Очередной вирусный тренд захватил соцсети: «2026-й – это новый 2016-й».
Пользователи с ностальгией выкладывают фото из прошлого, вспоминая ушедшую эпоху. Мы присоединяемся к флешмобу и отправляемся в путешествие во времени, чтобы вспомнить, чем жил, как выглядел и что переживал Владивосток в 2016 году. Что из обещанного сбылось, что кануло в Лету и как изменился город за десятилетие?
Зима 2016: Снег, пробки и первые повышения
Год начался с уже традиционного карнавального «Забега по-домашнему» по Океанскому проспекту. Тогда это было почти стихийное веселье, а не мероприятие, требующее десятков согласований и ограждений.
Снежный апокалипсис и пян-се как символ стойкости. 18-19 января город накрыла месячная норма снега, парализовав движение. Жители Русского острова оказались в блокаде, а материковая часть города пробивалась по пояс в сугробах к легендарным пянсешницам – островкам стабильности. Этот снегопад стал последним крупным при мэре Игоря Пушкарёве. Сегодня и пянсешниц в привычном виде почти не осталось.
Копеечные тарифы и «ни о чём». С января подорожал проезд: до 20 рублей в автобусе и 13 – в трамвае и троллейбусе. Горожане возмущались, водители говорили, что «ни о чём».
Стройки, флаги и первый капитальный ремонт цирка
Жильё: первые шаги. В 2016-м сдали дом для переселенцев из аварийного фонда – правда, в Трудовом. Параллельно заселялась Снеговая Падь, уже тогда с типичными проблемами подключения коммуникаций. Знакомая картина, не правда ли?
Новый старый флаг. У города появился обновлённый флаг. Изменился только герб: убрали негеральдические якоря и корону, оставив тигра на скале в щите.
Цирк и миллиард от «Газпрома». Начался первый капитальный ремонт Владивостокского цирка стоимостью почти в миллиард рублей, большую часть которого выделил «Газпром». Уложились, что удивительно, всего в год.
Вандализм, митинги и первые «мостопады»
Война с «Китёнком». В феврале вандалы изуродовали скульптуру китёнка в сквере на Второй Речке. Это была кульминация спора о памятнике китобоям. Одни видели в нём героев, другие – убийц. Китёнка позже снесли, памятник так и не появился.
Завод в агонии. Некогда гигант «Радиоприбор» был в глубоком кризисе. Работники, сидевшие без зарплаты полгода, вышли на митинг у памятника Ленину (что сейчас почти немыслимо). Завод позже распродали, территория отошла застройщикам, а идея учебного центра заглохла.
Первая ласточка. 23 февраля в посёлке Новолитовск рухнул автомобильный мост. Тогда это казалось ЧП локального масштаба. Мало кто догадывался, что это начало длинной череды «мостопадов» в крае. Временный мост построили военные.
Дороги мечты и долгострой века
Трасса мечты: «скоро, вот-вот». Разбитая дорога Владивосток – Находка была притчей во языцех. В 2016-м «приоткрыли» объезд Артёма, обещая скорый запуск новой трассы. Новая трасса не достроена до сих пор, хотя старую привели в порядок.
Самострой во благо и его конец. Предприниматели сами обустроили цивилизованный съезд с трассы Седанка – Патрокл на Выселковую. Но дальше этого клочка дело не пошло. Съезд разобрали, а на полосе торможения теперь стоят фуры. Полноценного спуска нет до сих пор.
Океанариум и «проклятый» Хаятт. Эпохальное событие года – открытие Приморского океанариума на Русском острове (со скандалами о смертности животных). А вот отель «Хаятт Ридженси» на Корабельной готовили к открытию… которое случилось лишь в 2022-м после продажи структурам Дерипаски за бесценок.
Фестивали, тигры и почётный гражданин
V-ROX, БГ и День города. Улица Фокина стала площадкой для спонтанного концерта Бориса Гребенщикова. Илье Лагутенко наконец присвоили звание почётного жителя Владивостока, а День города отметили грандиозным костюмированным шествием.
Тигр Владик в городе. Главная животная новость – тигр, забредший в городские кварталы. Его поймали, и читатели VL.ru выбрали для него имя – Владик. Кота отпустили, и он больше не беспокоил горожан.
PokemonGo и «Леопардовая» надежда. Владивосток ненадолго охватила мировая игремания PokemonGo. А на Патрокле открыли Леопардовую набережную, которую почти сразу забросили. Сегодня её привели в порядок, а рядом строят «лучший пляж в стране».
Что построили, что снесли, что потеряли
Утраты и приобретения. Исчез виадук к «Clover House» на Семёновской (осталась дырка в стене). Снесли опасную вышку на водной станции ТОФ. Потеряли традицию шествий по Золотому мосту. Но открыли уютный Старый дворик ГУМа (сегодня доступен, но многие заведения закрылись).
Битва за сопки и частные победы. В 2016-м ещё боролись за сохранение сопок (безуспешно, как показало время). Но была и победа: жители Бестужева отстояли сквер от застройки супермаркетом.
Символы эпохи: купола и недострои. На Русском начали монтировать деревянные купола «Дома новой культуры». Их так и не достроили, они гниют. А на месте снесённого в итоге незаконного дома в Почтовом переулке позже выросли другие, куда более масштабные объекты, «нарушающие исторический облик».
2016 год был полон контрастов: борьба старого и нового, надежд и разочарований, стихийного единения и бюрократических преград. Многое из задуманного так и осталось на бумаге, что-то реализовалось с трудом, а что-то исчезло навсегда. Владивосток 2016-го – это город, который ещё верил в скорые перемены к лучшему, активно (пусть и не всегда успешно) спорил о своем будущем и оставался при этом удивительно живым и непосредственным. Десять лет спустя он стал другим – более благоустроенным в центре, но и более коммерциализированным, потеряв часть своего харизматичного духа, но обретя новые, порой неоднозначные, точки роста.