Часть I
Часть II
Часть IV
Часть V
Часть VI
Часть VII
Часть VIII
Часть IX
Часть X
После взятия Антиохии крестоносцами 3 июня город 7 июня осадило войско Кербоги (правителя Мосула). Находясь в полном отчаянии после тяжелейшей осады, подвергаясь случаям дезертирства и сильному голоду, войско крестоносцев испытывало острую жажду чудес. И чудеса не замедлили «явиться». 10 июня 1098 года некий Пётр Варфоломей (Пьер Бартелеми) сообщил Раймунду Тулузскому, что ему в видениях являлся Святой Андрей, открывший местоположение одной из самых святых реликвий христианского мира — Святого Копья, которым Лонгин пронзил тело Иисуса на кресте. На Адемара (папского легата), видевшего в Константинополе Святое Копьё, признаваемое всеми верующими подлинным, эти слова впечатления не произвели. Однако Раймунд поверил ему и 15 июня старый наконечник копья был выкопан в соборе Святого Петра. После победы над Кербогом в битве при Антиохии 28 июня и снятия осады крестовое воинство в марте следующего года прибыло к Арке к уже осаждавшему её с 14 февраля Раймунду.
«Во время этой осады [14 февраля - 13 апреля 1099 г. — Прим. ред.] возникли сомнения насчет открытия священного Копья. Чтобы покончить с этими толками, священник Бартелеми решился подвергнуться огненному испытанию. В обширной долине был приготовлен костер. В присутствии христианской армии марсельский священник, облаченный в простую тунику, держа в руках священное железо, обернутое в шелковую материю, вошел на пылающий костер и через минуту вышел из пламени. Бартелеми умер через несколько дней после этого, упрекая своих усердных приверженцев, что они подвергли его необходимости доказывать истину своих слов посредством такого страшного испытания.» © Ж. Мишо
«В христианской армии, состоявшей из 300.000 воинов под стенами Антиохии, теперь насчитывалось не более 50.000, но войско это, за которым уже не следовала толпа бесполезного сброда, составляло грозную силу. <...> Пилигримы перешли через владения бейрутские, тирские и сидонские, не встречая на своем пути неприятеля. Правители прибрежных городов посылали им продовольствие и заявляли о своем миролюбии и покорности. Богатая Финикийская страна, раскрыв свои сокровища перед крестоносцами, произвела на них радостное впечатление: земля обетованная предстала перед ними во всей прелести; ливанские христиане явились приветствовать своих братьев и избавителей. Армия ликовала и, оживленная святой надеждой, сделалась образцом дисциплины и благочестивого единения. Проходя через Птолемаиду, крестоносцы получили обещание от эмира этого города подчиниться их власти, если они покорят Иерусалим. Горы Кармил, Кесария, Лид да и Рамла представились глазам крестоносцев одна за другой, и все эти местности, полные священных воспоминаний, признали владычество латинян.» © Ж. Мишо
«Велик был их восторг, радостны слезы, когда, наконец, показались стены и башни того города, который вмещал в себе Голгофу! Всадники сошли со своих коней и пошли босые; стоны, вопли, преклонения, молитвы и тысячекратно переливающийся возглас «Иерусалим!» служили выражением трогательного и восторженного благоговения воинства Святого креста.» © Ж. Мишо
«Знойное лето было во всем разгаре, когда франкская армия прибыла к стенам священного города. При слухах о приближении крестоносцев неприятель засыпал или отравил все цистерны. Ни одной капли воды не осталось в пыльном русле Кедрона. Силоамский источник, из которого истекала временами вода, был недостаточен для множества пилигримов; головы их жег палящий зной, а под ногами была иссохшая земля и раскаленные скалы. Воины Креста подверглись всем мучениям жажды, и так велико было это бедствие, что недостатка в пище они почти и не замечали. Генуэзский флот, прибывший в Яффу с продовольствием всякого рода, несколько рассеял мрачное настроение христиан; в лагерь были доставлены съестные припасы, различные инструменты для сооружений, инженеры и плотники-генуэзцы под защитой 300 человек, предводительствуемых Раймундом Пеле.» © Ж. Мишо
