(Или как французский режиссер придумал главный троп европейского экшна)
Люк Бессон — главный поставщик эталонов для целых поколений. Эталонов стиля, безумия и, конечно же, девушки с пистолетом (или без, но она все равно опасна). Его героини — эпицентр вселенной, хаос и порядок в одном флаконе. Они проходят путь от сломанных жертв до божественных существ, и мы любим их за каждый сломанный нос, каждую неловкую улыбку и каждый меткий выстрел.
Уникальная эволюционная цепочка от истоков до космоса. Рейтинг фильмов по уровню «бессоновости», харизмы и того самого фирменного заряда.
7. Ангел-А (2005)
Метафизическая модель.
Здесь мы имеем дело с чистой архетипической сущностью. Анджела (Рие Миядзава) — не девушка-убийца в прямом смысле. Она — убийца сомнений и комплексов, ангел-киллер низкой самооценки главного героя. Это самый лирический и разговорный проект Бессона в нашей подборке. Здесь нет оружейного пафоса, есть черно-белый Париж, диалоги о сущности человека и невероятная, почти архитектурная, пластика героини. Она убивает не людей, а тщеславие и трусость. Сила — в абсолютной уверенности и росте (буквальном и метафорическом).
Крута как философский камень, а не как нож.
6. Никита (1990)
Праматерь. Альфа и Омега.
Точка отсчета. Анн Парийо в роли Никиты — это дикое, агрессивное, сломленное и заново собранное государством животное. Её трансформация из наркоманки-преступницы в элегантного и смертоносного агента — самая болезненная и психологически достоверная. В её глазах всегда живёт тот испуганный зверёк из первых кадров. Её крутость не в суперсилах, а в хрупком балансе между выученной холодностью и прорывающейся человечностью. Она носит чёрное платье и каблуки так, будто это часть её брони. Она — архетип, с которого скопированы все последующие героини. Без неё не было бы ничего.
5. Анна (2019)
Возвращение к истокам с двойным дном.
Поздняя, но яростная попытка Бессона повторить формулу «Никиты» в эпоху сложных нарративов. Саша Лусс в роли Анны — шахматная королева на доске шпионских игр. Её крутость — в многослойности: она и беспомощная модель, и хладнокровный агент КГБ, и гениальный стратег, просчитывающий всех на несколько ходов вперед. Фильм — матрешка с перемотками времени, где Анна всегда на два шага впереди. Стильно? Безусловно. Умно? Да. Но чувствуется некоторая расчётливость, вторичность. Это идеально собранный конструктор из лучших деталей Бессона, но без искры первооткрывательства.
4. Люси (2014)
Квантовый скачок в богини.
Здесь Бессон берёт свою любимую идею трансформации и доводит её до абсолютного, космического максимума. Люси (Скарлетт Йоханссон) начинает как наивная жертва, а заканчивает как воплощённый в человеке интернет, вселенная и флешка одновременно. Это апофеоз «бессоновской девушки»: из бесправного существа она становится богом, проходя через стадии безжалостной воительницы. Фильм — безумный вихрь псевдонауки, экшена и философии. Крутость Люси зашкаливает, но она настолько огромна, что становится абстрактной. Мы восхищаемся ей как силой природы, но уже не можем соотнести себя с ней.
3. Жанна Д’Арк (1999)
Пророк в латах. Самая эпическая и одержимая.
Не дайте ввести себя в заблуждение критикам, называющим этот фильм «спорным». Это — самый амбициозный и без компромиссов портрет одержимости в карьере Бессона. Милла Йовович здесь стихийная сила, канал между землей и небом. В то время как другие героини Бессона борются за свою жизнь или любовь, Жанна сражается за судьбу целой нации. Бессон смело показывает не икону, а хрупкого, пугающего, экстатического гения. Её диалоги с Богом — не умилительные беседы, а яростные, почти истеричные споры с собственной душой. Это делает её не слабой, а невероятно человечной и сложной. Это вершина трансформации по-бессоновски: из крестьянской девушки — в полководца, из голоса в голове — в голос эпохи. Да, здесь меньше стильного экшна и больше психологической драмы, но по масштабу личности и мощи образа Жанне нет равных.
2. Пятый элемент (1997)
Идеальное существо в неидеальном мире.
Лилу (Милла Йовович) — это квинтэссенция бессоновской эстетики, доведённая до гротеска и совершенства. Она не «убийственная девчонка» в классическом смысле, а божественное оружие в облике хрупкой девушки с огненно-рыжими волосами. Её сила — не в боевых искусствах (хотя они у нее есть), а в абсолютной чистоте, незнании зла и способности любить целую вселенную. Она воплощает главную идею Бессона: истинная сила рождается из уязвимости и эмоций. А её образ, созданный Жан-Полем Готье, — это отдельный вид оружия массового поражения, сформировавший вкусы миллионов. Она не эволюционирует, она является, и этого достаточно.
1. Леон (1994)
Несвятая святая. Абсолютный чемпион.
Матьё Кассовиц? Нет, это Натали Портман в роли Матильды. Да, формально главный герой — Леон. Но вся энергия, вся боль, вся движущая сила истории исходит от этой 12-летней девочки с сигаретой и взглядом старше времени. Матильда — идея «убийственной девчонки» в её чистейшем, неразбавленном виде. Она ещё не стала Никитой или Анной, но в ней уже есть всё: травма, жажда мести, абсолютная преданность, детская жестокость и невероятная, колотящаяся у виска, жизненная сила. Она не прошла подготовку — она родилась с этим. Её финальный уход, с растением в руках, — это не конец, а самое начало великой, страшной и прекрасной истории. Она не просто крутая. Она — зерно, из которого вырос весь бессоновский мир.
Люк Бессон не просто снимал фильмы с сильными героинями. Он создал единый миф о трансформации. Его героини проходят путь из грязи — в князи, из жертвы — в богиню, из тьмы — к звёздам. И мы, зрители, неизменно покупаемся на эту магию, потому что в каждой из них есть частичка той самой Матильды — девочки, которая смотрит в глазок и решает изменить свою судьбу. Любой ценой.