Я проснулась, проспала где-то часа два. Кругом стояла абсолютная тишина, которая даже пугала. Подошла к окну, за ним не было ни машин, ни людей, всё было рассеяно густым белым туманом, в котором едва виднелись верхушки деревьев. Ощущение, будто в этом городе отсутствовала какая-либо жизнь. Тишина была густой и давящей, как вакуум, который сильно закладывал уши. Я пошла искать свой телефон, надо предупредить родителей о своём приезде. После всей этой поездки валюсь с ног так, будто весь день проработала на заводе, ощущения странные. – Это просто усталость… – прошептала Алиса, но собственный голос звучал очень глухо, будто она была под водой. Взяла телефон из своей кожаной сумки, он был очень холодным, словно сумка простояла на минусовом морозе. Экран был тёмным, но когда я нажала на кнопку разблокировки, гаджет повёл себя странно. Цифры времени на дисплее не стояли на одном месте, они быстро перематывались вперёд, а потом резко замирали и не двигались, превращаясь в различные символы, похожие на те, что я видела на кнопках в лифте. Видимо, хана моему телефону! Не успела устроиться я на работу, как назло первая поломка… Положила телефон на комод возле кровати и решила принять душ. Я переоделась в лёгкую пижаму из хлопковых штанов и рубашки небесно-голубого цвета, она пахла стиральным порошком, которым пользуется моя мама. На минуту показалось, что я у себя дома, приятное ощущение.
В этот момент раздался единственный звук за всё это время, со стороны входной двери. Было слышно отчётливый «дзынь». Такой звук издаёт лифт, когда прибывает на этаж. Сразу из него кто-то вышел и шёл волочащимися шагами, еле передвигая ноги. Шаги резко оборвались возле моей двери. Я тихо встала, прошла на цыпочках к двери и открыла глазок. Стекло в нём было немного размазано. В тусклом свете коридора я увидела какого-то парня лет двадцати пяти, видимо, это мой сосед. У него было длинное чёрное классическое пальто, взъерошенные волосы и очки в тонкой оправе. Он выглядел довольно сосредоточен. Он пытался открыть свою входную дверь, поворачивал ключ то вправо, то влево и обратно, но дверь не поддавалась. Было слышно, как он отчаянно вздыхал, сунул руку в карман и сел на колени.
– Молиться что ли собрался, – подумала я. Выглядело всё очень странно. Парень достал кулёк, Алиса сразу узнала его, это была точно такая же упаковка карамелек «Москвичка», что дала ей баба Марта. Он раскрыл фантик и аккуратно проталкивал конфету прямо в замочную скважину. От увиденного у меня глаза на лоб полезли, парень явно был сумасшедшим, этого мне ещё не хватало.
– Ну же, не вредничай, – донёсся его ворчливый голос. – Чистый сахар, высший сорт! Дай мне зайти, и так день не совсем удачно выдался. Я не выдержала и резко повернула замок, приоткрыла дверь. – Извините… что вы делаете? – немного пугливо спросила я.
Парень резко вздрогнул и чуть не выронил кулёк, явно он не ожидал меня увидеть. Лицо его было очень бледным, под глазами виднелись синяки. Но странным больше показалось не это. Алиса опустила взгляд на пол коридора. Свет лампы падал на парня слева, и его тень отчётливо виднелась на стене, но она запаздывала. Парень повернулся к Алисе, а его тень продолжала сидеть на коленях и «скармливать» карамельку стене. Через секунду тень быстро дёрнулась и приняла своё нужное положение.
– О, соседка! – выдохнул он, вставая и отряхивая свои джинсы от пыли. – Я так понимаю, вы та самая Алиса, о которой тёть Зина твердила по громкой связи на весь первый этаж полчаса по телефону. Меня зовут Антон. Ваш сосед по камере… то есть, по этажу, – вымолвил он последнее предложение со смехом.
– Зачем вы засунули в дверь конфету? – спросила я, чуть отходя назад.
– Потому что сегодня четверг по календарю лифта. Вам что, тёть Зина, ничего не рассказывала? В это время замки всегда становятся голодными. Если ты не дашь им «взятку», ключ застрянет и дверь, увы, никак не откроется. Вы свою дверь тоже закрыли?
