Январь, праздничный месяц, напоследок подарил нам еще и Татьянин день – 25 января. Верующие поминают римлянку Татиану (226-235 гг.), казненную гонителями христианства, а все российское студенчество – именноучреждение в России первого университета.
Кстати, нечужой Ижевску граф Шувалов этот проект Ломоносова представил на подпись императрице Елизавете как раз в день именин собственной любезной матушки – именно Татьяны Петровны.
В Татьянин день полагалась студенческая гулянка, а какая гулянка без песен? От оглушительных «Гаудеамуса», «Дубинушки» и «Да здравствует Татьяна, Татьяна, Татьяна, вся наша братья пьяна, вся пьяна, вся пьяна…» когда-то сходила с ума целая Москва. Как писал А. П. Чехов в 1885 г.: «пианино и рояли трещали, оркестры не умолкали, горла надрывались и хрипели...».
В народе именины всех Татьян называли «солнышем», - мол, «возрос денек на воробьиный скок». Старики и ребятишки поднимались на самое высокое место в округе, грелись на солнышке и загадывали желания. Все Татьяны с утра пекли каравай, угощали родных и гостей. Угощение надо было принять у Тани из рук и низко ей поклониться.
Вообще, Татьянам повезло - в поэзию и музыку их «привел за руку» сам Александр Сергеевич. И, хотя знаменитую Таню Ларину в жизни звали Лиза (Елизавета Воронцова), это имя до сих пор - одно из самых песенных. Тут и «Татьяна, помнишь дни золотые?» и «В бой лечу я с Танею, с Татьяною, с Татьяною…», «Ах, Таня, Таня, Танечка…» и т. д.…
Но многим вспомнится, конечно, песня про «первый день каникул» и уравнение «Татьяна плюс Сергей»*.
25 января 1975 г. Лев Лещенко по радио поздравил Татьян страны этой новой песней. И в редакцию стали приходить мешки писем: «Откуда вы узнали историю моей любви?!» Татьяны со всего Союза сообщали, что ищут суженого с одним-единственным именем - Сергей, молодые мамы называли дочек Татьянами, юные девушки даже меняли имена…
Авторов песни - Олева и Саульского представлять особо не нужно, но как тут удержаться и не добавить деталей?
Итак, Наум Миронович Олев (настоящая фамилия — Розенфельд), студент Тартусского университета и Московского историко- архивного (оба не закончил), журналист «Вечерней Москвы», переводчик с испанского в издательстве «Художественная литература», актер и поэт. Автор стихов к песням от Оскара Фельцмана и Раймонда Паулса до Максима Дунаевского, которые пели все - от Пьехи до Пугачёвой, Караченцева и Успенской. Олев - это «33 коровы», «Полгода плохая погода…», песни из «Мэри Поппинс, до свиданья!» и « Острова сокровищ»…
Один из первых плейбоев столицы, в 1988-ом он открыл галерею «Зеро», выставлял работы ведущих московских художников, и до конца жизни работал галеристом. Сам себя он как-то назвал «злостным романтиком» (посмотрите на его фото!) и рассказывал, как «… в Голландии друзья возили меня на какие-то свои мафиозные разборки. Я должен был играть роль «крестного отца» — почти без слов, только предъявить врагам физиономию. Договаривающиеся стороны собирались в ресторанчике, обсуждали свои сложные взаимоотношения, и тут с некоторым опозданием, как и было предусмотрено сценарием, входил я. Вставал рядышком, руки в карманах, тяжёлым взглядом обводил всех присутствующих, которые напряженно молчали, и со значением вопрошал: «Как дела?» Мои ребята как бы успокаивали: «Да вроде всё нормально». — «Ну смотрите, — пожимал я плечами, — а то я…» — «Нет-нет, ничего, мы тут сами!» Вопросы, естественно, всегда решались в «нашу» пользу» .
Так вот, однажды, в начале 70-х, в морозный день, Олев заметил замерзшую девушку, одиноко сидевшую в скверике у Театра кукол Образцова. Поэт попросил разрешения присесть рядом и спросил, кого она ждет. Оказалось - любимого, которого зовут Сережа. Случайные знакомые разговорились, и Олев услыхал удивительную историю:
«… в библиотеку, где работала Танечка Кондакова, кто-то позвонил, - ошибся номером. Это и был Сережа. Он оказался музыкантом, даже играл девушке на виолончели по телефону. Как-то в Татьянин день Сережа пригласил девушку покататься на лыжах в пансионат под Звенигородом... И там, выехав на поляну, Таня увидела на снегу: «Таня + Сережа». Это Сергей написал перед свиданием»
- Я - Наум Олев, поэт, - представился собеседник, когда девушка замолчала. - Давно не слышал таких красивых слов о мужчинах. Я напишу о вас песню.
