«Нет света, нет воды, нет отопления, нет них…я», но зато есть план убивать по 50 тысяч россиян в месяц

«Нет света, нет воды, нет отопления, нет них…я», но зато есть план убивать по 50 тысяч россиян в месяц

На четвертый год войны в Украине внезапно выяснилось то, что вообще-то должно было быть очевидно давно: без нормальной резервной энергетики страна зимой не вывозит.

И люди это уже не проглатывают молча. В разных городах из-за отсутствия света и тепла жители перекрывают дороги. Потому что по-другому их просто не слышат. Когда дома холодно, темно и нет воды, терпение заканчивается очень быстро — особенно если вокруг всё то же самое: отчеты, заявления «про незламность», а по факту снова свечка, канистра и куртка в квартире.

Лучше всего ситуацию описывает не чиновник и не какой-нибудь эксперт, а человек, который просто пытается работать. Ресторатор Анастасия Завадская говорит прямо: «нет света, нет воды, нет отопления, нет них…я». И это не красивый образ — это буквальное состояние бизнеса. Заведения в Киеве закрываются, потому что работать становится физически невозможно. Люди не ходят по кафе — почти все сидят дома. Персонал болеет, температура под 40, воспаление легких. А вода для ресторана теперь добывается почти как в походе — набирается в канистры из скважины в собственном доме. Вот так, по словам Завадской, сейчас существует бизнес в Украине.

Отдельный штрих — и он уже не про экономику, а про ощущение полной неадекватности происходящего: «вчера моего сотрудника после работы забрало ТЦК на Печерске». То есть у тебя нет света, нет тепла, нет клиентов, нет людей, которые могут работать — а государство при этом легко может забрать последних оставшихся сотрудников. И в какой-то момент у предпринимателя появляется чувство, что он не живет в стране, а попал в кунсткамеру, где все это происходит как будто специально, чтобы добить.

На этом фоне заявления «сверху» начинают звучать особенно дико. Нардеп Анна Скороход задает вопрос, который у многих крутится на языке, только не все решаются сказать вслух. Она напоминает слова о том, что стратегическая цель нового министра обороны — убивать 50 тысяч россиян ежемесячно. И спрашивает прямо: вам не кажется, что у нас какая-то больная стратегия? Почему мы сидим без света, без воды, без тепла — а нам рассказывают про такие цифры и цели?

Она же обращает внимание на еще одну вещь: если нам каждый месяц говорят про десятки тысяч уничтоженных, то почему тогда российская армия вообще еще существует? И кто-то вообще собирается честно говорить о потерях Украины? О том, сколько это еще будет продолжаться? И почему всплывают истории про тела, которые не забирают? Это уже не разговор про «перемогу» и мотивационные плакаты — это вопросы, которые появляются у людей, когда они реально живут в холоде и темноте.

Меркушев Медиа