Сегодня "коренные Коктебельские отдыхающие", а так же местные жители идут в направлении одного адреса. Грина,7. Дом, похожий на зАмок, построен его хозяевами у подножия горы Сюрю-кая, где летом за забором большого имения пасутся дикие лошади, дрожит на лёгком ветру ковыль, а с высоты второго этажа дома можно увидеть, как раскалённое Крымское солнце плавно опускается за холмы. Ещё совсем недавно словосочетание "Грина семь" было на слуху и на языке всех музыкантов, поэтов и художников, которых волею судеб заносило в Коктебель. Хозяйка дома Гульнара Бейсеева в своём колоритном особняке гостеприимно принимала всю творческую братию, организовывая бардовские фестивали, сольные выступления музыкантов, весёлые квартирники, дружеские встречи. Этот дом жил по-Волошински: "Дверь отперта. Переступи порог. Мой дом открыт навстречу всех дорог..." Код от калитки Гулиного дома знали многие в Коктебеле, приходили без звонка и приглашения. Здесь всех встречали тепло и приветливо.
В холле дома запросто вмещалось по нескольку десятков человек, в течение музыкальных вечеров пришедшие знакомились, если до этого были не знакомы, всё было так просто и понятно: присядь хоть на пуфик, хоть на диван, хоть на мозаичный пол - здесь разрешалось всё!
Так уж получилось, что мы с Гулей особенно крепко сдружились после рождения моего Максимки.
И на своей первой Подзаборной выставке художников он успел посидеть у неё на руках. На заднем плане в оранжевой рубашке улыбается в кадр устроитель выставки Игорь Шептовецкий.
Я с удовольствием бывала у неё в гостях, и редко, когда какая-то музыкальная тусовка, устраиваемая в этом доме, проходила без нашего с Максимкой участия. Будь то концерт Питерского музыканта Миши Башакова ("А кто такая Элис?"), или джаз-вечер Ольги Захарченко, или вечера бардовской песни, вечеринки в стиле рокн-н-рол или этники - мы сидели в импровизированном зрительном зале в первых рядах. Чудесные были времена. Душевнейшие.
Это Гульнара на Подзаборный выставке художников. Такой я её и запомнила.
Всё закончилось с её внезапным уходом в самом расцвете лет. Дом, когда-то по швам трещавший от богемного народа, враз опустел... В день её ухода я была не в Коктебеле, а гостила на родине, и, будучи потрясённой этим известием, ничего не могла ни сказать, ни написать. Но спустя сутки - получилось
Сегодня ровно три года, как Гульнара покинула нас и этот мир. Но люди Коктебеля, живущие тем, что было близко этому необычному дому, не забывают о его яркой и харизматичной хозяйке, добрейшей души женщине и надёжном друге, бескорыстном покровителе многих молодых талантов и уважаемом в Коктебеле человеке, художнике, дизайнере, оставившем свой след во многих интерьерах посёлка. И благодаря тому, что о доме сейчас заботится человек, решивший продолжать традиции "Грина семь", мы по-прежнему имеем возможность собираться здесь своим кругом, слушать живую музыку, вспоминать Гулю, прежние времена и тот самый Коктебель.
Очень волнительно было сегодня идти сюда, я не была на "Грина семь" целый год... И не потому, что не приглашали. Наоборот, сегодняшняя управляющая домом Ольга неоднократно звала меня летом и осенью на различные музыкальные вечера и просто прийти "поговорить за жизнь". Не срасталось как-то... А сегодня я иду туда, где раньше "тетя Гуля", обычно трепетно относящаяся к картинам, висящим в доме, музыкальным инструментам, находившимся в нём, разрешала моему маленькому сорванцу посидеть за фортепиано, поиграть маракасами, постучать в барабаны и даже сорвать выросший до больших размеров, но ещё не вызревший, арбуз.
Дом Гули всегда был наполнен творчеством и музыкой. А сладкий домашний виноград поедался под песни Ози, Шурика рок-н-рола, Жени Свидова и других талантливых людей.
Наша память хранит всё это. Как жаль, что она не пополнится больше Гулиными вечеринками, фестивалями, творческими встречами, застольями и тёплыми беседами с её участием.
Я стою у знакомой до боли калитки. И я снова знаю код. Всё опять просто и по-Коктебельски. Но... здесь нет её.
И дверь открыта
В гостинной так же радушно накрыты столы.
Дымится казан плова.
Закуски на тарелках. Напитки в бокалах. Душу тревожит нежная песня под гитару. Всё так, как любила Гуля.
И интерьеры всё те же
Портреты Гули стоят там же, где и были всегда
Гулин кот Слим жив и здоров, даже прибавил в весе и размерах за эти годы, Оля отлично за ним ухаживает, а, уезжая по делам в Москву, забирает с собой, потом снова привозит в Крым. Вот он сегодня, у Оли на руках
Её удивительная способность объединять вокруг себя много разных людей никуда не исчезла, живёт вопреки всему, на радость тем, кто Гулю считал своим человеком, и был для неё тоже своим.
В этот день здесь и коктебельцы, и москвичи, и феодосийцы. Кто смог, тот приехал.
Планета "Грина семь" продолжает своё движение по орбите вокруг Коктебельского солнца. А свет далёкой звезды по имени Гуля мягко льётся на неё сверху, отражаясь в новых мелодиях, картинах, стихах, каждом из нас.