Семнадцатая серия
Воздушная гавань Эль-Рияда по понятным причинам во много раз больше, чем аэропорт Порта-Питера. Правда, больше исключительно размерами площади. Больших авиалайнеров не наблюдается, самолётики всё легкомоторные, разве что количеством больше.
При заходе на посадку я заметил, ещё один аэропорт, закрытый по периметру высоким забором. Две взлётки, «рулёжка», пара крытых ангаров, авиадиспетчерская и длинный ряд беспилотных самолётов с длинными крыльями.
«Интересно, — задумался я, — из открытых источников можно узнать, что беспилотный флот принадлежит шанти. И задачи этого флота, проводить мониторинг территорий Хараз-Шанти, а также собирать все возможные данные обстановки за Стеной. Из-за Стены, насколько я знаю, самолётики уже не возвращаются. По вполне банальной причине, на обратный путь не хватает топлива. Они просто падают. Билет в один конец, потому-то они и беспилотные. От Эль-Рияда до Стены расстояние приличное, но на обратный путь точно хватит. Выходит, разведка с воздуха ведётся далеко за Стеной и обратно уже никак. Что же такого интересного далеко за Стеной, что ГОСБ (Главный Отдел Службы Безопасности) Хараз-Шанти не жалко потерять такой красавец беспилотник? Или напротив, у самой Стены уже ничего интересного не осталось. То есть, вероятность выжить недалеко от Стены высокая. Это мне нравиться».
Поход за Стену теперь не казался мне неизбежно летальным. Опять же Моголиф говорил, что Сара Хелен уже бывала в запретной зоне и вернулась оттуда. Мало того, была там неоднократно.
Самолёт мягко коснулся покрытия взлётно-посадочной полосы и начал торможение.
Моголиф ждал нас в зале для встречающих аэропорта. Стоило ему нас увидеть, как его лицо расплылось в улыбке, а руки распахнулись для объятий.
— Други мои! — приветствовал нас Терентий словно закадычных друзей, а мы пока что таковыми не были. Потому радость выглядела больше наигранной, чем искренней, — Как же я рад видеть вас! Добро пожаловать в Эль-Рияд!
Мы всё равно обнялись, как закадычные друзья. Честно говоря, теплота приёма меня мало заботила, меня больше интересовало другое. Я крутил головой по сторонам в надежде увидеть Сару Хелен, но к великой моей печали, ни в здании аэродрома, ни на улице Хелен не было.
Мы уселись в такси. Водитель помог уложить нашу нехитрую поклажу в багажник. Не смотря на его восточную внешность, таксист прекрасно владел русским, что стало для меня приятной неожиданностью.
Моголиф назвал водителю адрес, и мы отправились в путь. Терентий расположился на переднем сидении, а мы с Митяем расселись сзади. Меня мегаполисами удивить сложно, раз что Харамгунбаз произвёл неизгладимое впечатление. А вот Дима Моряк с неподдельным интересом припал к окну. Он разглядывал улицы, небоскрёбы, толпы прохожих и что-то там комментировал себе под нос, часто используя ненормативную лексику.
— Не обзавёлся ещё своей машиной? — спросил я Терентия.
— Нет, — без тени сожаления ответил Моголиф, — сейчас все мои сбережения уйдут на известный вам проект.
— Живёшь в гостинице? — интересовался.
— Комнату снимаю, в спальном районе. Так, знаешь ли, дешевле.
— Дешевле? — Митяй отвлёкся от созерцания небоскрёбов.
— Да, дешевле. Из номера в гостинице пришлось съехать. Все сбережения в дело.
— Откуда у тебя могут быть сбережения? С каких доходов? — скептически спросил я.
— Я вам ещё в «транзитке» говорил, что Эль-Рияд город возможностей. Здесь даже таксисты в день зарабатывают больше тысячи дихрам за день. Так ведь милейший? — Моголиф попросил подтверждения у водителя.
— Это верно, — довольно усмехнулся таксист.
— Сколько? Больше тысячи! — не поверил Дима Моряк.
— Меньше не бывает, — подтвердил таксист.
— И что? На жизнь хватает? — задал я каверзный вопрос, чтобы остудить восхищение моего наивного товарища, Митяя.
