- Уважаемые друзья-подписчики! Я снова с головой погружаюсь в толстовскую тему! Эх, не зря в детстве я НЕСКОЛЬКО раз перечитала роман-эпопею " Война и мир", многие страницы я выучила наизусть.
- ХОТИТЕ УЗНАТЬ, КОМУ, КОГДА И ПОЧЕМУ великий русский писатель поставил 5 за его произведение?
- «В моих жилах, несомненно, течет скифская кровь, иначе, отчего же я так тоскую по милым степям».
Уважаемые друзья-подписчики! Я снова с головой погружаюсь в толстовскую тему! Эх, не зря в детстве я НЕСКОЛЬКО раз перечитала роман-эпопею " Война и мир", многие страницы я выучила наизусть.
ХОТИТЕ УЗНАТЬ, КОМУ, КОГДА И ПОЧЕМУ великий русский писатель поставил 5 за его произведение?
«В моих жилах, несомненно, течет скифская кровь, иначе, отчего же я так тоскую по милым степям».
«Есть на земле одно место, куда я стремлюсь беспрестанно, куда меня тянет, словно магнитом, с новой силой всякий раз, едва я расстаюсь с ним. Это отчий край, край моего детства – казачий Дон. Поедешь ли, пойдёшь ли куда – всюду видишь его частичку. И попадётся тебе вдруг знакомый с детства цветок-бессмертник… и нежданно-негаданно обдаст тебя духом родного дома».
Родился «в рубашке» и в святой день 19 января – в праздник Крещения
Когда Александр (настоящая фамилия – Попов) появился на свет в 1863 году, в казачьей семье, бабушка, принимавшая роды, сказала: «Дюже удачливый и способный будет и Господом будет хранимый».
СВИДЕТЕЛЬСТВО О РОЖДЕНИИ АЛЕКСАНДРА СЕРАФИМОВИЧА ПОПОВА, ВЫДАННОЕ ДОНСКОЙ ДУХОВНОЙ КОНСИСТОРИЕЙ
30 сентября 1868 г.
По указу его императорского величества Донская духовная консистория слушали прошение хорунжего Серафима Иванова Попова о выдаче ему свидетельства о рождении сына его Александра. И справку, по коей оказалось, что по метрическим книгам Нижне-Курмоярской станицы, Владимирской церкви, за 1863 г. в 11-й части о родившихся под № 7 значится так: хорунжий Серафим Иванов Попов и законная жена его Раиса Александрова, оба православные. Сын их, Александр, рожден 9, а крещен 13 января; восприемники были есаул Иван Антонов Дубовской (крещение) и есаульская дочь девица Юлия Александрова Дубовская. Крещение совершал священник Петр Иродионов с причтом.
Определили: хорунжему Серафиму Иванову Попову о рождении сына его Александра выдать свидетельство, каковое и дано ему из Донской духовной консистории за надлежащим подписом и приложением казенной печати. Сентября 30 дня 1868 г.
Подписали: член священник [подпись], помощник секретаря Анохин, канц. служитель Кочкалдов.
Засвидетельствовал: Усть-Медведицкий окружной начальник войсковой старшина [подпись]
ГАРО, ф. 46, оп. 2, д. 85. л. 2.
«Война и мир» сделалась его настольной книгой
Как только уходил отец, он уютно забирался с ногами на диван и в сотый раз начинал читать военное сражение, которое он знал наизусть и до того сжился с действующими лицами, что разговаривал с ними. Ни одна книга не оставляли такого следа, не наполняли так до краев душу, как книга Льва Николаевича Толстого. Он преклонялся перед его методами литературного труда и призывал следовать им молодых советских писателей.
Родился писатель Александр СЕРАФИМОВИЧ
«С. — бытописатель трудящихся масс по преимуществу; сфера его наблюдений — в значительной степени этнографическая. В общем, рассказы С., при всей своей внешней эскизности, разработаны вдумчиво и серьезно».
Энциклопедический словарь Брокгауза и Эфрона
В 1889 году дебютный рассказ «На льдине», подписанный именем писателя начинающего Серафимовича, был опубликован в «Русских ведомостях» и приветственно встречен мэтрами — Владимиром Короленко и Глебом Успенским.
Блестящие отзывы Успенского и Короленко помогли Серафимовичу уже в 1902 году перебраться в Москву и войти в близкий Горькому круг — литературно-художественное общество «Среда». По милому обычаю все участники общества носили прозвища. Серафимовичу досталось «Кудрино» — за ясно обозначившуюся лысину. Второй шуточной кличкой стал «Лысогор».
Но все же псевдоним не стал паспортной фамилией писателя, на могиле писателя указано: "Александр Серафимович", а ниже и мельче – Попов.
Вот напишу вещь посолидней, тогда и "полечу к нему на крыльях»
А. С. СЕРАФИМОВИЧ
Считаю Л. Толстого единственным непревзойдённым по гениальности писателем.
Из анкеты для журнала «Огонёк», 1927 г
Великий русский писатель Лев Толстой очень высоко оценивал творчество Александра Серафимовича и, следуя своей пятибалльной системе, поставил на рассказе «Пески» пять с плюсом.