Алиса непонимающе кивнула и наблюдала с широко открытыми глазами, как тень парня почесывает себе затылок, хотя сам Антон держал руки в карманах. – Ну и дела… это плохо, – со вздохом сказал Антон. – В «тринадцатый час» не следует запирать двери, иначе дом решит, что в квартире никого нет, и начнёт устраивать беспорядок. Должно быть, вы ознакомились с правилами лифта, и судя по тому, что вы всё ещё в этой реальности, вы не нажали кнопку «-13». Это очень хорошо. У нас большой дефицит адекватных соседей.
Алиса всё ещё стояла, распучив глаза, потому что данный человек казался психбольным и ненормальным. Она выглядывала из приоткрытой двери и боялась его, но при этом ей одновременно было любопытно.
– Дам вам совет, а вы к нему обязательно прислушайтесь! В этом доме всё немного по-другому. Этажи – это не просто высота над уровнем моря. Это глубина погружения в межэтажье. И раз вы оказались здесь, то нам стоит держаться вместе. Кстати говоря, у вас не осталось того пакета с сосисками, что вы принесли из магазина?
Алиса в огромном недоумении нахмурилась.
– Продукты… я оставила их на кухне на столе, а что не так с сосисками? – она сделала шаг назад, Антон приблизился к её квартире и, поднимая голову, начал рассматривать квартиру, словно проверяя, не изменилось ли в ней ничего.
– Понимаете, Алиса, Амберхолл – город довольно специфический, а этот дом, так сказать, его эпицентр. Здесь всё имеет свойство, так сказать, «просачиваться». Мы это называем неким слоем. Так как сейчас наступил тринадцатый час, время, когда границы между тем, что вы купили в магазине, и тем, что хочет видеть этот дом, размывается.
– Секунду… – дрожащим голосом проговорила Алиса и закрыла дверь перед носом парня. Она прошла на кухню, почувствовав дрожь по всему телу, Алиса кинулась к пакету и точно помнила упаковку её любимых сосисок и пластиковую бутылку двухпроцентного молока.
– Господи, боже мой… – Алиса выдохнула, остановившись у стола. Упаковка от сосисок лежала так же в пакете, но через прозрачный пластик было видно ржавые гайки и шурупы, а молоко в бутылке превратилось в нечто иное, напоминающее чёрную густую смолу.
Антон нагло приоткрыл дверь и усмехнулся. – Типичный слой. Дом оставил здесь гайки со смолой, он посчитал, что это нужнее, чем еда. Вот такие дела, Алиса, в межэтажье материя совершенно не стабильна. Если вещь не имеет здесь никакой своей истории или надобности, она превращается в то, что дому кажется более логичным.
Парень прошёл в квартиру к моему столу, хмыкнул и указал пальцем на пачку печенья. – На коробке название и состав были написаны на русском языке, а теперь там нарисованы глифы с ярким свечением. – И да, ни в коем случае не вздумайте это есть, лишь откусив хоть один кусочек, ваша память станет такой же рыхлой, как это печенье.
Алиса отошла от стола, глядя на ржавые гайки с ужасом. – Я буквально пару часов назад пришла из магазина, из обычного магазина!
– Магазин был обычным, а дом необычный, – мягко сказал Антон, и его тень на стене покачала головой. – Вы принесли это в лифт. А лифт – это не просто средство передвижения. Это сито, которое просеивает реальность. Кстати, насчёт лифта…
Антон вдруг замолчал и прислушался. Из коридора был слышен отчётливый звук: лифт, который стоял на восьмом этаже, вдруг двинулся. Но звука мотора не было. Было слышно то самое тяжёлое дыхание старого великана, будто он набрал в шахте побольше воздуха. – Ну вот, началось… – прошептал Антон. – Кажется, лифт понял, что вы не дочитали правила пользования, он чувствует недоплату. Алиса, вы оставили что-то в кабине, когда выходили?
Алиса вспомнила, как в спешке боролась с «убегающими» кнопками и как вывалилась на этаж, прижимая к себе только часть сумок. – Второй пакет! Там был чай и сахар, он остался там…
– Плохо, плохо, – Антон поправил очки. – Лифт не любит, когда в нём оставляют мусор, а больше всего он не любит, когда у него забирают не всё. Теперь он будет без конца каждые пять минут приходить на наш этаж, пока вы не заберёте остальное, ну, или пока он не заберёт вас…
Благодарю Вас за донат❤️Если хотите продолжения ставьте лайк, как думаете что произошло дальше?