— Как сказать, — водитель пожал плечами, — если не шиковать, то жить можно. Иногда даже отложить получается.
— Это что же, так всё дорого? — пришёл в себя Митяй.
— Это Эль-Рияд, — слегка повернув голову к Митяю, пояснил таксист, — здесь движуха, самый цвет. Элитные магазины, театры, казино. В Эль-Рияде всё самое лучшее.
У Димы-то глаза загорелись при виде такого города. Нормальная реакция, когда попадаешь в мегаполис впервые. Когда долго живёшь в таком городе, восторги сходят на нет. Дом, работа, такси, метро, офис, магазин, кафе — вот и всё на что хватает времени. Впрочем, день на Хараз-Шанти длиннее, может хватить и ещё на что-нибудь при высоком желании. Большие дома и достопримечательности только поначалу кажутся чем-то особенным, а потом глаз замыливается, картинка приедается и уже не обращаешь внимания на всё это великолепие. Это как жить у моря, вроде вот оно море совсем рядом, а купаться за лето всего пару раз сходишь, ибо некогда.
Понятно, Митяю сейчас всего не объяснить, он в эйфории, сам со временем допрёт. Что до меня, я бы с удивлением вернулся в Порта-Питер. Хочу жить где есть море, где растут пальмы, где много цветов, где по вечерам гуляют пары вдоль светлой набережной, где народ, после жары и трудового дня, сидит на открытых террасах и кафе, с удовольствием протягивая вино от виноградников Арушана или другого винодела.
Такси въехало в широкую арку длинного серого здания, в котором я успел насчитать двенадцать этажей.
— За аркой налево, к пятой парадной, — подсказал Моголиф таксисту.
Тот одобрительно кивнул.
За аркой большой двор, парковка заставлена машинами. За парковкой двухэтажное здание, похоже на детский сад, если судить по обилию качелей и горок. Огороженная высокой сеткой площадка, подростки внутри гоняют мяч. С другой стороны парковки миниатюрный парк, мамаши гуляют с колясками вдоль аллеи в тени деревьев. Спокойно, уютно, обыденно.
Моголиф рассчитался с таксистом. Я даже не вникал, сколько здесь стоит одна поездка, пока не по моим доходам. Мы забрали свой багаж и пошли за Терпением в пятую парадную.
Парадная широкая, светлая чистая. Консьержка за столом мило улыбнулась и кивнула Моголифу. По углам большие горшки с высокими цветами, лестница с бордовой дорожкой на каждом пролёте, белые перила, зеркала на стенах и два лифта. Можно даже сказать красиво. Я и намного хуже видал в том, в старом мире.
На лифте поднялись на восьмой этаж. Моголиф отворил перед нами дверь в его, а теперь и наше, жилище. В квартире одна комната, кухня и санузел. Чисто, прибрано, неужели Моголиф сам за порядком следит? Комната светлая благодаря окнам в пол. Размерами «квадратов» пятнадцать не больше, одному сойдёт, а вот втроём, пожалуй, будет тесновато. Кровать, тумбочка, комод, на комоде телевизор, шкаф, стол, пара стульев и маленький холодильник — вот и всё нехитрое убранство.
— Нам всего пару дней здесь перебиться, а может и меньше, — пояснил Моголиф, не заметив восторга на моём измученном дорогой лице.
— А где мы спать будем? — пробасил Митяй.
— Кто-то на кровати, а кто-то на полу, —сообщил Моголиф без тени смущения.
— И кто же на кровати? — решил внести ясность Дима.
— Кинем жребий, — предложил Терентий.
— С тобой что в карты играть, что жребий кидать, — отмахнулся Моряк, — я так на пол лягу, не люблю в дураках быть, а вы кидайте.
— Давай по очереди, раз уж Дима сам отказался, — предложил я Моголифу, — сегодня я на кровати, завтра ты.
— От чего же сегодня ты? — в недоумении спросил Моголиф.
— Всё просто. Митяй решил, что будет спать на полу. Ты на кровати спал эту ночь. Выходит, мой черёд, — разъяснил я и кинул свою сумку на кровать, пока Моголиф не одумался.
