Часть I
Часть III
Часть IV
Часть V
Часть VI
Часть VII
Часть VIII
Часть IX
Часть X
«Прискорбно, но не удивительно было услышать о бедствиях, постигших эти передовые отряды, которыми не руководили ни законы, ни добродетели, ни дисциплина и которые возникли, так сказать, из пены взволнованного западного строя.» © Ж. Мишо
«Наконец крестоносцы решились приступить к осаде Никеи. Каждому отряду войска было отведено свое место, каждому народу — свой участок, окруженный стенами и тыном. Первые дни осады прошли в бесплодных попытках. Но вдруг неприятельский авангард, состоящий из 10.000 всадников, стремительно спускается в долину; крестоносцы, предупрежденные о нападении, остаются в выжидательном положении под оружием. Начинается битва. На помощь помятому сарацинскому авангарду выступают 50.000 всадников под предводительством султана. Почва долины колеблется под натиском двух армий; стрелы сыплются в ряды воинов; воздух оглашается ударами копий и мечей и криками мусульман. Готфрид, брат его Балдуин, Роберт Фландрский, Роберт Нормандский, Боэмунд и Танкред бросаются всюду, где заметна опасность. Битва эта длилась с утра до ночи; победа осталась за христианами, но они потеряли 2000 своих братьев; сарацины же убежали в горы, оставив в долине 4000 убитых.» © Ж. Мишо
«Только ночью турки признали свою неспособность сокрушить боевые порядки христиан и угрюмо удалились с места побоища, оставив четыре тысячи своих воинов мертвыми на поле боя и столько же пленных в руках победителей. Жизни последних не были пощажены. Тысячи голов были отрублены и отправлены в качестве трофеев Алексию в Константинополь. Головы остальных были погружены в метательные машины и отправлены в город Ниццу [Никею. — Прим. ред.], чтобы сообщить турецкому гарнизону о катастрофе, постигшей их армию на второй день сражения.» © Джеймс П. Бойд
«Так как им предстояло пробираться теперь по местности пустынной и безводной, то войско разделена была на два отряда, значительнейшим из которых предводительствовали Готфрид, Раймунд, Гуго Великий и граф Фландрский; во главе другого корпуса были поставлены Боэмунд, Танкред и герцог Нормандский. Войско Готфрида двинулось направо, а войско Боэмунда — налево. После трех дней пути перед войском Боэмунда открылась долина Горгони. И тут внезапно устремляется на него с гор неприятель: султан Кылыч-Арслан после неудачи своей при Никее собрал новые силы; он следовал за крестоносцами, изыскивая случай заставить их дорого поплатиться за взятие его столицы.
Боэмунд делает распоряжение, чтобы были расставлены палатки. Мгновенно на берегу реки устраивается лагерь, и здесь располагается слабейшая часть войска. Нападение на него было сильное; неприятель имел численное превосходство, перед которым все чудеса храбрости христианских воинов должны были оказаться бесплодными.
Воины Кылыч-Арслана вторгаются в латинский лагерь, предают избиению всех на пути своем, щадя только женщин, которых забирают в неволю. Боэмунд является на поле битвы, и сцена изменяется. Герцог Нормандский, вырвав свое белое знамя, вышитое золотом, из рук человека, несшего его, бросается в толпу сарацин и с криком: "За мною, нормандцы!" — начинает косить мечом своим кровавую жатву в неприятельских рядах. Танкред, который в начале битвы изнемог бы без помощи Боэмунда, с новым жаром и неистощимым мужеством продолжает битву. Уже несколько часов рыцари Креста неутомимо поддерживали неравную борьбу; многочисленность врага уже преодолевала их, когда вдруг тысячи радостных возгласов возвестили о прибытии войска Готфрида: в самом начале битвы Боэмунд отправил гонца, чтобы предупредить герцога Лотарингского. Немного понадобилось времени, чтобы решить, на чьей стороне останется победа.» © Ж. Мишо
«Вечером, когда битва кончилась, три тысячи высших и более двадцати тысяч низших чинов мусульманского войска лежали убитыми; неприятельский лагерь, расположенный в двух милях за долиной Горгони, перешел во власть победителей. Крестоносцы потеряли 4000 товарищей, тела которых были преданы погребению при пении священных молитв.» © Ж. Мишо
«Переход из Коксона в Марезию был тяжелым и бедственным: на этом пространстве более восьми или десяти миль не было ничего, кроме колючего кустарника, хвороста, скал и пропастей. Не было ни дорог, ни даже проторенной тропинки. Эта часть Тавра была свидетельницей великих бедствий и великого отчаяния. Крепость Марезия, изобилующая всякого рода средствами к жизни, население которой состояло из христиан, находилась в конце этого пути.» © Ж. Мишо
Произведение Альберта Аахенского «Иерусалимская история» (пер. пол. XII в.) породило легенду о «сыне короля Дании по имени Свено» и его трагической гибели вместе с невестой.
«Свен из Дании, шедший с пятнадцатью сотнями всадников через Каппадокию, был разбит турками на куски. Его будущая жена Флорина, дочь герцога Бургундского, весь день сражалась бок о бок с ним и пала вместе со своим возлюбленным, пронзенная семью стрелами, после того как на ее глазах погибли все их лучшие рыцари и воины.» © Джеймс П. Бойд
«Оставался еще один пункт [На пути к Антиохии. — Прим. ред.] — мост Оронтский, называемый Железный мост (ныне Герс-ил-Гаддид), оконечности которого были защищены двумя башнями, обшитыми железом. Мусульманские воины заняли эти башни, и весь левый берег Оронта покрылся неприятельскими отрядами. Напрасные преграды, которые должны были рухнуть перед великой христианской армией! Выступив из Артезии..., войско продвигается в полном порядке. Авангард, предводительствуемый Робертом Нормандским, подходит к Железному мосту и сначала не может пробить себе дорогу. Но вот появляется большая часть христианских частей, подкрепившая отряд Роберта, и крестоносцы бросаются на мост. Франки оказываются победителями на обоих берегах Оронта, а турки, ускользая от избиения, быстро скрываются по направлению к Антиохии.» © Ж. Мишо
«Крестоносцы... тихо подкрались к стенам Антиохии с западной стороны и стали близ башни Трех сестер, которой заведовал Пирруз [Предатель в стане мусульман. — Прим. ред.] Пользуясь темнотой ночи, когда гарнизон антиохийский был погружен в глубокий сон, один ломбардец по имени Пайен, посланный Боэмундом, взбирается по кожаной лестнице на башню Трех сестер; Пирруз извещает его, что все готово, и что ради обеспечения успеха дела он только что убил одного из своих братьев, которому не доверял. По той же лестнице взбирается и сам Боэмунд, за ним следуют еще несколько воинов. Скоро целые легионы наводнили антиохийские улицы.» © Ж. Мишо
«Более 10.000 городских жителей погибли в эту ночь. Акциан [Правитель Антиохии. — Прим. ред.] ускользнул через маленькие ворота на северо-восточной стороне города, но был узнан армянскими дровосеками, которые отрубили ему голову и доставили ее новым властителям Антиохии. Едва только рассвело, знамя Боэмунда уже развевалось на одной из самых высоких башен города.» © Ж. Мишо
Часть I
Часть III
Часть IV
Часть V
Часть VI
Часть VII
Часть VIII
Часть IX
Часть X