В суде рассматривают коллективный иск знаменитостей против Дэйли Мейл. В эти "знаменитости" попал и Гарри из Монтесито. Дело старой истории. В то время Гарри жил во дворце под мягким надзором дедушки, бабушки и отца. Нелегко Гарри сегодня испытывать ностальгические чувства по прошлому, нехотя сравнивая с сегодняшней жизнью вывалившегося из обоймы принца. Терзают воспоминания о Челси, которая, судя по всему, сумела устроить свою семейную жизнь, не растеряв ни капли уважения. Что не скажешь про Гарри. Но Челси точно пожалела о том, что когда-то связалась с этим принцем. Ему легко слить информацию, которая его не украсит, а на неё бросит тень.
Журналисты Дэйли Мейл, как считают пострадавшие знаменитости, пытались вторгнуться в их частную жизнь. Гарри очень заинтересован в этой войне против журналистов. Он снова у всех на устах и в статьях английских газет. Ему как воздух нужна победа над ними! Англия воспринимает Гарри как неудачливого помещика из Калифорнии. Она не воспринимает его как человека с высоким титулом. В глазах англичан Гарри за пять лет превратился в странного американского обывателя, пытающегося вырваться из железной руки супруги. Его стали забывать, и новое поколение совсем не интересуется вторым сыном короля. Этому поколению ни холодно, ни жарко от перипетий в жизни второго сына Карла. Резкие повороты судьбы, созданные самим Гарри, их мало волнуют.
Гарри не за что любить жёлтую прессу, но он даже не догадывается, что эта пресса тайно контролируется его женой. Для неё она необходима для того, чтобы уравнять Гарри с собой. Как органично ложатся слова в статьи без употребления титула принц. Никакого когнитивного диссонанса, когда читаешь имя Гарри без упоминания титула. Прошло то время, когда это резало слух. Гарри превратил свою жизнь в непримиримую борьбу с британскими газетами, тратя время и нервы, старея при каждом поражении. Думаю, что и в этот раз его ждёт поражение. Он снова борется с ветряными мельницами, снова рядится в тогу Дон-Кихота, бесцельно тратя силы на борьбу с журналистской братией. Девять недель борьбы юристов. Но при чём тут Гарри? Он среди знаменитостей! Дальше мысль в его голове не идёт.
Ему бы осознать, что он не Давид, а журналисты - не собирательный образ Голиафа. Они, скорее, по-своему талантливы, подвижны, изменчивы и опасны. Их сила в мобильности и мимикрии для выживания в океане информации о положении дел. Газеты всегда были и есть, и даже когда нас не будет. Гарри уже имеет опыт судиться. Он судился с Миррор групп, в которую входит и газета Сан, с этой газетой судилась его жена. Возможно, она и сподобила Гарри на сутяжничество. Но, участвуя в борьбе за славу для второго принца, невозможно проехать без рытвин и ям на дороге к Нике (богине триумфа и славы). Гарри наивно полагает, что его нельзя обсуждать на страницах газет, когда он напяливает на себя форму армии, проклятой всем миром. Нельзя! Он принц! Оказалось, что - можно.
И опять он вспомнил про жену. Это было так не к месту! Дело рассматривалось за 2007 год, а знакомство Гарри состоялось через девять лет. Гарри больше сорока лет, но повёл он себя в суде как испуганный ребёнок. В конце двухчасового допроса он уже был со слезами на глазах. Всё же, какая колоссальная разница: сияющая зубами в счастливой улыбке жена и удручённый муж с полными слёз глазами. Постоянно смеющаяся жена, танцующая в родильном доме за час до родов, хоть бы научила мужа улыбаться радостно и искренне, а не вынужденно. Гарри радостно и искренне улыбается только когда рядом нет жены. Информация к размышлению, как подумал бы Штирлиц-Исаев.