Много событий случилось в истории нашей страны 22 января. И многие вам хорошо известны: Кровавое воскресенье 1905 года - расстрел мирной народной демонстрации с требованиями к царю , послуживший началом первой русской революции , Указ Петра I от 22 января 1724 года об обязательности знания служащими государственных учреждений Российской империи законов и уставов, польское Январское освободительное антирусское восстание 1863 года, покушение на Генерального секретаря КПСС Л. И. Брежнева младшим лейтенантом Виктором Ильиным 22 января 1969 года и некоторые другие события. Но мне хочется рассказать о подвиге Троице- Сергиевой Лавры, событии малоизвестном, но от этого нек менее героическом.
22 января 1610 года закончилась осада поляками , войсками Лжедмитрия II, Троице-Сергиевой лавры, которая уже в те годы была центром, оплотом русской православной веры и духовности. Осада была долгой, началась в первых числах 1608 года. Монастыри XVII века были богатыми , имели землю,активно торговали и Троицкий монастырь обладал большими сокровищами в своих церквах и в своей ризнице и большим богатством в своей казне. Народная молва преувеличивала эти сокровища и это богатство до невероятной степени, и надежда найти в монастыре, в случае его взятия, невероятно богатую добычу невероятных размеров привлекала как поляков-грабителей, так и примкнувших к войскам Лжедмитрия русских.Но не только желание обогатиться за счёт разграбления монастыря прельщала поляков.
Занятие монастыря и последующий контроль над ним обеспечивали полную блокаду Москвы с востока и контроль над северо-восточными районами Руси. Также привлечение на свою сторону влиятельной монастырской братии сулило окончательное крушение авторитета царя Василия Шуйского и последующее венчание на царство Лжедмитрия II.
Троице-Сергиев монастырь к началу Смутного времени междуцарствования и полько-литовской интервенции был влиятельным религиозным центром, обладателем крупной сокровищницы и военной крепостью. Монастырь окружали 12 башен, соединённых крепостной стеной протяженностью 1250 метров, высотой от 8 до 14 метров, толщиной 1 метр. На стенах и башнях размещалось 110 пушек, имелись многочисленные метательные устройства, котлы для варки кипятка и смолы, приспособления для их опрокидывания на неприятеля. Обитель обороняли около 1,3–1,5 тыс. служилых людей, около 500 монахов и монастырских слуг, около 1 тыс. монастырских крестьян и жителей окрестных слобод. крестьяне вообще восприняли осаду поляков как несерьёзное и недолгое действие. Надеялись, что поляки постоят вокруг монастыря и уйдут, поэтому не бежали в леса, а скрылись за стенами монастыря.
Понимая стратегическую важность Троице-Сергиевого монастыря, правительство царя Василия Шуйского заранее направило в монастырь стрелецкие и казачьи отряды воеводы князя Григория Долгорукова-Рощи. В помощь ему направили московского дворянина Алексея Голохвастова. Оборонявшиеся насчитывали к началу осады до 2300 человек ратных людей и около 1000 крестьян соседних сёл, паломников, монахов, служителей и работников монастыря, принявших активнейшее участие в его защите. Весь период осады в монастыре находилась царевна Ксения Борисовна Годунова, постриженная по указанию Лжедмитрия I в монахини.
Захватчики представляли собой сводное войско Яна Сапеги и его тушинского союзника Александра Лисовского, всех вместе на начало осады 10000 человек. У Сапеги – поляки и литовцы, у Лисовского – русские, в основном казаки, ибо смута царила, прежде всего, в головах людей. Войско это, приведенное Лисовским под Троицкий монастырь, состояло главным образом из русского сброда – из дворян и детей боярских разных городов, из казаков Запорожских, Донских, Волжских и прочее. Тот факт, что Лисовский скоро успел собрать около себя из сброда русских более или менее значительное отрепанное, или оборванное, войско – в этом нет ничего невероятного: он был такой во вкусе этого сорта людей предводитель, такой, хотим сказать мы, лихой и огневой грабитель, что они должны были устремиться и повалить к нему толпами. В целом, историки говоря о численности войска поляков сходятся на цифре 15 000 человек. У осаждавших имелось 17 полевых орудий, но они плохо подходили для осады крепости.
