"Цензура продолжает душить любую попытку итальянской кинематографии осмыслить общественные процессы. Политические взгляы многих из наиболее видных режиссеров и сценаристов по-прежнему весьма туманны. Они колеблются между субъективизмом, граничащим с мистикой, и иллюзорной надеждой на то, что все язвы, присущие современному буржуазному обществу, могут быть изжиты социал-демократическими реформами".
"В 1959 году начался новый подъем итальянской кинематографии. Именно подъем, а не возрождение. Несмотря на яростные нападки цензуры, итальянская кинематография создала ряд фильмов, представляющих определенный художественный и общественный интерес. Но пока еще нельзя сказать, что условия работы режиссеров и их идеологические воззрения отвечают тем требованиям, которые могут гарантировать творческий расцвет итальянского кино.
Цензура продолжает душить любую попытку итальянской кинематографии осмыслить общественные процессы. Политические взгляды многих из наиболее видных режиссеров и сценаристов по-прежнему весьма туманны. Они колеблются между субъективизмом, граничащим с мистикой, и иллюзорной надеждой на то, что все язвы, присущие современному буржуазному обществу, могут быть изжиты социал-демократическими реформами.
Интересно отметить, однако, тот факт, что цензура выказывает враждебность даже в отношении весьма умеренной идеологической направленности.
Не следует, конечно, подходить с доктринерской меркой к оценке мировоззрения наиболее видных представителей итальянского кино. Некоторые из них, как известно, занимают передовые, социалистические позиции. Однако и другие, те, кто заведомо далек от марксист-' ского мировоззрения, отнюдь не являются певцами тоски и одиночества, не выступают в ролях проповедников идей неокапитализма. Им присущи искреннее стремление к новому, страстный дух творческих поисков. В основе их творчества лежит проблема взаимоотношения между народом и искусством, между личными переживаниями и устройством общества.
Таким образом, отнюдь не случайно то, что фильмы, которые послужат сейчас основанием для разговора о новом подъеме итальянского кино, привлекают к себе внимание прежде всего своей тематикой.
Речь пойдет о восьми фильмах: «Мировая война» ^режиссер Марио Моничелли;, «Генерал Делла Ровере» (режиссер Роберто Росселлини), «Бурное лето» (режиссер Валерио Цурлини), «Следователь» (режиссер Луиджи Дзампа), «Трикотажники» (режиссер Франко Рози), «Проклятая путаница» (режиссер Пьетро Джерми) и «Дорога длиною в год» (режиссер Джузеппе де Сантис), «Приятная жизнь» (режиссер Федерико Феллини).
Первые три фильма построены на тематике прошлого: первая мировая война, период Сопротивления, падение фашистского режима Муссолини в Италии летом 1943 года.
Мне думается, что причина стремления вновь осмыслить и воссоздать на экране исторические события недавнего прошлого нашей страны предельно ясно выражена в одном из высказываний режиссера Ренато Кастеллани, создателя хорошо известного советскому зрителю кинофильма «Два гроша надежды»:
«Десять лет тому назад я был полон творческой энергии. Я думал, что процесс возрождения страны, начавшийся движением за освобождение Италии, должен проходить в ус- ловиях активного, горячего участия всех итальянцев. Потом я увидел, что все как-то застопорилось и что условия жизни, навязанные людям, были еще более тяжкими, чем те, которые довлели над нами в течение стольких лет фашизма.
И теперь я чувствую, что мне в своем твор честве необходимо воодушевиться героической атмосферой прошлого».
Какое же отражение находят в фильмах Моничелли, Росселлини и Цурлини эти умонастроения?
В картине Моничелли «Мировая война» рассказывается история двух солдат, которые не хотят воевать и думают только о том, как бы вернуться домой живыми. Режиссер наделил этих персонажей комедийно-гротесковым характером, благодаря чему их малогероическое поведение не становится отталкивающим.
Герои фильма встречаются в военном госпитале, где один из них, спасаясь от ужасов передовой линии, несет караульную службу, а другой прикидывается больным. Вскоре им все же приходится отправиться на фронт в одном подразделении. Они пытаются бежать, но попадают в руки врага и здесь, сами себе не отдавая отчета, погибают героями: их расстреливают за отказ сообщить военные сведения. Это не было сознательным героизмом — первый солдат лишь обозлился на гнусный допрос, учиненный австрийским офицером, я второй хранил молчание из уважения к сипе духа своего товарища.
