Всем добрый вечер!
Интересное дело. В спортивной медицине есть понятие «перетренированности», когда нагрузки были слишком высокие, длительные и частые, и поэтому человек теряет эффективность, слабеет, а спортивный результат сильно снижается.
Это физиология — так устроено наше тело. Но, похоже, в писательстве тоже есть что‑то похожее: я так старался написать максимально качественно, успеть выпустить в срок и довести «Плохой день Джейн Сёркл» до ума, что, кажется, перестарался. Чувствую какую‑то непонятную опустошённость. Руки опускаются.
Сомнения опять какие‑то, метания.
Фи!😤
Но новый рассказ всё равно пишу.
Цитируя Дельфина: «Не воспринимая мир как должное, беру всё в свои железные руки».
💪🏼
😩
А вот, кстати, отрывок из нового рассказа:
Шаги гулко раздавались в пустоте тоннеля, заставляя Оскара нервно озираться. Освещение не работало, а небольшие ручные фонари лишь усиливали чувство тревоги, позволяя воображению рисовать мутантов в каждом тёмном углу. Весь ужас, что ему довелось испытать полтора года назад, вернулся вновь. Он дышал в затылок могильным холодом, и с каждой минутой напряжение только росло.
Где‑то спереди раздался металлический скрежет. От резкого звука Оскар вздрогнул. «Они там что, с ума сошли? Сейчас сюда сбежится полгорода». Он зашарил фонарём перед собой и натолкнулся на недовольное лицо часового.
— Хватит мне в морду светить! Гаси! — грозным шёпотом произнёс тот и зачем‑то погладил своё оружие. — В первый раз, что ли?
Оскар неуверенно кивнул и выключил свет. Теперь темноту разгоняли лишь тусклые фосфоресцирующие лампы, расставленные вдоль стен.
— Видимо, слухи не врут, — уже спокойнее, даже с сочувствием, продолжил часовой.
— Какие ещё слухи?
— Отставить болтовню! — перед ними возник могучий силуэт начальника караула. — Проходи, напарник ждёт.
Спорить с человеком, чей позывной — «Мясник», Оскар не рискнул и поспешно выполнил команду. Вообще склонность сотрудников «внешней» службы присваивать себе и друг другу странные или пугающие прозвища вызывала у него почти научный интерес. Видимо, вместо двух лет валяния дурака в медицинской школе ему стоило заняться антропологией. Впрочем, если это никому не было нужно до катастрофы, то сейчас нечего и мечтать. Есть проблемы поважнее.
Например, по какой‑то неведомой, не озвученной начальством причине он вынужден топать на дальний пост с пожилым мужчиной по прозвищу Олдбой. И самое ужасное заключается в том, что это не разовая вылазка. Теперь лаборанты, уборщики и ремонтники дежурят два раза в месяц вместе с сотрудниками внешней службы. Простых работяг отправляют к морлокам в пасть в сопровождении отъявленных головорезов. Зачем разбрасываться людьми, которых и так не хватает? Пресловутой «очереди за забором», как в былые времена, точно нет.
