«Испорченная речь нравится там, где извратились нравы». Так писал Сенека. Увы, и тогда, в его времена, далеко не все понимали значение и важность данных слов. Даже своему воспитаннику, Нерону, он не смог вложить в голову эту истину, и тот, став императором, приговорил к казни своего учителя. Сенека сам наполнил чашу цикутой и выпил ее.
О том, к чему извращение нравов привело самого Нерона, мы хорошо знаем из истории.
Испорченная речь… Увы, она входит в наш обиход. Мы все знакомы с таким явлением, как запикивание нецензурщины на телевидении. Это, считаю, еще хуже, нежели дурное слово прозвучало бы в эфире. Нам как бы говорят: суть умолчания вы знаете, и ищите варианты пробела сами в меру своих фантазий.
Впрочем, обходимся уже и без запикиваний. Ладно бы, слышали бранные речи в кабаке. Так нет, они в книгах, на сцене…
Возьмите листок, авторучку, выпишите самые жуткие матерные выражения, которые знаете. А теперь откройте «Эксцессы» Лимонова, жанр которых определен как русская классическая проза. Там все пишется как слышится. Уверен, свой список вы пополните.
Отборный мат – и в книгах модных ныне Елизарова, Иванова…
А наша эстрада? Слышали небось Инста- и других Самок? «Вы знаете мое имя – Го…но льется как из вымя». Правда, она сама признается, что «Мои мозги меньше моей груди», но и с этими признаниями ей предоставляют сцену.
Когда главным режиссером нашего главного, Большого, театра назначили А. Ведерникова, он стал готовить к премьере оперу по либретто Сорокина, автора самых разнузданных в стилевом плане творений, и заявил во всеуслышание: «Я пришел, чтобы уничтожить этот императорский театр!» И нашлись ведь люди, которые аплодировали этим словам.
Здравый смысл тогда все же победил, но вопросы, как говорится, остались.
Наш театр перестал быть храмом. «Ушли» Ведерникова, но «пришли» Богомолова.
Когда взрывали храмы в двадцатых-тридцатых годах или перепрофилировали их в склады, мы называем это варварством. Когда ныне взрываем всю культуру, низводим ее до атмосферы грязного кабака, то рукоплещем этому, - большими тиражами, большими сценами, большими премиями и должностями.
Стало быть, извратились нравы.
Наверное, услышу в ответ: настало, мол, время свобод, любой художник вправе подавать свои идеи в той форме, в какой захочет. Но это философия Нерона. Напомнить, чем закончил он и в какую пропасть скатилась страна при нем?
А о свободе приведу еще одну цитату. Достоевский: «Свобода не в том, чтобы не сдерживать себя, а в том , чтобы владеть собой». Комментарий, надеюсь, излишен.
Но совсем нелишне будет высказать свое мнение на эту тему. И подписаться, если есть желание и в будущем поспорить с автором о культуре, литературе, истории...