"Л. Н.: Мне попался рассказ Серафимовича «Пески». Это такая прелесть.
Ничего особенного (по содержанию), но настоящее художественное произведение. Это мне Чехова напоминает. Такой он мне чужой был по взглядам, такой ничтожный по содержанию, но настоящий художник".
(Д.П. Маковицкий "Яснополянские записки" за 1908 год, 25 марта)
Впоследствии литературоведы в яснополянской библиотеке Толстого обнаружили книжку «Знание», в которой на полях рассказа «Пески» рукою Льва Николаевича, который иногда любил оценивать литературные произведения по пятибалльной системе (и не скупился на «двойки») было начертано «+5» (пять с плюсом).
Речь идет о первом томе рассказов Серафимовича, вышедшем в 1903 году в издательстве «Знание», отредактированных писателем по советам и указаниям A . M . Горького, а в первом сборнике «Знание», за этот же год, был помещен рассказ «В пути».
В ответ на настоятельные советы друзей съездить в Ясную Поляну и познакомиться с Толстым, Серафимович полушутя, полусерьезно говорил: «Ну куда с моими тощенькими рассказами к Толстому! Вот напишу вещь посолидней, тогда и полечу к нему на крыльях».
«Коротаем мы ночи длинные Нелюбимые с нелюбимыми»
В рассказах Серафимовича 1907-1917 годов едва ли не ведущее место занимает тема собственности как губительной для человека силы – тема, разрабатывавшаяся в двух основных аспектах: человек – раб собственности и человек, преодолевающий ее губительную власть.
"Пески" - очень философская вещь, практически притча о вечном столкновении материальных и духовных ценностей.
Рассказ "Пески" - о трех людях, связанных одной собственностью, мельницей. Сначала старый мельник "покупает" себе молодую жену, потом вдова-мельничиха становится такой же: рабой денег, променявшей все интересы на алчность.
И она идет по стопам убитого ею же мужа: "покупает" себе молодого батрака, и история повторяется.
– Иванушка, родименький, куда ты меня ведешь? – Ну, иди, иди… В опущенной руке тяжело поблескивал топор. Она повалилась, хватаясь и обнимая ноги. – Родименький, не губи ты свою и мою душу… Дай ты мне наглядеться на свет божий…
А он спокойно и холодно: – Намучился… нет моей мочи… Все одно тупик мне… И, отставив ногу, отмахнулся топором”.
И ничто не могло разжалобить Ивана, ничто не могло запугать, только сила собственности выбила топор из его рук. Старуха вдруг “завизжала, но не визгом ужаса, а звериным криком захлебывающейся, рвущейся злобы:
– Духовное-то… духовное-то я… порвала!!
Он застыл с занесенным топором, а она каталась в истерически-злорадном хохоте, судорожно впившись в землю, и пена пузырилась на сведенных губах.
-…порвала. порвала. порвала.
Рабы вещей, они предпочли тянуть дальше свою постылую жизнь.
Так и ушли в землю эти люди, не узнав настоящей жизни, не испытав в ней ни счастья, ни радости. Когда их, мертвых, везли на кладбище, “мельница, полуразвалившаяся, со свесившимися космами почернелой соломы, глядела на гроб тем же бесстрастно мутным… взглядом. Ослизлое, обомшелое колесо угрюмо ворочалось, медленно и равнодушно”.
Сам автор пересказывал фабулу следующим образом: «Молодая, полная сил и здоровья работница продает себя старику мельнику в чаянии стать собственницей обветшалой мельницы. Потом, с годами, сама превращаясь в старуху, в свою очередь хозяйка властью собственности прикрепляет к себе молодого работника. Мельница и у этого высасывает молодость: собственность и тут сожрала чувства».
Александр Серафимович - всё, что он писал – он писал сердцем, пропуская через свою душу.
Цикл моих статей о Льве Николаевиче Толстом
О неотправленном письме. Л.Н. Толстого — Епископу Саратовскому и Царицынскому Гермогену (Долганеву)
Письма графа Льва Толстого милому Митеньке...
Переписка графа Льва Толстого с графом Д. А. Олсуфьевым
Как Лев Толстой с Федором Христофоровичем Граубергером из Дубовки переписывался...
Единомышленник Льва Толстого из Дубовки
Зачем учительница из Дубовки писала Льву Толстому?
Пока поставлю многоточие...
Смотрите мои публикации, ставьте лайки и подписывайтесь на мой канал, история печати через историю страны!
Ситникова Татьяна Владимировна- кандидат филологических наук, Лектор общества "Знание", Действительный член Царицынского генеалогического общества, исследователь-краевед, экскурсовод, руководитель литературного клуба "ВнеКЛАССное чтение", член секции Детской и юношеской литературы Московского союза литераторов РСПЛ, победитель V сезона Лектор " Знание"
БЛАГОДАРНА ТЕМ, КТО НАХОДИТ ВОЗМОЖНОСТЬ В НАШЕ НЕПРОСТОЕ ВРЕМЯ ЖЕРТВОВАТЬ ДОНАТЫ НА ОЦИФРОВКУ ИЗДАНИЙ!