Однажды, будучи еще подростком, я лежал в больнице, ожидая своей очереди на операцию, каждое мгновение ощущая неприятное и тревожное ожидание неизвестности. Это была первая операция в моей жизни, я не знал чего ждать и как это ощущается.
Больше всего меня пугала мысль о том, что меня будут вводить в «общий наркоз», то есть состояние беспамятства, чем-то похожее на сон. Аналогию про сон, мне привел кто-то из родных, кто уже переживал не одну операцию за свою жизнь. Меня уверяли в том, что в этом нет ничего страшного, что я просто засну, а когда проснусь, то дело уже будет сделано.
Но, самые глубинные свои переживания я оставлял при себе, думая, что их никто не поймет. Не знаю почему, но я с самого детства боялся «небытия». Даже когда ложился спать, думал, что я мог бы спокойно пролежать всю ночь, не засыпая. Мне было не приятно то, что я не контролирую того момента, когда погружаюсь в сон.
И когда я задумывался о смерти, больше всего меня пугало и вызывало резкое неприятие то, что мое сознание и я как личность, воспринимающая все вокруг – исчезаю, растворяюсь в небытие. Да и сейчас этот момент мне не дает покоя иногда. Я не могу понять и представить, какого это – не быть. Но ведь когда-то, еще до моего рождения, я уже – «не был» или как?
Вспоминается момент из моего детства, когда мы однажды шли с моим другом по улице и уже точно не помню о чем говорили, но отчетливо помню, как он сказал – «А мне плевать на смерть, ну чернота там и чернота, мне все равно». Я довольно ярко запомнил этот момент, потому что эти слова моего товарища, вызвали у меня яркое отторжение и отвращение. Я подумал тогда – «Да как это так?!».
Так вот, к чему я это все. Тогда, тревожно ожидая в больнице свою очередь на операцию, я взял с собой книгу - STALKER (в данный момент запрещенную франшизу на территории РФ), очень популярную в те годы серию книг. Это была «Линия огня» Василия Орехова, продолжение «Зоны поражения», которую я уже прочитал.
Я не знал, что ждет меня на страницах продолжения этого ответвления франшизы STALKER (запрещен на территории РФ), но как будто бы, кстати, книга начиналась вот таким размышлением главного героя:
«Впрочем, какое мне теперь дело, если секундомер моей жизни, похоже, отсчитывает последние сладостные мгновения? Какими все-таки пустяками всегда забита голова в моменты смертельной опасности...
Не верьте тем книжным романтикам, которые утверждают, что за миг до смерти перед глазами человека проходит вся его жизнь. Чепуха, авторитетно заявляю как эксперт в данном деле. В этот момент в совершенно пустой голове болтаются только пара одиноких мыслей про спрятавшийся гриб-невидимку и обожженное жгучим пухом плечо, а также дурацкое мимолетное сожаление по поводу того, что куча денег за драгоценный артефакт, из-за которого ты сейчас почти наверняка останешься лежать здесь с простреленной башкой, благополучно промарширует мимо тебя.
Да еще истерично мерцающее на краю сознания, как зеленый человечек на светофоре: «Нечестно! Нечестно!». Всякие умники-новички наивно полагают, что настоящий крутой сталкер должен думать исключительно мужественным матом, особенно в критических ситуациях, а слово «нечестно» годится разве что для детского сада или подростковых повестей; ступайте к дьяволу, умники. Почему-то все окрестные земли усеяны вашими костями, а не моими.
Впрочем, какая разница, если конец все равно один. Топтал я Зону во много раз дольше вас, умники, а что толку? Я устало закрыл глаза, не в силах больше видеть многолетние пыль и паутину вокруг. Выстрела все еще не было. Неправильно это, когда последнее, что видишь перед смертью, - пыль и паутина. Есть в этом какая-то высшая подлость.»