— Ты хитрее, чем я думал, дядя Вера, — Терентий улыбнулся и подмигнул мне, — Лады, будь, по-твоему.
— Я храплю, — заранее предупредил Митяй, — громко.
— Значит будешь ложиться спать последним, — обозначил Моголиф.
— А проводник наш где? —спросил я как бы невзначай. Это волновало меня больше чем, кто-где будет спать.
— Мы с ней завтра встречаемся, чтобы детали обговорить, — пообещал Терентий, — завтра будет насыщенный день. Так что сегодня ужинаем и отдыхать.
— Насыщенный? — переспросил Митяй, — На экскурсию пойдём что ли?
— Нет, на экскурсию мы пойдём, когда вернёмся обратно. А завтра пойдём в магазин, чтобы купить вам более подходящую одежду для похода за Стену.
— Мне не надо, — возразил я, — у меня есть военная форма. Она хоть времён Первой мировой войны, но сойдёт по джунглям лазить.
— Вполне сойдёт, — согласился Моголиф, — значит приоденем нашего Моряка. В бушлате ему не будет так удобно, как тебе в офицерской форме.
— Я не против, — согласился Митяй, — бушлат мне для походов в море пригодится.
— Вот и отлично. Ещё надо будет купить нормальных патронов для оружия. Оно же при вас? Не успели продать? — с лёгкой тревогой уточнил Терентий.
— В сумках лежит, — успокоил его Митяй.
— Это замечательно! Замечательно, — не скрывая радости, отреагировал Моголиф.
— Так с проводником как? После магазинов уже встретимся? — не унимался я.
— Всё в своё время. Лучше посмотрите сюда.
Моголиф достал из-за пазухи сложенный в четверо лист и выложил его на стол.
— Это что? — не понял я.
— Тот самый фрагменте карты, — пояснил Моголиф, — здесь указана местность с населёнными пунктами и дорогами за Стеной.
Мы склонились над фрагментом.
— Что-то я не въезжаю, что здесь где? — пробормотал Митяй, — Хренотень какая-то? Где Эль-Рияд? Где Стена? Где что?
— Нет здесь ни Эль-Рияда, ни Большой Стены. Когда делали эти карты этих объектов ещё не было, — пояснил Моголиф, — понимаешь, насколько она древняя?
— Откуда же такое «сокровище»? — с сарказмом поинтересовался я.
— Выиграл, — равнодушно ответил Моголиф, нисколько не обидевшись.
— Кто бы сомневался, — хмыкнул Митяй.
Я внимательнее всмотрелся в карту. Дороги, населённые пункты, объекты. Всё подписано какими-то каракулями, не понять ни слова.
— Она подлинная? — спросил я.
— Можешь не сомневаться, — твёрдо заверил Терентий.
— И кто же подтвердил подлинность? — продолжал сомневаться я.
— Проводник подтвердила подлинность. Не переживай, — с улыбаясь отвечал Моголиф.
— Сара Хелен?
Моголиф заметил тревогу в моём голосе и посмотрел на меня немного приподняв брови.
— Она самая, — подтвердил Терентий, — мне её порекомендовали, чтобы заверить подлинность карты. А вот сопроводить нас за Стену это уже Хелен сама предложила. Карту увидела и сразу предложила. Кстати, про бывшую военную часть тоже она рассказала.
— А то, что она практик, когда ты узнал? — не менял я темы.
— В этом же разговоре и узнал, —поведал нам Моголиф, — я сначала скептически отнёсся к девушке проводнику, но Хелен сказала, что если нас поведёт не практик, то мы не вернёмся. А практика мне не найти.
— И где здесь твоя военная часть? — подал голос Митяй, глядя на карту.
Моголиф наклонился над картой и положил на неё ладонь ребром.
— Вот здесь сейчас Большая Стена. Прерывается она только по озеру. Это Виктори, — указал он пальцем на обозначенный водоём, — а вот здесь наша цель.
Я прикинул расстояние от ладони Моголифа до точки на карте. Не так уж и рядом, как я предполагал.
— Что за река? — спросил Митяй, указав на реку, что вытекала из озера.
— Это Хабихенчу, — пояснил Моголиф.
К сожалению на обрывке карты не видно устья реки, интересно было бы узнать, что было на месте Порта-Питера в те древние времена.
