Дача была их общим местом тихого семейного счастья. Старый добрый дом с резными наличниками, доставшийся Алексею от отца. Восемь соток — яблони, кусты смородины по границе, грядки с клубникой и парник с огурцами и помидорами в конце участка. Для Алексея это был остров покоя после городской суеты в офисе. Для Ольги, его жены — возможность отвлечься от бесконечных отчетов в муниципальной библиотеке, где она заведовала фондом. А для Галины Николаевны, матери Алексея, дача и вовсе стала единственным утешением после смерти мужа.
Галина Николаевна каждый год переезжала на дачу на всё лето. Алексей с Ольгой наведывались в каждые выходные. Всё шло своим чередом, пока по соседству, на пустовавшем участке, не поселился новый хозяин. Виктор, или просто Витя, как он сам представился. Мужчина лет сорока, видный, с открытой улыбкой и лёгкой грустью в глазах. Разведён, по профессии инженер, сейчас на вольных хлебах, как он сам выразился.
Витя оказался мастером на все руки. Уже на следующий день после знакомства он помог свекрови спилить ветку старой яблони, грозившую упасть на теплицу.
—Порядочный человек, несчастный, — объявила Галина Николаевна сыну и невестке в первую же их встречу после появления соседа. — Всё руками умеет. И парник установит, и забор поправит. А одинокий совсем. Сердце кровью обливается.
Алексей, человек осторожный и недоверчивый, лишь хмыкнул.
—Мама, временно безработных «инженеров» сейчас, как собак нерезаных. Общайся с ним, но без фанатизма.
Однако мать не всегда прислушивалась к советам сына. Витя оказался не просто хорошим мастером. Он был обаятельным, внимательным и умел слушать. Галина Николаевна расцвела. Она снова чувствовала себя нужной. Ей было для кого варить борщ, печь пироги с капустой. Она с удовольствием принимала его помощь по хозяйству, а в ответ одаривала заботой, которой у неё был неиссякаемый запас.
—Мама, это что? — как-то спросил Алексей, заметив в открытом сарае у соседа через забор свой добротный триммер «Травник».
—А, это Витенька попросил, — махнула Галина Николаевна рукой. — У него травы по пояс, а косить пока нечем. Он попользуется и вернёт. Не жадничай, Алёш. Человеку помочь надо.
Алексей нахмурился, но промолчал. Через неделю исчезла с привычного места фирменная дрель отца, которая понадобилась Лёше, чтобы подремонтировать крыльцо.
— Галина Николаевна, вы не видели дрель Алексея? В синем чемоданчике, — мягким голосом спросила у неё Ольга.
Свекровь засуетилась.
—Ой, и правда, нет… Наверное, Алёша в город забрал. Или… Или Витя брал. Ему теплицу нужно было укрепить. Он обязательно вернёт.
Дрель тоже пропала. Алексей возмутился.
—Мама, хватит давать ему наши вещи! Это ненормально! Он что, своих инструментов купить не может?
—Да что ты привязался к вещам! — вспылила мать. — Он человек несчастный! У него сейчас денег немного! Он всегда рядом со мной, помогает, заботится! Не как вы, наскоками по выходным!
—Заботится? — холодно переспросил Алексей. — Или пользуется?!
Через пару недель Ольга заметила, что Витя приехал на свой участок на старенькой, но ухоженной «Ниве». Машина показалась ей до боли знакомой.
—Галина Николаевна, а это разве не наша машина? Та, что папы? — спросила она осторожно.
Свекровь смутилась лишь на секунду.
—Папина. Да. Она же в пристройке стояла, ржавела. Витя попросил ненадолго — у него же своей пока нет, а строительный материал для восстановления дома возить надо. Я и разрешила. Он же человек ответственный.
Этот поступок повис между ними тяжёлым, невысказанным упрёком. Алексей отчаялся что-то доказать. Ольга же видела, как изменилась свекровь: появился азарт в глазах, суетливость. Но видела она и другое: как Витя, ловкий и улыбчивый без стука заходил в дом, будто к себе. Как его взгляд оценивающе скользил по вещам.
Кульминация наступила в жаркий июльский полдень. Они приехали на дачу в пятницу вечером. Оля пошла переодеваться, а Алексей заносил в дом тяжёлые сумки с едой. Из-за забора соседского участка доносился шум мотора и смех. Ольга, выглянув в окно, увидела картину, от которой у неё похолодели руки. Витя и какой-то его новый приятель грузили в багажник той самой «Нивы» их новое кресло-качалку из искусственного ротанга, подаренное свекрови на день рождения.