Надо ли говорить, что сам Олев в это время был влюблен, а его девушку тоже звали … Татьяна? Долго ли коротко, он написал обещанные песенные стихи и отправился к композитору Юрию Саульскому.
Юра Саульский школу Гнесиных окончить не успел: началась война . В эвакуации в Сибири он учился в военно-музыкальном училище по классу валторны, на Параде Победы на Красной площади 24 июня 1945-го играл в сводном оркестре Московского военного округа.
В 1954-ом - закончил в Москве консерваторию с красным дипломом, но … выбрал полузапрещенный джаз и стал руководителем оркестра Дмитрия Покрасса, а через год — самого известного в стране джаза Эдди Рознера (для любопытных- в этом оркестре играл наш ижевский Герман Власов- сын полка и основатель Биг Бенда ИМИ-ИжГТУ!).
В 1957-ом на VI Всемирном фестивале молодежи и студентов оркестр ЦДРИ под управлением Саульского стал призером джазового конкурса, и «заработал» разгромную статью в газете «Советская культура»: «Пагубный в искусстве пример утери самостоятельного творческого облика .манера исполнения — крикливая, грубая, физиологическая, рассчитанная на дешевый, «чисто джазовый» эффект. Мы с отвращением наблюдаем за длинноволосыми стилягами в утрированно узких брюках и экстравагантных пиджаках». Саульского объявили музыкальным антисоветчиком,
опала длилась четыре года.
В 1961-ом Саульского назначили главным дирижером Московского мюзик-холла, через год приняли в Союз композиторов СССР. В 1963 году он сочинил «Черного кота», и на него обрушились всесоюзная слава и денежное благосостояние.
К 1970-м годам новой проблемой советской идеологии стал рок, а Саульский - одним из организаторов и председателем жюри на первом рок-фестивале «Весенние ритмы» в Тбилиси ; во многом благодаря Саульскому эта музыка вышла из подполья.
К началу 1990-х без Саульского не обходилось ни одно светское мероприятие. Он был президентом Международного джазового ангажемента и проводил джаз-фестивали в Москве, Сочи, Оренбурге и Минске.
Но вернемся в 70-е годы, к девушке Татьяне на заснеженной скамейке и поэту Олеву.
Саульский в это время как раз сочинил музыку совсем на другие тексты Олева - к мюзиклу «Загадочный нищий» Театра им. Ермоловой. Влетев к композитору домой с горящими глазами, Олев пропел на музыку к спектаклю совершенно другие слова: «Татьянин день, Татьянин день, Татьянин день...». И заявил, что у него – любовь! Его любовь, конечно же, тоже Татьяна, и песню они посвятят всем Татьянам!»
Новую песню не пускали в эфир, пока спектакль не исчез из репертуара театра. А потом на всю страну прозвучали слова: «Была зима белым-бела,/ Мела метель.../Татьянин день,/ Татьянин день….»
Добавим, что по законам обыкновенного чуда и сам Саульский однажды в Ленинграде заскочил в редакцию журнала «Эстрада и цирк». Молодая девушка-редактор просила мэтра согласовать его текст о джазе. Разумеется, девушку звали … Таня. Уже через два дня Татьяна и Юрий решили пожениться и прожили вместе более четверти века...
Слушать песню: https://dzen.ru/video/watch/63ce44ce097158269da127de
Татьянин день
Муз. Юрия Саульского, слова Наума Олева
Был белый снег, шел первый день каникул,
И целый день бродили мы с тобой.
И было все вокруг торжественно и тихо,
И белый-белый снег над белою зимой.
Но вдруг зима дохнула вешним ветром,
Когда ты на снегу у дома моего
Два слова начертил обломанною веткой:
«ТАТЬЯНА плюс СЕРГЕЙ», и больше ничего.
Припев:
Была зима белым-бела,
Мела метель...
Татьянин день,
Татьянин день.
А для меня цвела весна, звенел апрель,
Татьянин день,
Татьянин день,
Татьянин день...
Но шли снега, и было их немало,
Но тот Татьянин день забыть я не могу.
Судьба нас не свела, но мне всегда казалось:
«ТАТЬЯНА плюс СЕРГЕЙ» ты пишешь на снегу.
Пройдут снега, на мокром тротуаре
Для девочки другой напишет кто-то вновь
Те вечные слова, что мы не дописали:
«ТАТЬЯНА плюс СЕРГЕЙ равняется Любовь»...
*По открытым источникам