Элементы комического, гротеска, патетики теснейшим образом переплетаются между собой, органично проникая в общую ткань повествования. И все же по окончании просмотра невольно думаешь о том, насколько выиграл бы этот фильм, если бы в нем была четко выявлена историко-социальная суть событий. .
В центре фильма Росселлини «Генерал Делла Ровере» — рассказ о некоем Бертоне, не гнушавшемся наживаться на горе тех, кто попадал в застенки гестапо (за деньги обещая их близким добиться освобождения арестованных). В конце концов его разоблачают гитлеровцы и бросают в тюрьму.
В это же время один итальянский генерал-монархист Делла Ровере, участвовавший в подпольном освободительном движении, высаживается в зоне, оккупированной немцами. Гестапо узнает об этом, но, несмотря на приказ схватить генерала живым, эсэсовцы случайно убивают его. Гитлеровский полковник Мюллер решает пойти на уловку: Бертоне должен выдать себя в тюрьме за убитого генерала, войти в контакт с заключенными, завоевать их доверие и дознаться, кто из них командир Сопротивления Северной Италии.
В первой половине фильма вырисовывается образ Бертоне. Хорошо воссоздана гнетущая атмосфера времени нацистской оккупации Италии.
Во второй половине фильма показан целый ряд драматических эпизодов в Миланской тюрьме Сан Витторе, где находится Бертоне. Показано его постепенное перерождение: знакомство и сближение с антифашистами, восхищение героизмом и гуманностью простых людей — бойцов Сопротивления. Бертоне отказывается от выполнения задания, порученного ему немецким полковником Мюллером, и его отправляют на расстрел. Оставаясь верен роли Делла Ровере, чтобы не разочаровать товарищей, он принимает эту смерть как настоящий генерал с возгласом: «Да здравствует Италия! Да здравствует король!»
В первом варианте сценарий заканчивался фразой немецкого офицера, командовавшего взводом, назначенным для расстрела:
«Удивительная страна Италия. Мы пытаемся судить об этой стране по поведению ее генералов, а было бы лучше, если бы мы сумели понять и оценить, как встречают смерть ее рядовые».
В фильме этой фразы нет, но смысл ее заключен в самой ткани повествования. Самое важное — это та крепкая моральная поддержка, которую встречает надломленный жизнью Бертоне со стороны окружающих его заключенных— антифашистов. Всякий раз, когда Росселлини концентрирует свое внимание только на внутреннем развитии образа главного героя, подчеркивая его необычность, фильм смотрится лишь благодаря актерскому дарованию Витторио де Сика, исполнителя роли Бертоне. Между тем, когда герой, оставаясь в центре киноповествования, является в то же время рядовым среди рядовых, фильм значительно выигрывает и привлекает новизной не только актерского мастерства, но и всей творческой концепции.
Действие фильма молодого режиссера Валерио Цурлини «Бурное лето» происходит в той же политической атмосфере лета 1943 года.
В картине показан моральный распад убогого провинциального буржуазного общества в годы фашизма. Исторические события здесь едва показаны, но тем не менее они как бы противопоставляются личным переживаниям героев фильма. Любовь, возникшая между тридцатилетней вдовой морского офицера, героически погибшего на войне, и юношей — сыном нацистского главаря,— обречена на трагический исход бесчеловечностью фашистского режима. Юноше угрожает призыв в /рмию Муссолини, и он укрывается в доме своей возлюбленной, чтобы дождаться конца войны. И ггут в мягкую линию повествования врывается темный, мрачный ураган военных бедствий.
На экране возникают волнующие кадры: поезда, битком набитые беженцами, солдаты,
вокзал большого города, чудовищная бомбежка. Возлюбленные чудом уцелели. Но они расстаются после того, как им удается выбраться из развалин. Драматический разрыв между героями как бы символизирует необходимость коренного изменения образа мыслей, общественных привычек.
Фильм «Бурное лето» имеет много недостатков, хотя основные сцены отличаются яркостью и большой выразительной силой. Не всегда режиссеру удается дать героям и событиям правильную оценку. Однако смелая попытка режиссера построить на банальном сюжете конфликт политического характера заслуживает самой положительной оценки.
