В новостях мелькнула тревожная формулировка: у миссии «Артемида» проблемы со связью. Для обывателя это звучит почти как сценарий фильма — потеряли контакт с кораблём, всё пропало. На деле история куда прозаичнее, но показательная.
Речь идёт не о самой ракете и не о корабле Orion, а о наземной инфраструктуре связи. У NASA есть глобальная система дальней космической связи — Deep Space Network. Это сеть гигантских антенн в Калифорнии, Испании и Австралии, которые принимают слабейшие сигналы с Луны, Марса и дальше.
Одна из ключевых антенн — 70-метровая тарелка в комплексе Goldstone — была временно выведена из строя из-за технического инцидента. По сообщениям специалистов, произошёл нештатный разворот конструкции, повлёкший повреждения оборудования и последующий сложный ремонт.
Почему это вообще важно?
Потому что пилотируемая миссия Artemis II требует практически непрерывной связи. Телеметрия, голос, видео, контроль систем жизнеобеспечения — всё это проходит через такие антенны. Потеря одной крупной станции не останавливает программу, но резко сокращает запас прочности.
Здесь и возникает главный нюанс. Deep Space Network и без того перегружена: одновременно работают марсианские роверы, орбитальные зонды, межпланетные миссии. Когда одна крупная антенна выпадает, остальные вынуждены работать в более жёстком графике. Это не катастрофа, но серьёзная логистическая головоломка.
Важно подчеркнуть:
- миссию «Артемида» не отменили;
- связи с Луной не лишились;
- речь идёт о перераспределении ресурсов и росте рисков, а не о провале программы.
По сути, эта история — напоминание о том, что космос держится не только на ракетах, но и на стареющей инфраструктуре на Земле. Гигантские антенны, построенные десятилетия назад, сегодня тянут на себе сразу несколько эпох освоения космоса.
И если что-то действительно угрожает будущим лунным миссиям, то это не «заговор» и не техника на орбите, а узкие места на Земле, о которых обычно вспоминают только тогда, когда они ломаются.