Было очень много трудностей у тех, кто оборонял монастырь. Единственно, с чем не было проблем, так это с пропитанием стоявшего в монастыре русского войска и бежавшего туда местного населения. Питать и содержать гарнизон солдат, находившийся в монастыре, и всех, кто привлечен был нести осадную службу, составляло обязанность монастыря, а что касается до остальных, которые только укрывались в монастыре от поляков, то власти монастыря писали царю осенью 1609 года: «как и сели в осаде, все люди едят Троицкой хлеб, а своего у всякаго было мало запасено». Люди, укрывавшиеся в монастыре от поляков и не несшие в нем осадной службы сначала ели свой хлеб, кто сколько принес с собою, а когда съели свой хлеб, получали пропитание от монастыря. Запасов хлеба в монастыре, то его было достаточно: в сейчас указанном письме к царю власти, правда, говорят, что «хлеба, ржи и муки и всяких запасов малеет», «хлебом преизобильна была тогда обитель чудотворца».
Однако питание было однообразным и в монастыре началась цинга. Как пишет историк - исследователь истории Троицко-Сергиевой лавры Е. Голубинский в научной работе: " Сергей Радонежский и созданная им лавра"
От необыкновенной тесноты в монастыре и от соединенной с нею страшной грязи, от весьма плохой пищи, которою для многих сидевших в монастыре было сухоядение («сухомятка», как говорят те люди, которым приходится довольствоваться сухоядением), от недоброкачественной и загрязненной воды и от нравственной крайней угнетенности людей 17 ноября, в Никонов день, появилась в монастыре цинга, которая начала свирепствовать в нем со страшной силой и свирепствовала не только всю зиму, но почти и всю весну – до 10–15 мая следующего, 1609 года. В наибольший разгар болезни умирало ежедневно по двадцать и по тридцать, по пятьдесят и даже (если не впадает Палицын в преувеличение) по сто человек. Иеромонахи монастырские совершенно выбились из сил, напутствуя умирающих и погребая умерших, так что наконец должны были держать их над больными под руки. За копание могил брали сперва по рублю, потом по два и по три рубли, потом по четыре рубли и по пяти рублей, а наконец не стали брать никаких денег, да и не стало людей, которые бы копали, так что начали погребать в общих ямах (которые выкапывались, как следует думать, по распоряжению монастырских властей). Население монастыря разделялось на два класса – на способных носить оружие и неспособных (старики, женщины и дети). Из двух тысяч человек первого класса уцелело от цинги не более двухсот человек; конечно, и второй класс был пощажен ею не более, а из этого можно видеть, какой был страшный мор! Болезнь была невыносимо мучительная, а между тем за бoльшею частию больных не было совершенно никакого ухода, так что единственное, чем могли облегчать себя люди – это вопли, которыми и наполнился весь монастырь. Цинга есть болезнь по преимуществу грязная и вонючая, и она превратила весь монастырь в одну ужасную заразную больницу. Что такое представлял собою монастырь в отношении к грязи – это дает понять Палицын, когда говорит, что (при наставшей возможности) вывезли из него, чтобы бросить в ров и сжечь, более ста возов всяческих порт, что давали от воза огромные деньги – по полтора рубля, которые равняются нашим теперешним двадцати рублям, но что мало было охотников брать, по причине вшей, и червей, и страшного смрада.
В феврале 1609 года смертность достигала 15 человек в сутки, в марте умирало до 25 человек ежедневно. Также стали истощаться немногочисленные запасы пороха.Посланные запасы пороха Шуйским перехватили войска Сапеги.
В зимнее время была огромная проблема с отопление-не хватало дров и осаждённые делали вылазки в ближнюю к монастырю рощу-в Мишутинский овраг- и порой приходилось сражаться там с польскими засадами. Был случай, когда оголодавшие поляки пришли на капустный огород брать капусту и что их немного; не спрашиваясь воевод, спустились за стену по веревке и, напав на Поляков, одних поубивали, другие пустились бежать. Поляки пытались сделать подкопы и от неприятности спас взятый осаждёнными в плен казак Брушевский , который рассказал о подкопах. "«Языков» наимано было много, но никто из пойманных не мог сказать, куда именно ведется подкоп." Поляки засылали своих людей втереться к осаждённым в доверие-не получилось. Поляки пытались раскопать запруды и выпустить воду из прудов, оставить лавру без воды, но перебежчики рассказали об этом раньше и русские защитники лавры успели перевести воду по вырытым каналам в монастырь.
