Россия смогла достаточно успешно пройти через экономические кризисы 2020 и 2022 годов, сохранив относительную устойчивость. Но нынешняя ситуация существенно отличается от прошлых лет.
Экономист и блогер Константин Двинский предупреждает: если текущие подходы Минфина не изменятся, через полтора года «кубышка» Фонда национального благосостояния (ФНБ) будет исчерпана.
Формальная стабильность, реальная тревога
Министерство финансов опубликовало предварительные итоги исполнения федерального бюджета за прошлый год. На бумаге всё выглядит относительно управляемо. Но за красивой цифирью скрывается тревожная реальность: запас прочности бюджетной системы существенно сократился.
Двинский констатирует, что год завершился с дефицитом в 5,64 триллиона рублей — это на 2,17 триллиона больше, чем в 2024 году, когда дефицит составил 3,47 триллиона. Рост более чем на 60% — не шутка, а сигнал к тревоге.
«Кубышка» и заимствования: двойной риск
Минфин на протяжении 2020–2024 годов системно использовал «кубышку» — средства ФНБ — для поддержки экономики. Второй инструмент «спасения» — активное наращивание заимствований, даже в условиях высоких процентных ставок.
Эти меры позволяли решать краткосрочные задачи, но подтачивали устойчивость бюджетной системы на среднесрочную перспективу. Бюджет теряет возможность выполнять одну из своих ключевых функций — активно стимулировать экономику.
Именно благодаря бюджетному импульсу Россия уверенно пережила кризисы 2020 и 2022 годов, не скатившись в глубокую рецессию. В 2021 и 2023–2024 годах даже удалось выйти на опережающие темпы роста. Но в 2025 году этот механизм почти исчерпал себя. В 2026 году ситуация повторится.
Долг и «кубышка»: когда резервы тают
Одной из основных проблем становится падение нефтегазовых доходов. Чтобы компенсировать потери, Минфин снова и снова «лезет» в ФНБ. Но ещё 1,5 года — и резервный буфер будет исчерпан. Дальше бюджет окажется один на один с рынком заимствований.
Министерство финансов активно размещает облигации федерального займа (ОФЗ). На первый взгляд, вроде всё под контролем. Но при ближайшем рассмотрении проблемы налицо: ключевой вопрос не в объёме долга, а в его стоимости.
Размещения ОФЗ в 2025 году проходили под доходность 14,5–15% годовых на срок 8–12 лет — крайне высокий уровень для долгосрочных обязательств. Более того, значительная часть облигаций выкупается государственными банками, превращая долговую модель в квазибюджетную, поясняет Двинский.
Фактически каждый десятый рубль доходной части бюджета уходит на обслуживание госдолга. То есть солидная часть средств перераспределяется в пользу банков, вместо того чтобы идти на инвестиции и развитие. Вот она, цена ошибок Минфина.
Без бюджетного импульса экономика на паузе
Сегодня бюджет больше не имеет ресурсов для масштабного стимулирования экономики. Если в 2020 и 2022 годах казна могла компенсировать жёсткость внутренних и внешних условий, то теперь такого «фокуса» уже не выйдет.
Без принципиального пересмотра архитектуры бюджетной политики и поиска новых источников дохода система будет вынуждена адаптироваться через сокращение расходов. На следующем этапе под нож могут попасть не только экономические статьи, но и социальная политика, предупреждает эксперт.
Вывод
Россия подходит к критическому моменту: годами откладывавшийся вопрос реального финансирования экономики сейчас выходит на первый план. Минфин больше не может «играть в кубышку», и дальнейшие решения потребуют смелости, прозрачности и экономической логики.
Ситуация, прямо скажем, тревожная, но всё ещё управляемая — если есть воля к реформам.
А как вы считаете, смогут ли российские власти найти баланс между социальными обязательствами и необходимостью экономических реформ, или бюджет будет «урезан» с последствиями для всех нас? Делитесь своим мнением в комментариях.
Также подписывайтесь на мой канал, это мотивирует меня чаще писать для вас статьи на разные популярные темы.
Популярное на канале: