– Коля, да он же на тебя похож! У него твой разрез глаз, и они такие же небесно-голубые, как у тебя, когда ты счастлив

– Коля, да он же на тебя похож! У него твой разрез глаз, и они такие же небесно-голубые, как у тебя, когда ты счастлив!

– Кроватка уже куплена, – Николай запоздало стал говорить о том, что ждёт Асю дома, и тут же замолчал, потому что… Николай автоматически глянул на младенца, а тот, словно понимая, о чем говорят, распахнул свои глаза навстречу. Николай на минуту даже замер под этим внезапным взглядом.

– Ваня и Аня… Ну, я тогда пошёл, – Николай потоптался возле кровати жены, посмотрел на кювет, в котором посапывала спящая дочка.

– Куда ты? Тебе же сегодня не надо на работу, – Ася встревожилась: она хорошо выучила график мужа и знала, что у Николая по понедельникам профилактический день.

– Как куда? Документы же нужно еще оформлять на него, – он кивнул в сторону младенца, – так просто ведь его нам не отдадут. Кроватку вот тоже нужно.

– Коля! Коленька! – Ася вскочила, положила аккуратно сверток с малышом на свою кровать и бросилась на мужа, – ты знаешь кто? – Николай знал, что будет дальше, и счастливая блаженная улыбка, как приклеенная, застыла на его лице, – ты самый-самый-самый! Самый-самый-самый мой, самый-самый-самый лучший муж и папка!

– Ну, ладно тебе, ладно, я пошёл, – Николай засмущался, – ты это брось, а то вдруг кто зайдет медсестра какая-нибудь там, – но Асю было не остановить: она расцеловывала своего Колю, своего доброго Колю, своего ненаглядного Колю, на которого похожи два их малыша, а значит, они тоже вырастут добрыми.

СВЕТЛАНА ЗАХАРЧЕНКО