Эрудиция – не наша цель; она только средство.
Гюстав Лансон
Сознавая исчерпанность метода сопоставлений, не могу отказаться от него одним махом окончательно. Так рассуждает бывалый авантюрист, выслушав дерзкий план ограбления.
«На два кирпича ошибся…» – сетует герой такого приключения голосом Аркадия Северного, нелинейно повторяя мантру ростовщика в фантастическом рассказе Достоевского: «всего только пять минут опоздал», применимую на все случаи жизни.
Опоздать, ошибиться не означает потерять или проиграть, но напротив приблизить встречу с чем-то неожиданным и необычным, чего бы вам век не видать, иди оно все нормальным чередом, по расписанию.
Проспать – и увидеть вещий сон. Задуматься и пройти мимо, чтобы свернуть туда, где тебя ожидает нечто более важное.
Желающий сорвать ветхие лохмотья старых систем ведет себя, как беглец, прельщенный нарядом огородного чучела, не подумав, что эти тряпки будут выглядеть на нем подозрительнее тюремной робы. Но, его, как разведчика, поступившего аналогичным образом в «Большой скуке», ожидает щедрое вознаграждение.
Бывают и обратные примеры. Рецидивист Софрон Ложкин («Дело пестрых»), стащив чемодан у якобы спящего демона бездны, подписывает себе смертный приговор: ты именно тот экземпляр, который мне нужен!
Страх – не что иное, как интенсивное ощущение неведомых перемен и последствий: вас посетит Фантомас.
Бесстрашие – слабое предвидение того же самого: не нас, а вас.
Страх стимулирует воображение, а оно в свою очередь регулирует степень испуга.
Сколько сильных фильмов посвящено этому чувству – чешские, польские, советские. Итальянские: «Я боюсь» Дамиано Дамиани, «Операция «Страх» Марио Бава. Сразу две картины Фассбиндера, совершенно не похожие друг на друга. Но, о них мы поговорим в другой раз…
Послушайте простую песенку – в ней обычными звуками переданы естественные отголоски невидимого мира. Гармония пяти аккордов ясна и реальна, но в природе такой четкой симметрии не существует: куплет, припев, проигрыш… Упрощенный до слабоумия мотивчик, от которого тянет отмахнуться, как от назойливой галлюцинации.
Такая вещь вызывает истерику у отсидевшего срок капитана Ришо. «Скажи своему капитану», внушает простушка Франс Галь, и герой Бруно Кремера испепеляет фамильярного посетителя своим фирменным ястребиным взглядом.
В реальной жизни белокурая Франс гоняла по Парижу в черном комбинезоне на «Сузуки», который ей подарил Джонни Холлидей, знающий толк в мотоциклах и блондинках. Кадр с фотосессии для фанзина Bravo долгие годы лежал под стеклом моего письменного стола: Ganz in schwarz!
Основным поставщиком хитов для Франс Галь был расторопный Серж Гензбур, чью оригинальность заметно притупило и девальвировало посмертное смакование его эпатажных банальностей.
Но «Капитана» придумал другой шлягермахер, как говорили в старину, моисеева закона – Ги Фрейдлин, выбравший себе романтический псевдоним Маджента.
Помимо Франс Галь песни плодовитого месье Ги охотно исполняли Саша Дистель, Далида и брутально-сентиментальный рокер Эдди Митчелл по прозвищу «Шмоль».
В дальнейшем на дисках Шмоля красивое имя Маджента сменило не менее звучное Пападиамантис. Причиной стала не ссора, а гибель композитора в автокатастрофе.
Ги Фрейдлин разбился в новейшей модели «Ягуара», которую приобрел к собственному сорокалетию. Машина этой марки была символом успеха молодых звезд поп-музыки, вышедших из народа. «Ягуаром» щеголял Джордж Харрисон, в нем сдавала на права Силла Блэк. Он фигурировал в песенных комиксах Бо Диддли и Чака Берри.
Не по годам басовитый уроженец солнечной Ривьеры – шестнадцатилетний Дик Риверс сам сочинил и спел «Твист в Сан-Тропе».
Маститый советский поэт Леонид Мартынов описал «Твист в Крыму»:
Я наблюдал,
Как пляшут твист
В Крыму.
О нет, я не смотрел, как лютый ворог,
На этих неизвестно почему
Шельмуемых танцоров и танцорок,
Но понимал: не это - твист, не та
Динамика, не так руками машут.
Риверсу доведется спеть и Twist and Shout, одну из визитных карточек ранних Битлз.
Затем миниатюрного Дика пригласят в чудесное теле-шоу «Песни Леннона и МакКартни», где он исполнит Things We Said Today по-французски не хуже, чем это получилось у Клиффа Ричарда на языке оригинала.
А год спустя в песне Риверса и Мадженты «Дорогой Люцифера» прозвучит индийский инструмент, внедренный Харрисоном в арсенал поп-музыки. Партию ситара сыграет англичанин Биг Джим Салливан, чуткий и скрупулезный аккомпаниатор Тома Джонса.