— Исток Хабихенчу находится в горах, к которым примыкает Азиатская Агломерация.
— Так мы по озеру за Стену перейдём? — предположил Митяй.
— Нет. По озеру за Стену попасть невозможно. У Стены по берегам серьёзная охрана, могут просто расстрелять.
— Патрули или постоянная? — уточнил Митяй.
— Есть патрули, есть стационарные точки охраны.
— Зачем так много? — не понял я.
— Патрули проверяют оборудование два раза в сутки, утром и вечером.
— Что за оборудование? — интересовался я.
— Автоматические пушки стоят там, где нельзя поставить постоянный блок охраны, — грустно поведал Терентий, — расстреляют к чёртовой бабушке любого, кто приблизиться к Стене по воде. Даже спрашивать не будут, только датчики движения сработают, прицел и огонь на поражение. Бьют кучно, метко, так что без вариантов.
— Быстро же ты новых терминов нахватался, — заметил я.
— Сара Хелен научила, — пояснил Моголиф, — ещё она предупредила, что под водой от берега до берега натянуты толстые и острые капронитовые сети в несколько рядов. Капронит не подвержен гниению. Сеть толщиной с руку, ячейки в форме ромба, канаты заострены в обе стороны. Чтобы сделать проход в сетях понадобиться слишком много усилий и времени. Так что ни по воде, ни под водой не пройти.
— Мы через верх полезем что ли? — недоверчиво спросил Дима.
— Опять мимо, — с улыбкой ответил Моголиф, — Стена для лазания не пригодна, слишком высокая и совершенно гладкая. Зацепиться на ней не за что.
— Как же тогда? Остаётся только по воздуху. Самолёт наймём? — перебирал варианты Митяй.
— Это вряд ли, — обломал в очередной раз Терентий, глядя на карту.
— Почему? — не понял Митяй.
Тут уже я внёс свои предположения:
— Не думаю, что за Стеной остался хоть один действующий аэропорт. Даже если мы долетим и сядем, то где потом заправляться на обратный путь. Я уже молчу, что местные самолёты слишком малы и не возьмут на борт много груза, а наш друг Моголиф рассчитывает на весомый багаж обратно. Так ведь, Терентий?
— Верно, — согласился Моголиф, —самолётом тоже никак. Перед Стеной полно скрытых систем ПВО, работают автоматически, как и те что на берегу. Надо знать маршруты облёта. Такими сведениями в ГОСБ не делятся.
— У меня возник справедливый вопрос, каким макаром мы попадём за Стену и вернёмся обратно?
Моголиф посмотрел на меня с улыбкой, выдержал паузу и ответил:
— Вот для этого и нужен проводник. И не простой проводник, а проводник шанти-практик. Можно сказать, что нам крупно повезло.
— Она сквозь стены умеет проходить, — предположил Митяй, с большой долей сомнения.
— Вот именно сквозь Стену! — радостно подтвердил Терентий, — Прямо сквозь неё!
— Авантюра какая-то, — усмехнулся я.
— Я тоже сначала так подумал, но Сара Хелен предъявила мне неоспоримый доказательства, что за Стеной она была и что нас провести сможет.
— Что за доказательство? — заинтересовался я.
Моголиф отошёл к комоду, открыл нижний ящик, что-то достал из него и положил перед нами на стол. Серая шайба, точнее предмет по форме и размером с хоккейную шайбу.
— И что же это за артефакт такой? — с интересом поинтересовался я.
Моголиф легонько надавил на шайбу. Шайба взвизгнула где-то внутри и вытянулась в цилиндр. Через секунду на столе вокруг цилиндра появилась и ожила голограмма. В голограмме резвились дети на большой лужайке возле дома. Судя по воздушным шарикам, флажкам и прочим атрибутам счастья, это какой-то детский праздник. Голос за кадром, на неизвестном мне языке, радостно комментировал события на фоне визга детей. Изображение замерло.
Моголиф поднял ладошку над проекцией и, имитируя захват пальцами, потянул часть изображения вверх. Картинка потянулось за пальцами и уменьшилось в размере в несколько раз. Теперь видно не только детей на лужайке, но взрослых, и дом целиком, и даже дорогу за домом.
