Жили-были овцы в стаде,
Жизни были они рады,
Ни поступки, ни дела...
Где хотела там легла.
Ветер дует, не беда,
Сбились в кучу от вреда.
Если волки забрели,
Для того есть пастухи.
Был пастух сам не приглядный,
Пионером был, отрядным.
А с волками связь имел.
- Вот такой он был пострел.-
За овцу, ягненка дал.
Волк отсюда ускакал.
Ну, а если лев придет,
То овечку уведет.
Так и жили всем народом.
Пастух Каин, овцы с плодом.
На весенней, на заре,
По лугу пошли к воде.
Пить, не пить, вода простая.
Шерсть ведь станет голубая.
И попробуй объясни,
Цвет красив лишь от воды.
Время позднее летело,
Вот зима тут и поспела.
Снег, буран,.. вокруг темно.
Овцы заняли гумно.
Друг о дружку согреваясь,
В чистке шерсти упражняясь.
Ведь весною остригут,
Чтоб у каждой было с пуд.
Корм пастух ложил изрядно,
Было сердцу не приглядно.
И пшеницу и овес,
Даже плевела принес.
И водою он поил
Той, что издали возил.
Без приправ и без солей
Там, где протекал ручей.
В суматохе дней колючих,
Пару сумок он навьючил
На ослицу. И повез
В город, в место, где привоз.
Обменяв, пастух, на сало.
Показалось ему мало.
Он купил еще крючок,
Чтобы шерсть плести в пучок.
Так прошла зима отрадно
И, чтоб было всем приятно,
Начал стричь овец, пастух.
Шерсть была, ну, просто, пух.
Постриг, Каин, проводил.
Не заметил, как побрил,
Ту овцу, золоторунну,
Что не знала даже урну.
Здесь овечка попросила:
- Шерсть ее ведь так красива,
Пусть прядут на полотно,
Чтобы радовать могло -
Шерсть из золота, ну диво.
\ Каин взгляд скосил игриво.\
И решился умолчать,
Все всерьёз перемешать.
Шерсть простую, с шерстью злата
И пошить из неё латы.
Никому не объяснив,
Что из золота пошив.
Ну, а чтоб овца молчала,
Не кричала, не ворчала.
Он сказал ей для начала:
- Шерсть твоя уйдет с причала.
В море странное отдам,
Пусть плывет она к стадам.
Где сплетут одежды счастья,
Для подарков, в день ненастья.-
Верить верила овца.
Только тень не шла с лица.
Сомневалась, что пастух
Правду рассказал нам в слух.
Вестью этой поделилась
Так, что стадо устыдилось,
Что пастух такое скрыл.
Талант в землю он зарыл.
Волноваться стали овцы.
Раскачали в гумне столбцы.
С пониманием вещей
Относится, стали к ней.
Пастухи на шум сбежались,
Еле стадо удержали
От разрушения столпов
( ну и радость для волков.)
Каин думать стал тогда,
Как овечку навсегда
Грязью вымазать с лихвой
И, чтоб шерсть была сухой.
Цвета желтого не видно.
Грязь лежит (кому обидно?)
На шерсти, тяжелый слой.
Слышит стадо волчий вой.
Не хотелось пастуху
Шерсть терять, и ту овцу,
Чтобы сам мог стричь её,
Тайну, сохранив про всё.
Но в пылу дождей ненастных.
Грязь смывает (труд напрасный.)
Что же делать, предпринять,
Чтобы стадо удержать.
От познаний шерсти злато,
От годичной стрижки-даты,
От замученных полей,
Где растет один пырей.
Каин думу думать стал.
Думал, думал и устал.
Голова идет по кругу,
Но не смог придумать чудо.
И решил держать совет
С пастухами на обед.
Пир затеял он незваный,
Угощенье было странным.
Стол не стол, лимон на нем.
Посредине хлеб бугром.
Если что-то говоришь,
Значит, всех благодаришь.
Так совет держали долго.
Льстивых слов, ну что та Волга,
Было сказано в ответ,
Каин понял их совет.
И решил печатью будет,
Краска, если кисть добудет.
Перекрасить всю овцу,
Чтобы шерсть была к лицу.
Долго краску он искал,
Наконец-то, подобрал.
И по цвету, масть такая,
Ну, ни как не голубая.
Не златая, не простая,
Не воздушная, с Валдая.
Краска серая была
Кислотой разведена.
И с улыбкой на устах,
Каин ждал овцу в кустах,
Чтобы стадо не видало,
Шерсть потом не отмывала.
Овцы вечером гуляли
Тихо мирно всё жевали.
И не знали, что беда
Притаилась с частью зла.
Шерсть, что злато у овечки,
Беспокойно бьет сердечко.
Мимо кустика проходит
И, чуть было, не уходит.
Каин, словом тихим молвил
Из кустов к овечке: «Вы мол,
С шерстью-то своей
Как ворона средь свиней.
Не желаете постится,
Перекрасится и стричься,
Чтобы не было вещей
Вызываемых страстей».
Так расписывал все страсти,
Применяя символ власти,
Что овечка согласилась
Ни чуть-чуть не устыдилась.
И пошли они вдвоем
Искупаться в водоем,
Краска, где рекой текла,
Вся зеркальна, из стекла.