Отрывистые аккорды на ситаре в песне Гензбура Harley Davidson извлекает француз Жан-Клод Оливер. Это под неё так грациозно (20 мин. 08 сек.) топит машину с убитым подельником гангстер Кенкен в крепком нуаре «Паша», действуя по принципу «перекрести да под лед пусти». В данном случае, вместе с песней.
Память сохранила голос и песни Дика Риверса. Дик Риверс сохранил любовь к искусственному эху, зная силу безотказного воздействия этой «примочки» на пробуждение ностальгических вибраций.
Ги Маджента проносится Дорогой Люцифера, оставляя случайного читателя, слушателя, свидетеля – с разинутым ртом.
Я понимаю, что ставить вопрос о влиянии ряда песен и фильмов на целую группу совпавших с их появлением событий, исторических фактов - означает задаваться несбыточной целью. Целесообразнее будет воздержаться от выводов и ограничиться простым сопоставлением.
Highway 61 Revisited Боба Дилана и «Старый коричневый башмак» Джорджа Харрисона. Помимо очевидного сходства приемов и гипнотизма этих песен, между ними бурлящий хаос ощущений и переживаний людей, о которых мы уже ничего не узнаем. Но, разве эта преграда как-то обесценивает их оригинальность?
Дельфин Сейриг – будущая звезда таких шедевров, как «День Шакала» и «Скромное обаяние буржуазии», дебютировала в скромной и сумбурной короткометражке «Погадай на моей ромашке». Это фильм-импровизация, где дурачится компания битников с еще безбородым Алленом Гинзбергом во главе.
Странный, психоделический момент наступает в нем, когда Дельфин Сейриг моделирует имидж Боба Дилана с сигаретой за несколько лет до того, как будет сделан знаменитый снимок.
Как говорится, судите сами.
Примечательно, что Дилана попросту еще никто не видел и не слышал, и актриса совсем не похожа на себя в привычном образе нордической блондинки из фильма ужасов «Дочери тьмы».
Страх… не забыть о ком-то, о ком лучше не вспоминать, и боязнь о чем-то не вспомнить. Например, про годовщину смерти замечательного певца Уилсона Пикетта, с которым тоже связано одно странное совпадение.
Wicked (Лютый) Pickett – не просто динамичный шоумен. Это оратор, который, перемежая веские слова не менее вескими паузами, электризует толпу в духе шабашей, запечатленных Ленни Рифеншталь, переходя от увещевания к подчинению.
Первой, по настоящему крикливой и забойной песней в стиле ритм-энд-блюз, изданной в СССР официально, можно смело назвать Tonight, Tonight, которую с огоньком и юмором исполнил Мануэль, ливанский энтертейнер армянского происхождения, известный во Франции и Штатах. Безобидный номер, пародирующий клише «белого соула», мог показаться представителям старшего поколения верхом хулиганства, и недоумение рецензента партийной газеты вполне оправдано:
Фирма «Мелодия» считает, что она сделала доброе дело, выпустив пластинку с записью «В эту ночь» Мануэля, она считает, что популяризирует зарубежную эстраду, записывая «Мадонну» и «Тра-ля-ли-тра-ля-ля» в исполнении Горовца! («Комсомольская правда», Эстрада и «эстрада» 1969).
Справедливости ради следует сказать, что в интерпретации «Леди Мадонны» Эмилем Горовцем присутствуют вокальные нюансы, которых нет даже в авторской версии Пола Маккартни. И слова перевел Марк Подберезский блистательно.
Прошедшая цензуру «Тунайт-тунайт» стала фавориткой малышей, отстающих от моды наравне с пенсионерами.
А на Западе уже творилось форменное черт-те что, и далеко не такое безобидное, как армянский шейк Мануэля!
«Все человеческое нам чуждо!» кричат герои «Бит-клуба» потерявшие человеческий облик длинноволосые юнцы, разгуливающие по сцене в носках и меховых тулупах, надетых на голое тело, и щипающие струну зубами...»
В больших городах, где каждый дом был сумрачный вертеп, таким «бит-клубом», превращаясь в инкубатор пятой колонны, становилась не одна академическая квартира!
Но, вернемся к советской загадке Уилсона Пикетта. Каким путем его демоническая Engine Engine #9 попала в телеспектакль «Сослуживцы» (17 мин. 37 сек.)? Где именно под неё колесит по экрану мультяшный автобус, мельтешат в окнах картонные силуэты обитателей жилья, которое украшает подсвечник, похожий на менору – отрада для глаз старой гвардии конспирологов.
Уилсон Пикетт Шоу длится сорок пять минут. Сорок пять минут на экране Уилсон Пикетт, ослепительно улыбаясь, хрипит в микрофон. Юнцы карабкаются в экстазе. Пикетт не щадит себя, а публика буквально в агонии...
Корреспондировал в далеком 1971 обозреватель Р. Котенок. Юнцов можно понять. В каждом из нас безумствует такой же юнец, продолжая карабкаться куда-то с ловкостью боцмана.
Не он первый, не он последний. Еще в 1916 в одном театре лез куда-то вверх по картонным гранитам некто с совершенно голым черепом, настойчиво у кого-то требовавший отворить ему какие-то врата.
Если верить Бунину. А кто дал право ему не верить?
С вами был Граф Хортица.
Не надо упрямиться…