22 января 2026 года в Давосе произошло событие, которое окончательно перевело инициативу Дональда Трампа из области слухов в правовое поле. Трамп и представители 18 других государств подписали Устав новой международной структуры — «Совета мира» (Board of Peace).
После волны спекуляций о «предательстве» и «смене курса» у нас наконец появился текст правил. Давайте разберемся, что этот документ на самом деле дает странам-участницам, а что — категорически запрещает. И где в этой схеме находится место для Беларуси и России.
Факт: подписи поставлены. Кто в клубе?
Церемония подписания прошла на полях Всемирного экономического форума. Первыми учредителями, помимо США, стали 18 стран: Армения, Аргентина, Азербайджан, Болгария, Венгрия, Индонезия, Иордания, Казахстан, Монголия, Пакистан, Парагвай, Катар, Саудовская Аравия, Турция, ОАЭ, Узбекистан, а также самопровозглашенное Косово.
Обратите внимание на географию: это в основном не западные державы, а государства из Азии, Ближнего Востока, Восточной Европы и постсоветского пространства. Ключевые союзники США по НАТО, такие как Франция, Германия, Италия или Канада, отказались от участия или заняли выжидательную позицию. Это важный маркер: «Совет мира» с самого начала — не общезападный проект, а альтернативная коалиция, собранная по персональному приглашению Трампа.
Что интересного и спорного в Уставе: пять ключевых пунктов
- Пожизненный председатель с неограниченными полномочиями. Устав называет Дональда Трампа первым и бессрочным Председателем (Chairman). Он обладает исключительным правом приглашать и отстранять страны-участницы (последнее может быть отменено только 2/3 голосов), создавать любые внутренние структуры и, что самое важное, обладает правом вето на любое решение Совета. Это делает организацию в высшей степени централизованной и зависимой от воли одного человека.
- «Миллиардный порог» для постоянного членства — правило или исключение? Пункт, вызвавший больше всего шума. Согласно Уставу, стандартный срок членства — 3 года. Однако страна, внесшая взнос в размере $1 млрд и более в течение первого года, получает постоянный статус, на который не распространяется трехлетний лимит. Президент России Владимир Путин, комментируя приглашение, заявил о готовности направить такую сумму для поддержки палестинского народа через этот Совет. При этом Александр Лукашенко публично опровергал слухи о том, что Беларусь должна заплатить за вход, заявив, что для таких стран участие бесплатное. Это указывает на возможную гибкость в применении правил к разным участникам.
- Расширенный мандат: не только Газа. Изначально структура создавалась как «Совет мира по Газе» (Gaza Peace Board). Однако в окончательном Уставе миссия сформулирована шире: содействие миру «в районах, затронутых или находящихся под угрозой конфликта» по всему миру. Спецпосланник Трампа Стив Уиткофф подтвердил, что Совет будет работать и в других регионах. Фактически это инструмент, который может быть применен где угодно по решению Председателя.
- Формальное равенство при фактическом контроле. Каждая страна-участница имеет один голос, и решения принимаются простым большинством. Однако, как уже сказано, любое решение должно получить одобрение Председателя. Таким образом, механизм коллективного принятия решений существует, но его итог всегда зависит от санкции Трампа.
- Отношения с ООН: сотрудничество или конкуренция? В преамбуле Устава содержится скрытая критика старых институтов, «которые слишком часто оказывались неэффективными». Трамп публично заявлял, что Совет будет работать «в сотрудничестве с ООН», но многие эксперты и политики (например, министр иностранных дел Германии Анналена Бербок) расценивают создание Совета как прямой вызов и атаку на систему ООН. Сам Совет имеет мандат от СБ ООН (резолюция 2803) на работу в Газе, но теперь явно выходит за эти рамки.
Мнение эксперта: зачем это нужно участникам?
Мы обратились к нашему эксперту-международнику с вопросом, который волнует многих читателей: «Если правила такие жесткие и выгодны одной стороне, зачем присоединяться другим?»
- Ответ эксперта: «Устав ясно показывает, что это не союз равных, а прагматичная платформа, созданная по инициативе и под контролем США. Для таких стран, как Венгрия, Армения или Казахстан, участие — это сигнал о наличии особого канала коммуникации с Вашингтоном, возможность заявить о себе на новой площадке и потенциально влиять на обсуждение тем, важных для региона. Для богатых государств Персидского залива — инструмент прямого инвестирования в проекты стабилизации и усиления своего политического веса. Никто не рассматривает это как замену ООН или разрыв с другими союзами. Это дополнительная, сугубо прагматичная опция во внешней политике, особенно для тех, кто чувствует себя обделенным в традиционных многосторонних структурах».
Вывод: Что это значит для Беларуси и России?
Устав «Совета мира» подтверждает тезис, который мы озвучивали ранее: это дипломатический инструмент, а не идеологический блок. Его правила сконструированы так, чтобы сохранить максимальный контроль за инициатором.
- Для Беларуси, уже заявившей о готовности участвовать, это возможность выйти из международной изоляции и получить трибуну для обсуждения региональных вопросов на условиях, которые, судя по заявлению Лукашенко, для нее могут быть льготными.
- Для России, изучающей приглашение, это потенциальный канал для продвижения своих интересов на Ближнем Востоке (например, через предложенный миллиардный взнос на помощь Палестине) и тестирование новой конфигурации международных отношений.
Ничто в Уставе не обязывает страны выходить из ООН, разрывать существующие союзы или менять внешнеполитический курс. Это новая игра по новым, четко прописанным, но весьма специфическим правилам. Основной вопрос теперь — насколько эта игра будет результативной и кто сможет извлечь из нее реальные дивиденды.
Как вы считаете, может ли такая централизованная структура под личным контролем одного лидера быть эффективной для решения глобальных конфликтов? Или это путь к новой форме зависимости? Поделитесь своим мнением в комментариях.