«К этим могущественным средствам для нападения [Осадным башням. — Прим. ред.] следует присоединить и религиозный энтузиазм, который произвел уже столько чудес во время этого крестового похода. После трехдневного строгого поста крестоносцы, в настроении глубочайшего смирения, совершили крестный ход вокруг священного города.» © Ж. Мишо
«14 июля 1099 г., на рассвете дня, предводители войска подали сигнал ко всеобщему наступлению. Все силы войска, все боевые орудия разом нагрянули на неприятельские укрепления. Три большие башни или перекатные крепости под управлением Готфрида на востоке, Танкреда на северо-западе и Раймунда Тулузского с южной стороны города двинулись к стенам, среди грома оружия и криков рабочего люда и воинов. Этот первый натиск был ужасен, но он еще не решил судьбу сражения; после 12-часовой упорной битвы нельзя еще было определить, на чьей стороне останется победа. Когда наступившая ночь заставила враждующих разойтись по лагерям, христиане томились тем, что "Бог не удостоил еще их войти в священный город, чтобы поклониться Гробу Его Сына".» © Ж. Мишо
«На следующий день битва возобновилась. Осаждаемые, узнав о приближении египетской армии, ободрились надеждой на победу. Но вместе с тем и мужество воинов Креста возросло до непобедимой силы. Нападая с трех сторон, они действовали разрушительно. Две колдуньи, которые, стоя на укреплениях, заклинали стихии и все адские силы, свалились мертвыми под градом стрел и каменьев. Осада длилась уже полдня, однако крестоносцы все еще не могли проникнуть в Иерусалим. Вдруг на Масличной горе показался рыцарь, размахивающий щитом и подающий христианским вождям знак, чтобы они вступали в город. Это внезапное появление воспламенило рвение христиан.» © Ж. Мишо
«Башня Готфрида выступает вперед под градом каменьев, стрел и греческого огня и опускает свой подъемный мост на стены. Крестоносцы в то же время пускают горящие стрелы в боевые машины осажденных, и в мешки с сеном и соломой, и в шерстяные тюки, прикрывающие остатки городских стен. Ветер раздувает пожар, относит пламя в сторону сарацин, и они, окруженные столбами дыма, в смятении отступают. Готфрид... теснит неприятеля и по следам его вторгается в Иерусалим. Танкред, оба Роберта и Раймунд Тулузский не замедлили со своей стороны с вступлением в крепость. Крестоносцы вошли в Иерусалим в пятницу, в три часа пополудни, в самый день и час крестной смерти Спасителя.» © Ж. Мишо
После избрания правителя новообразованного королевства - Готфрида Бульонского (22 июля), и нового патриарха Иерусалимского - Арнульфа де Роола (1 августа), была найдена часть Истинного Креста, представляющая из себя небольшой фрагмент дерева вставленный в золотой крест (5 августа).
«После дележа добычи наступил отдых от излишеств победы. Было предоставлено время для размышлений о своей миссии и пробуждения эмоций, которые привели их сюда. Было посещение святых мест и удивительная игра воображения. Реликвии появлялись повсюду, и самые обычные вещи были окутаны ореолом святости. Так было обнаружено древо Истинного Креста, которое было похищено Хосровом и возвращено Ираклием. Разумеется, во время осады христианские жители тщательно скрывали его от сарацин. Его открытие вызвало у крестоносцев самые бурные эмоции. Они были так тронуты, словно увидели на нем тело Христово. Его пронесли по улицам в триумфальной процессии и водрузили в церкви Воскресения Христова.» © Джеймс П. Бойд
Эта наисвятейшая реликвия была использована в последующей битве при Аскалоне и ещё неоднократно участвовала в других сражениях против мусульман.
«14 [На самом деле 12. — Прим. ред.] августа на самом рассвете герольды возвестили, что сражение начинается; иерусалимский патриарх обошел тогда ряды воинов, показывая им древо Животворящего Креста, которое почиталось у латинян самой священною драгоценностью.» © Ж. Мишо
«Готфрид позаботился о расширении пределов государства. <...> Король Иерусалимский... налагал подати на эмиров Кесарии, Птолемаиды, Аскалона и подчинял своей власти аравитян по левую сторону Иордана.» © Ж. Мишо
Часть I
Часть II
Часть IV
Часть V
Часть VI
Часть VII
Часть VIII
Часть IX
Часть X