И овца, без подозренья,
Окунулась без зазренья.
Молча голову повесив,
Побрела в кусты-завесы.
Тихо в стадо пробралась
И на травку улеглась.
Высыхает шерсть её.
Ей теперь же всё равно.
Потеряла шерсть златую
Не простую, дорогую,
Что Хозяин скажет ей:
- Ты овечка, что пырей,..
Заблудилась, так приди.
Я украшу изнутри. –
Так овечка думать стала,
Слезы проливать устала.
А довольный наш пастух
Гордый был, как тот петух.
Все на славу удалось,
Заплатить же не пришлось.
Все проходит, время годы.
По земле ручьями воды
Протекают в глубь страны,
Напоить весь мир должны.
Так и осень подошла,
Стадо гнать пора пришла.
На вечерний, на покой,
С увядающей листвой.
Пастухи тропинку знали
По которой стадо гнали,
А ведет она в покой.
Вечный там живет застой.
Овцы по тропинке ходят
Думают, что верно бродят.
Глаз не могут приоткрыть.
Каин показал им прыть.
И никто видеть не может,
Никого вина не гложет,
Что овечка-то руно
Серой стала,.. все равно.
Шерсть растет и не светлеет.
Каин ходит не краснеет.
Мало времени прошло.
Тут и солнышко зашло.
Стадо в гумне разместилось,
Залегло, не шевелилось.
Так зима стучится в дверь.
( Сказки этой ты поверь.)
Свет дневной закрыл мороз.
К окнам иней весь примерз.
Снег тропинку запорошил.
След прямой он уничтожил.
Тихо-тихо в стаде стало.
Кое-кто вздохнул устало.
Кто-то там зевнуть успел.
Кто-то глаз открыть посмел.
Блеять разрешил ягненку,
Завязав глаза пеленкой,
Чтобы, слыша, говорил
И столпы все утвердил.
Овцы тихо зимовали.
Шерстью быстро обрастали.
Глядь-поглядь, пришла весна,
Долгожданна и красна.
В это время пастухи
Стадо стричься повели.
И на солнце увидали,
Что не все овечки стали
Серыми, как пыли слой.
Каин потерял покой.
Овцы шерстью обладали
И одна златою стала.
Через серый цвет весной
Золото струит листвой.
Крась, не крась, но шерсть растет,
А хозяин вот идет.
К стаду тихо Он подходит
И руками так разводит.
Приглашая всех войти,
И за Ним сейчас пойти.
Только вот беда такая
Стадо спало, не встречая.
Лишь овечка золотая,
Слезно землю покрывая,
Приближается к Нему
К счастью, оставляя тьму.
Каин, глядя на овцу,
Знал, ему-то все к лицу
Смело побежал в перед
И, не зная, что крадет,
Он к Хозяину подходит
Разговор такой заводит:
- Стадо я берег в ночную,
Даже эту золотую.
Постарался привести
И порядок навести. -
Пастухи взмолились тоже
Совесть их начала гложить.
И за Каина горой
Заступились всей толпой:
- Перекрасив, её мы,
Увести решили в сны.
Так и сохранили в стиле,
Чтоб законы были в силе…-
Здесь Хозяин улыбнулся,
Хор пастуший и запнулся,
Молвил тихо, не спеша:
- Да, овечка хороша.
Без порока и предела
Шерсть златая вся для дела.
И спокойна и шустра,
Молчалива и проста.
Я беру её с собой,
Вам же Я даю отбой.
В наказание за дело,
Каин должен также смело,
Как обманывал меня,
Так и проявить себя.
Вырастить овец златых,
Чтобы не было больных. –
Тут Хозяин распрощался,
Взял овцу и удалялся
На всемирный, на покой,
Пастуху, махнув рукой.
Каин грустно в след смотрел
Думал, каялся, пострел.
Поздно было, не у дел
Обмануть-то он посмел.
Пастухи остались в стаде,
Молча шли за стадом сзади.
Проклиная всех овец,
Что не в золоте венец.
И за то, что они спали,
И зато, что сами крали.
Пастухи остались в поле,
Будет им большое горе.
Так и ходят пастухи.
Ночь не спят, как петухи.
Год проходит, два летит.
Так и жизнь вся пробежит.
На одной на остановке,
Когда овцы на парковке,
Я подсел к костру под утро,
Сказку эту помню смутно.
Что запомнил, рассказал,
Всё забыл пересказать.
Так как мясо и вино.
Затуманить мозг смогло.
Рано я проснулся утром,
Стадо нет, костер потушен.
Солнце высоко взошло,
В день печальный перешло.
Вот и сказка завершилась.
Солнце в полдень укатилось.
Лица ветер обдувает.
Люди сказки забывают.
* * *
Сказка ложь, но в ней намек,
Всем нам молодцам урок.
Я там рядом проходил,
Краем уха уловил.
Вот и к вам пришел сказать,
Да всю сказку рассказать.
Быль ли не быль все враньё,
Людям верить не дано.
Кто поверит, счастлив будет,
( А Хозяин не забудет.)
Ну а кто,.. так нас прости…
Пусть для вас покажут сны.
Июнь 1998г.
Произведение Виктора Лазько
Взято из книги «Сказки дедушки Панаса»