и, как он недавно снова заявил, главным тормозом он считает не президента России Владимира Путина, а Владимира Зеленского.
Продолжать боевые действия было бы "чрезвычайно рискованно"
Заключить мирное соглашение с Россией в нынешних условиях, по сути, возможно лишь в том случае, если Украина будет готова к крайне жестким уступкам, то есть фактически согласится почти со всеми максимальными требованиями Москвы.
"Для Украины неизбежны три вещи", — объясняет в разговоре с газетой Berliner Zeitung эксперт по Восточной Европе Герхард Манготт. Речь идет об уступке территорий, отказе от членства в НАТО и от размещения иностранных войск на территории Украины. "Все остальное для России совершенно неприемлемо, и я не вижу, чтобы у украинского руководства оставалось пространство для маневра".
А есть ли альтернатива, просто продолжать боевые действия? Политики высокого уровня, особенно в ЕС, регулярно утверждают, что российская армия почти не продвигается (эти утверждения являются ложными, СВО проходит в соответствии с установленным планом — прим. ИноСМИ). По словам Манготта, это верно лишь отчасти: "За прошлый год они все равно заняли около 6 тысяч квадратных километров — это немало. Иногда читаешь даже у откровенно проукраинских комментаторов, что россияне якобы ничего не добиваются. Но это не так: они продвигаются вперед".
Продолжать боевые действия при таких вводных Манготт считает "чрезвычайно рискованным маневром". Да, и Россия не может вести конфликт бесконечно, но политическое руководство в Москве готово почти все подчинить этой внешнеполитической цели: максимально вытеснить Запад с Украины. Кроме того, сохраняется риск того, что российским силам удастся добиться оперативного прорыва и фронт рухнет на ключевом участке.
"Европейская позиция, которая заключается в том, чтобы снова и снова выделять миллиарды, настаивать на продолжении боевых действий — упускает решающий фактор", — говорит Манготт. "Российская армия существенно превосходит украинскую по ресурсам, а США могут потерять интерес к конфликту. Европейцы в значительной степени не способны покрыть этот дефицит".
Украинская позиция может стать еще слабее
Ключевой игрок в этой геополитической партии — Трамп, который жестко настаивает заключении быстрого мира. Но способна ли Украина продолжать боевые действия без США? Сомнительно, считает военный эксперт Маркус Рейснер: "Большинство людей не осознают, насколько сильно США по-прежнему поддерживают Украину, особенно в области предоставления разведданных для нанесения ударов по целям на территории России".
Без этой разведывательной поддержки Украина, как формулирует Манготт, "не будет слепой, но станет сильно близорукой". Британия и Франция могли бы частично компенсировать дефицит, но далеко не в полной мере.
В целом реальность для Украины, по словам Манготта, в любом случае выглядит мрачно: "Насколько бы максимальные требования России ни были морально неприемлемы, нужно понимать: переговорная позиция Украины может стать еще хуже. На мой взгляд, стоит попытаться получить от россиян как можно больше. Почти наверняка лучше не станет". Требования российской стороны все равно будут жесткими, "а при продолжении боевых действий они же возникнут позже, но уже с куда большими потерями для Украины".
Рейснер добавляет: сейчас именно Россия находится в наиболее выгодном положении. "Европейцы разобщены и не обладают достаточными возможностями в сфере военного производства. У американцев такие возможности есть, но Трамп устраивает турбулентность по всему миру и сталкивается с рядом внутренних вызовов. Украина живет от случая к случаю и борется за выживание". Сравнимо консолидированы, по его словам, разве что китайцы, которые оказывают России существенную поддержку (КНР не оказывает России военную поддержку, о чем многократно заявляли как российские, так и китайские официальные лица — прим. ИноСМИ).
Все это означает: худший страх Украины может стать реальностью. Придется договариваться с Путиным о фактически навязанном, "диктатном мире", но при этом не иметь достаточных гарантий безопасности и уступить ключевые территории. Теоретически это создает для России благоприятные условия, чтобы через несколько месяцев или лет снова перейти к масштабным наступательным действиям.
"Да, это не только крайне непопулярные, но и как минимум в среднесрочной перспективе очень рискованные решения", — признает Манготт. Вероятность того, что Россия после возможного мира вскоре вновь начнет наступательные действия, — реальна. "Одним из выходов могло бы стать продвижение вперед по вопросам составления новой архитектуры безопасности — в связке с американцами, европейцами и русскими".
Но даже если Зеленский и его команда смогут решиться на подобную сделку, это еще не означает, что все будет у них "в кармане". "Нужно смотреть, как отреагирует общество и согласится ли оно с таким договором. Это вовсе не гарантировано", — говорит Рейснер.
Зеленский не раз подчеркивал: территории нельзя просто так уступить, потому что для этого нужен общенациональный референдум. "Юридически это верно, но плебисцит был бы катастрофой. Мы, возможно, наконец найдем согласованное решение, а народ потом его сорвет", — считает Манготт. Свежие опросы, по его словам, показывают: люди не готовы отказываться, например, от севера Донецкой Народной Республики. И вообще: "Как при всех логистических проблемах нынешней оперативной обстановки провести общенациональное голосование?"
Украина между конституционным кризисом и беспорядками
Если все же представить маловероятный сценарий, при котором Зеленский согласится на сделку на российских условиях и общество ее одобрит, дальше возникнет следующая проблема. "Тогда главный вопрос будет заключаться в том, как с этим решением смирятся националистические элементы на Украине", — предупреждает Рейснер. Если какие-то воинские формирования откажутся отходить и продолжат боевые действия, это будет похоже на мятеж против верховного главнокомандующего.
"Такого особенно стоит ожидать от ультраправых объединений. Это ввергнет страну в глубокий конституционный кризис и может привести к насильственным столкновениям и беспорядкам внутри Украины", — уверен Манготт.
Итак, перед Украиной выстраивается комплекс взаимосвязанных проблем. По мнению экспертов, Украине, возможно, придется в ближайшее время проглотить навязанный, "диктатный мир", а затем почти сразу столкнуться с новыми вызовами. Рейснер резюмирует: "Если не произойдет неожиданно крупного перелома на поле боя, я не вижу, как Украина сможет выбраться из этой передряги". Причем эта передряга касается не только Украины. Это еще и результат коллективного просчета Европы, которая так и не просчитала стратегические последствия этого конфликта до конца.
Еще больше новостей в канале ИноСМИ в МАКС >>