ИГИЛ* взяло на себя ответственность за взрыв в китайском ресторане в Афганистане

Последнее нападение на китайские организации и граждан в Афганистане отражает сложные отношения между Китаем и различными фундаменталистскими группировками на Ближнем Востоке. По данным местной полиции, взрыв произошёл возле кухни в китайском ресторане, который в основном обслуживает китайскую мусульманскую общину в Кабуле. Ресторан находится в коммерческом районе Шахр-э-Нау, одном из самых безопасных районов города. ИГИЛ-К, афганское отделение террористической группировки, взяло на себя ответственность за теракт, заявив в понедельник, что он был совершён террористом-смертником. Группировка сообщила, что выбрала в качестве целей китайских граждан в Афганистане из-за усиливающихся преследований уйгурских мусульман в Китае. С тех пор как в 2021 году «Талибан» восстановил контроль над Афганистаном, Пекин стал одним из его главных сторонников. В последние годы в Афганистан приехало большое количество китайских бизнесменов. Две страны разделяет 47-мильная (76 км) граница. ИГИЛ потерпело поражение, и у него больше нет основного руководства. Остались лишь небольшие группировки, в том числе филиал в Афганистане, рассказал The Epoch Times Фэн Цунъи, профессор китаеведения в Сиднейском технологическом университете. Филиал ИГИЛ подчёркивает своё присутствие на Ближнем Востоке, нападая на китайские рестораны, «особенно сейчас, когда у Ирана проблемы», — сказал Фэн, добавив, что «это связано с тем, что ИГИЛ — суннитская организация, которая противостоит шиитскому режиму в Иране». После того как «Талибан» восстановил контроль над Афганистаном, общественный порядок по-прежнему оставался на низком уровне, рассказал The Epoch Times Шэнь Минши, научный сотрудник отдела исследований национальной безопасности Тайваньского института исследований национальной обороны и безопасности. «Поэтому ИГИЛ создало свои отделения в Афганистане. Поскольку ИГИЛ само было категорически против преследования уйгуров китайским правительством, его отделения, естественно, совершали террористические атаки в Афганистане, направленные против китайцев», — сказал он. Эксплуатация инициативы «Один пояс, один путь» Ещё одной причиной нападения ИГИЛ стала китайская инициатива «Один пояс, один путь» (ОПОП) на Ближнем Востоке, рассказал The Epoch Times Су Цзыюнь, исследователь и директор отдела оборонной стратегии и ресурсов Тайваньского института исследований национальной обороны и безопасности. Инициатива «Один пояс, один путь» — это глобальный внешнеполитический проект китайской компартии, направленный на расширение политического влияния путём предоставления иностранным правительствам кредитов на инфраструктурные проекты, из-за которых страны часто оказываются в долгу перед Пекином. Афганистан, Пакистан и Ирак, среди прочих стран Ближнего Востока, являются участниками инициативы «Один пояс, один путь». Это не первый случай нападения на граждан Китая в Афганистане и на Ближнем Востоке. Китайский рабочий был убит на севере Афганистана в январе 2025 года. Пять китайцев были убиты и ещё пятеро получили ранения в Таджикистане в результате атаки беспилотника из Афганистана в декабре 2025 года. Китайские рабочие и инженеры также неоднократно подвергались нападениям в Пакистане со стороны экстремистских группировок, выступающих против проектов Китайско-пакистанского экономического коридора (КПЭК). Одной из причин нападений называют недовольство местных жителей эксплуатацией в рамках инициативы «Один пояс, один путь» в регионе. И Таджикистан, и Пакистан участвуют в этой инициативе. По словам Шэня, террористические группировки нападают на китайцев, особенно в китайских ресторанах, отчасти для того, чтобы продемонстрировать свои возможности, а отчасти в качестве предупреждения для китайцев, проживающих в регионе. По его словам, филиал ИГИЛ теперь действует в Пакистане, Афганистане и на других территориях, поскольку им проще развиваться в регионах, где нет верховенства закона. «Граждане Китая в этих регионах, особенно в Западной Азии и на Ближнем Востоке, стали их главной целью». Отношения компартии Китая с экстремистскими группировками По словам Шэня, отношения между Коммунистической партией Китая и исламскими силами на Ближнем Востоке довольно сложные. «Хотя Китай поддерживает тесные связи с такими режимами и группировками, как Иран, “Хезболла” в Ливане или повстанцы-хуситы в Йемене, это также затрагивает интересы различных исламских этнических группировок», — сказал Шэнь. «Хезболла» и хуситы внесены в список террористических организаций США. «Теоретически все эти страны настроены против США, что соответствует интересам Китая. Однако Китай ведёт масштабное строительство в странах Центральной Азии и на Ближнем Востоке в рамках Китайско-пакистанского экономического коридора или инициативы “Один пояс, один путь”, но эти инфраструктурные проекты носят эксплуататорский характер». По словам Шэня, эти проекты стали долговыми ловушками для этих стран, а преследование уйгуров в Синьцзяне вызвало негативную реакцию исламских группировок в Западной Азии и на Ближнем Востоке. Су Цзыюнь также отметил, что ИГИЛ, «Талибан» и шииты в Иране — это разные группировки в исламском мире. «Талибан» и ИГИЛ противостоят друг другу, а Иран и «Талибан» находятся в состоянии конфликта. Фэн сказал, что «Талибан» и ИГИЛ — это теократические системы, в которых религиозная и политическая власть объединены. «Они настроены против Америки и Запада. Но поскольку Пекин подавляет мусульман в Синьцзяне, некоторые более мелкие секты внутри этих групп считают, что они обязаны помогать мусульманам в Китае, и видят в китайском правительстве угрозу для своих братьев и сестёр-мусульман в Китае. Поэтому отношения между ними довольно сложные». По словам Фэна, с тех пор как «Талибан» восстановил контроль над Афганистаном, компартия Китая стала оказывать ему финансовую и иную поддержку, и «Талибан» стал другом Китая. «Однако Китай напрямую не финансировал ИГИЛ. Поэтому, несмотря на то что они оба выступают против США, у ИГИЛ нет “дружбы”, купленной за деньги, с Пекином», — сказал он. Теперь, когда ИГИЛ потерпело поражение и лишилось своего основного руководства, многие из его более мелких группировок действуют независимо. «У него нет конкретной внешней политики или общих правил, которых придерживался прежний . Поэтому каждый случай нужно рассматривать отдельно», — сказал Фэн. запрещённая в России террористическая организация В подготовке этого материала участвовали Luo Ya, Reuters и Associated Press.