Дима Моряк потерял дар речи, для него телевизор-то казался пределом изобретательства, а голограмма вообще ввела в ступор. Я и сам если честно был впечатлён, такого проектора я в жизни не встречал, хоть самими голограммами меня не удивишь.
— Весёлый праздник, — заметил я, делая вид, что ничего особенного мне пока не предъявили.
Тогда Моголиф взял двумя пальцами дом вынул его из общей экспозиции. Положил полупрозрачное изображение дома себе на ладошку продемонстрировал нам. Картинка стабильная, не дрожит, не мелькает, просто игрушка на ладони.
Я тихонько кашлянул, согласен уровень. Терентий хитро улыбнулся и увеличил изображение дома, раздвинув его двумя пальцами в стороны, как на экране смартфона. Дом стал в половину нашего роста.
— Ну если ты сейчас и двери откроешь… — не скрывая восхищения сказал я.
Моголиф, хитрее хитрого улыбнулся и увеличил изображение ещё немного. Повернул дом входными дверями ко мне и открыл дверь двумя пальцами за миниатюрную дверную ручку. Признаю такой факт шокировал даже меня, но я не удержался чтобы не заглянуть внутрь. Но на этом волшебные способности голограммы похоже закончились, потому что в самом доме было пусто. Дима Моряк бесцеремонно отодвинул меня и тоже посмотрел в открытую миниатюрную дверь. Потом посмотрел на Терентия и спросил:
— Это как?
Митяй смотрел, выпучив глаза на Моголифа, в ожидании ответа.
— Технологии, — коротко пояснил Моголиф и махнул рукой себе за плечо. Весёлый праздник вместе с увеличенным домом шмыгнул обратно в цилиндр. Проектор тихонько взвизгнул и сложился в шайбу.
— Забавное кино, — заявил я, как можно равнодушней, — только как это доказывает, что его снимали за Стеной, а не в какой-нибудь из агломераций?
Митяй в разговоре решил не участвовать, его внимание целиком было поглощено волшебной шайбой.
Моголиф снова запустил руку во внутренний карман пиджака и положил на стол фотографию. Я поднял её и рассмотрел. На фото среди деревьев и высокой травы, на фоне дома, стоял крепкий молодой человек в форме цвета хаки с автоматической винтовкой в руках. Такую винтовку или сильно похожую я видел у Пита. И дом тоже где-то видел. Дом почти разрушен и тем не менее, я уже такой видел.
«Дом, дом, дом… Ну конечно же! — вдруг осенило меня, — Я только что рассматривали этот дом на голограмме, даже внутрь заглядывал».
Митяй забрал у меня фотографию, шайба ему быстро наскучила, потому что больше ничего не показывала.
— Кто это? — прогрохотал он своим басом, кивнув на фото.
— То, что ты видел в записи — это детский праздник, снятый ещё до катастрофы на Хараз-Шанти, — разъяснял Моголиф, — на фото тот же самый дом, только в наше время.
— Да, правда. Дом похож. А это что за хмырь? — кивнул Митяй на карточку.
— Это муж Сары Хелен, — спокойно, но при этом как-то победно, ответил Моголиф.
— Муж? — переспросил я.
— Муж, а что здесь такого? — не понял Терентий, — Он шанти, она тоже шанти. Он тоже практик, тоже ходит за Стену. Видео, кстати, из семейного архива Сары. Там её пра-пра-пра и хрен ещё знает сколько «пра», бабка. Резвится на лужайке вместе с остальными детьми. Этих доказательств достаточно?
— Вполне, — в полном удовлетворении согласился Митяй.
В моей голове холодным эхом отзывалась только одна фраза: «Это муж Сары Хелен».
— Вот и отлично, сейчас перекусим и будем отдыхать.
Моголиф заботливо убрал волшебную шайбу обратно в комод и направился к холодильнику.
— Есть колбаса и сыр, сейчас сделаем бутерброды и пожуём, — комментировал Терентий, разглядывая содержимое белого ящика с дверцей.
— Я не голоден, — еле слышно отозвался я и уселся у окна.
Яркий мир Хараз-Шанти неожиданно померк для меня.