— Кажется, я всё поняла. — Она схватила свой телефон и начала в нём что-то беспорядочно искать.
— Ну конечно. Теперь всё понятно, — воскликнула Ольга в закрытой комнате.
Она осторожно сделала несколько чётких фотографий на телефон. Потом тихо позвала Алексея, показала ему снимки. Лицо мужа стало каменным.
—Всё. Хватит.
За обедом, Алексей сказал:
— Мама, а давай сегодня пригласим твоего жениха-соседа. Наверное, он шашлык делает великолепно, как и всё остальное. Не то, что я.
Галина Николаевна удивилась, и обрадовалась одновременно. Ей показалось, что сын наконец-то смягчился, признал её «любимого помощника».
—Конечно, Алёшенька! Я сейчас скажу ему.
Витя пришёл через час, сияющий, с бутылкой дешёвого вина. Он был по-хозяйски любезен. Он шутил, хвалил шашлык, рассказывал забавные истории. Алексей поддерживал разговор.
Когда основная трапеза подошла к концу, Алексей отложил тарелку.
—Витя, а можешь глянуть на ворота в сарае — скрипят что-то жутко. Может, что посоветуешь?
—Да без проблем, — кивнул Алексей. — Пойдём, посмотрим. У меня WD-шка есть, смажем.
Ольга пошла следом. Сарай стоял в глубине участка. Когда Ольга вошла туда, Алексей уже стоял у верстака, а Витя с деланно-озабоченным видом рассматривал петли на старых деревянных воротах.
—Вить, а у меня к тебе ещё один вопрос, — спокойно сказала Ольга, останавливаясь в дверях.
Она достала телефон, открыла приложение сайта объявлений «Авидо» и протянула его Виктору.
—Это ты продаёшь?
На экране, под именем «Виктор-мастер80», красовалась фотография их кресла-качалки. Рядом светились фотографии газонокосилки «Калибр» и дрели их отца в синем чемоданчике. Цены были указаны весьма умеренные.
Лицо Вити превратилось в маску. Улыбка сползла, глаза забегали.
—Это… это не я. Это, наверное, кто-то фото стащил. Или совпадение…
—Совпадение? — тихо, но чётко произнесла Ольга. — А то, что ты вчера это кресло в багажник грузил, — это тоже совпадение? У меня есть фотографии. Хочешь, покажу участковому? Или лучше сначала дать посмотреть твоей новой «благодетельнице»?
В этот момент в дверях сарая появилась Галина Николаевна. Она шла, видимо, звать всех к столу. Увидела их замершие фигуры, напряжённые лица, телефон в руках Ольги.
—Что здесь происходит? Витенька, тебя обижают эти двое…
Алексей взял телефон у жены и молча показал экран матери. Галина Николаевна подошла ближе, надела очки. Долго, молча смотрела. Потом её взгляд медленно поднялся и остановился на Викторе. Внутри неё появилось ледяное прозрение. То самое, которое смывает все иллюзии, оставляя лишь голую, неприглядную правду.
—Галя, это всё неправда, — затараторил Витя, голос его дрожал. — Меня подставили! Твой сын никогда меня не принимал! Они всё подстроили!
—Молчи, — сказала Галина. Один-единственный раз, но так, что даже Алексей вздрогнул. — Всё. Довольно.
Она повернулась и пошла к дому. Витя метнулся было за ней.
—Галя послушай…
—Не называй меня так! Ключи, — обернулась она, протягивая руку. — От машины. Быстро. И уходи. Чтобы твоей ноги здесь больше не было.
Он попытался было что-то ещё сказать, но, встретив её взгляд, беспомощно замолчал. Достал ключи из кармана, швырнул их на землю у её ног и, сгорбившись, быстро зашагал к калитке.
Вечером они ели шашлык втроём. Мангал догорал. Было тихо. Галина Николаевна сидела, уставившись в чашку с остывшим чаем.
—Простите меня, — тихо сказала она, не глядя на них. — Старую и глупую.
Алексей хотел что-то сказать, но Ольга слегка тронула его руку. Молчание было красноречивее любых слов.
Ваш лайк — лучшая награда для меня. Читайте новый рассказ — Муж продал дачу свекрови, без её ведома. Весной она приехала туда сажать рассаду.