Фильмы «Следователь», «Дорога длиною в год», «Проклятая путаница», «Трикотажники», в отличие от предыдущих, посвящены современной жизни страны. Они неровны по художественным достоинствам, потому что элементы большой реалистической силы, содержащиеся в них, скрываются за неким туманным псевдоромантическим покровом, который значительно снижает художественные особенности фильмов.'
Это замечание не относится к картине Джузеппе де Сантиса «Дорога длиною в год», в которой показано, как мужественно борются крестьяне глухого селения за постройку дороги, чтобы обеспечить работой жителей всей деревни. Как известно, этот фильм сделан за пределами Италии —ib Югославии, совместно с югославскими кинематографистами. Поэтому он еще не очень широко демонстрируется на итальянских экранах. Советские зрители уже знакомы с этим фильмом и могут судить о нем лучше, чем я.
Эта картина мне лично представляется по- настоящему интересным и человечным произведением. Почему же такие режиссеры, как Джерми, Рози, Дзампа и Феллини, авторы фильмов «Проклятая путаница», «Трикотажники», «Следователь» и «Приятная жизнь», положив в основу своих фильмов явления реальной итальянской действительности, не суме-^ ли все же раскрыть поднятые ими проблемы, ограничившись изображением нравов? На этот вопрос трудно ответить. Тут опять-таки следует учесть, с одной стороны, условия объективные — цензурные рогатки, и с другой, субъективные— идеологические воззрения того или иного режиссера.
Однако в этих фильмах немало нового и положительного — именно того, что позволяет говорить о подъеме неореалистического киноискусства в Италии. Джерми в фильме «Проклятая путаница» сумел рассказать историю одного преступления и расследование его полицией так, что перед зрителем разоблачаются пустота, убожество жизни, скрытые за внешним «благопристойным» фасадом современной буржуазной семьи.
Сюжет картины «Трикотажники», поставленной Рози, посвящен невеселым превратностям судеб итальянских эмигрантов, которые бродят по Европе и продают ткани,, ковры и шерстяной трикотаж самого низкого качества (потому-то их и называют «трикотажники»).
К арти н а « Сл ед о в ател ь », с о зд а н н а я Д з а м- па,— это драматическое повествование о судебном работнике, который начинает пони-» мать всю косность, несправедливость и анти- человечность существующих законов.
Не случаен выбор темы для последнего фильма Федерико Феллини «Приятная жизнь». Эта картина в ближайшие дни выйдет в Италии на экраны, если не возникнут цензурные препятствия.
Рассказывая о приключениях молодого журналиста, который приехал в Рим, чтобы сделать карьеру, режиссер показывает зрителю бесконечную порнографическую вакханалию. Зритель видит разгул богатства, разрушающего все моральные устои, видит духовное убожество, тупость, и безграничную скуку представителей высшей буржуазии и аристократии. «Упадок католической империи» — так охарактеризовал Феллини смысл своего фильма.
С точки зрения режиссерского и актерского мастерства картина «Приятная жизнь» является значительным шагом вперед режиссера на пути к устранению в его творчестве элементов спиритуализма и метафизики. Отрицательные стороны жизни современной Италии вскрыты с беспощадным реализмом. И только в конце фильма чистые, ясные глаза молодой девушки как бы говорят зрителю, что есть спасительный исход, есть иной путь, по которому можно идти.
Следует ожидать, что Феллини придет к такому выводу. Однако итальянская кинематография не может ограничиться показом только отрицательных сторон современного общества, не в этом залог ее дальнейшего расцвета.
В Италии имеются другие голоса, другие темы. Так пожелаем же, чтобы фильмы, над которыми работают сейчас Лукино Висконти — «Рокко и его братья», Ренато Кастеллани — «Разбойник», Роберто Росселлини — «Ночь над Римом», Валерио Цурлини —«Война в Африке», Джузеппе Де Сантис — «Пышка», Марио Моничелли — «Веселый хохот», окончательно вывели итальянскую кинематографию из кризисного состояния. 1960 год должен быть решающим" (Тромбадори, 1960).
Антонелло Тромбадори. 1960-й год будет решающим. Заметки об итальянском киноискусстве // Советский экран. 1960. № 5. С. 10-11.