Наши русские защитники монастыря не только оборонялись, но и сами делали вылазки и нападали на врага.В феврале и октябре 1609 года, январе 1610 года оборонявшиеся получали небольшие военные подкрепления от правительственных войск. Но мира среди командования не было у русских защитников гарнизона, были даже случаи предательства и перебежки на сторону врагов. Не только миряне, но и монахи предались пьянству и разврату, из которых о последнем Палицын (Авраамий Палицын (в миру Аверкий Иванович) — русский церковно-политический деятель, писатель, келарь Троице-Сергиева монастыря, автор произведения, посвящённого осаде монастыря в 1608–1610 годах, живший в то время) в свои записях говорит о фактах морального разложения:
«в ров убо глубок блуда впадоша вси от простых чади даже и до священных» (у мирян завелись в монастыре даже танцы, которым, вероятно, научили наших пленные поляки).
Примеров мужества защитников много. Поляки, например, напали однажды там, где их меньше всего ждали – к западу от монастыря, на укрепления («шанцы») пушек перед лагерем Сапеги.Вот что об этом рассказывает в вышеупомянутой научной статье историк монастыря Е. Голубинский:
9 ноября вылазной отряд Ивана Ходырева атаковал укрепления, но был отброшен и окружен у Подольного монастыря (ныне Пятницкое подворье лавры). Тогда монастырский старец Нифонт Змеев во главе 30 старцев и 200 воинов без ведома воевод вышел и атаковал укрепления. Их встретили картечью и отбросили к стенам обители.
На помощь старцу вышел отряд Бориса Зубова и Ананьи Селевина. Им тоже не разрешали выходить, но, преодолев сопротивление воевод, они выступили и помогли старцу Нифонту повторно атаковать укрепления. Однако под жестоким пушечным огнем вынуждены были отойти к Пивному двору. Старец Нифонт повел в атаку в третий раз. На этот раз наши воины попали не только под фронтальный, но и под фланговый огонь артиллерии. Понеся значительные потери, отошли к Келареву пруду. Преследовавшие их враги едва не ворвались в монастырь, но были остановлены крепостной артиллерией.
Казалось, три троицких отряда находятся на грани уничтожения. В пылу боя никто не заметил, что Борис Зубов и Ананья Селевин с отрядом при отступлении спустились в Глиняный овраг. Обойдя вражеские укрепления с фланга и тыла, они набросились на «шанцы» с пушками. Первым ворвался слуга Меркурий Айгустов, но был сражен выстрелом из пищали. За ним врывались другие троицкие воины и тут же вступали в рукопашный бой. Неприятели испугались и бросились в лагерь. Троицкие воины быстро овладели тремя укреплениями. А когда подоспел отряд Ивана Ходырева, то совместно овладели последними двумя укреплениями. Оттуда в обитель вывезли пушки (половину всех имевшихся у неприятеля).
Поляки предпринимали попытки овладеть монастырём часто. В ночь на 1 (11) ноября 1608 года была предпринята первая попытка штурма одновременной атакой с трёх сторон. В декабре 1608 — январе 1609 года дерзкими вылазками удалось отбить у осаждавших часть скота и запасы сена, разгромить ряд застав, поджечь некоторые укрепления осаждавших. Кстати, у оборонявшихся сменился командующий обороной- во главе был поставлен ржевский сын боярский Д. В. Жеребцов.
В январе 1610 года Я. П. Сапега из-за приближения к Москве армии под командованием боярина князя М. В. Скопина-Шуйского был вынужден снять осаду с обители, в которой остались только архимандрит и несколько монахов.
меня удивляет мужество защитников. Да, было предательство, были моменты падения нравственности- но это лишь моменты. Защитники перенесли страшнейший мор-цинга, были стеснены в воде, дровах, питались очень однообразно, отчего умирали по несколько десятков в день-ещё вспомните, как выглядели бытовые условия в начале XVII века и просто вместе со мной почувствуйте гордость за этот факт стойкости русского народа.
Главную историческую задачу троицкие оборонцы выполнили: оборона Троице-Сергиева монастыря способствовала зарождению земских ополчений, которые сыграли решающую роль в национально-освободительном движении против интервенции Речи Посполитой начала XVII века и Шведской интервенции начала XVII века. Благодаря стойкости защитников монастыря он стал главным духовным центром возрождавшейся страны.