Мои новые книги на Литрес: https://www.litres.ru/author/vladimir-poselyagin/?lfrom=1093594330
В начало первой книги: https://dzen.ru/a/aQMQ2jgUXis-EvvX
В начало второй книги: https://dzen.ru/a/aW2njbueyGf-AdD0
Я уже стоял в позиция для стрельбы с колена, держал старшего из этой парочки на прицеле своего оружия. Мой попутчик, техник-интендант второго ранга, только сейчас открыл дверь и лапал кобуру с «Наганом», выбираясь. На всякий случай, но видно, что не боец, все движения деревянные. А были из ГБ двое, капитан и сержант. То есть, если на армейские звания перевести, подполковник и лейтенант. Ладно сержант ГБ, а капитан? Те вот так сами не ездят, подчинённых используют. Хотя рожа у капитана знакомая. Вроде видел его когда Караваевым был, не в прошлой жизни, а когда в первой менял личность и закончил войну капитаном НКВД. Нейросеть после установки здорово улучшает память, многое забытое вспоминаешь, эта информация почти стёрлась, но что-то вспоминается. Так что это явно свои, больше интересует какого хрена им надо? Что, шутка со знамёнами выстрелила? Тогда меня скорее всего искали с собаками. Только долго искали, вон уже сколько дней спокойно себе работаю и ничего, не нарадуюсь, все довольны. А вообще да, мне моя работа здорово нравилась, и я бы, если честно, продолжил работать киномехаником, но тут видимо от меня мало что зависит.
- Руки от оружия, - предупредил я.
- Товарищ подполковник, спокойнее, мы не враги, - стал мягко говорить капитан, держа руки на виду. - Готов достать свои документы.
- Я простой красноармеец, - напомнил я тому, и не думая опускать ствол оружия.
Техник-интендант как застыл у открытой двери, так и стоял, на зная, что делать и просто ждал, положив ладонь на рукоятку револьвера. Гэбэшники на него только покосились и всё, тоже поняли, что он ни разу не боец. Типичный тыловик.
- Уже нет. За прорыв из Минска и вывод большого количество вооружения и личного состава, включая множество гражданских, вам присвоили звание Героя Советского Союза, а также чин майора. Лично товарищ Сталин, распорядился. А за знамёна, вторую медаль Золотая Звезда и звание подполковника. Решение трибунал было аннулировано. Мне приказано найти и доставить вас в Москву, - положив свои документы на подножку машины, и отойдя, сказал капитан.
И пока я держал карабин одной рукой, ствол не качался, твёрдо смотрел на тех, левой беря по очереди документы, изучал. Точно, Юрченко этот капитан, как прочитал, вспомнил, хотя вместе мы не работали. И приказ был у того на руках, доставить меня в Москву. Причём за подписью Берии. Этому ещё что нужно? Я же тянул время, размышляя. Да уж, жаль киномехаником мне теперь не поработать, но если командиром снова стал, буду крутить фильмы сам своим бойцам. Хоть такая отдушина. Так что одной рукой подкинув карабин вверх, поймал за цевьё, и повесил на ремне на правое плечо, протягивая капитану его документы, и говоря:
- Раз приказано, выполняйте.
Техник-интенданта пришлось оставить, он с чемоданчиком был, дальше своим ходом, может подберёт кто, а мы покатили назад, причём капитан сел в кабину моей пролётки. Мне ещё машину сдавать, оружие тоже. Вот и описывал как искал меня. Я даже поразился, хоть кинокомедию снимай. Тот опаздывал буквально в считанные минуты, чуть не наблюдая как в пыли я вдали исчезаю. Тот по полкам носился за мной, а узнав, что я вернулся штаб фронта, рванул туда, а я уже ехал, получив новые наряды. Хорошо трасса одна, нагнал и вот остановил наконец. При этом посмеиваясь тот сообщил, что после моего выступления на радио, агитотдел Политуправления решил привлечь меня, и стал искать, чтобы включить в одну и бригад в качестве исполнителя, не зная, что в соседнем кабинете меня на кинопередвижку как раз оформляли. Узнали, но мы уже отбыли на Южный фронт. Ну а дальше вернулись, сдал кинопередвижку, все фильмы и оборудование, не Карпухину, а его заму. Оружие также сдал, меня выводили из состава Политуправления, было ясно что я не вернусь. Капитан уже оформил документы по мне, и вскоре двинули в путь. Да ещё на машине, той же «эмке», до ближайшей железнодорожной станции. Сержант с нами. Тот помощником у Юрченко был. Конечно странно. Капитан мог бы просто зайти в Особый отдел, попросить найти меня и выслать в штаб фронта, без проблем бы всё сделали, где я на тот момент нахожусь было известно, стоило глянуть в расписание, так он машину получил и сам катался и искал меня. Зачем? Вот и я озадачен был. Странно всё.
Спрашивать почему тот так поступил, я всё же не стал. Не смотря на вид доброжелательности, капитан был на взводе. Мало ли не сдержится. Пусть успокоится. И тот успокаивался. Уже когда на пассажирском поезде ехали на Москву, с одной пересадкой, нам комендант нашёл одно свободное купе, тот окончательно расслабился, даже мурлыкал себе под нос, но я ничего спрашивать не стал. Всё давно узнал у сержанта ГБ, того Толиком Самойловым звали. Капитан был в курсе про новые фильмы, хотел сам тихонько посмотреть, киноман, да с расписанием напутал, приехал туда где меня ещё нет, или где уже был и уехал. Тогда понятно. Да, уже в поезде, я аккуратно срезал петлицы с гимнастёрки. Носить их не стоит. Пусть красноармейскую книжицу забрали, но командирское удостоверение ещё не вернули, поэтому знаки различия пока носить не стоит, обезличенная форма простого бойца подходит больше. Я сам не чинясь ходил за чаем к проводнику, тот кстати удивился, думал меня как арестованного везут, а тут свободно хожу куда хочу. Вот и в этот раз, стали готовить на стол, а уже подъезжаем к Москве, через час сходим. Вот решили попить, пока возможность есть, я шёл по коридору, до своего купе, когда боковым зрением засёк в соседнем купе командора. Мельком глянув на того, прошёл дальше и зашёл в наше. Тут кроме нас ещё ехала женщина с ребёнком, девочкой лет десяти. Поставив пять подстаканников с гранёнными стаканами внутри, на столик, я посмотрел на лежавшего на нижней полке капитана. Сержант над ним был, а я занимал соседнюю верхнюю, но с другой стороны.
Тот уловил мой взгляд, повернул голову и приподнял бровь. Мол, чего тебе? Хмыкнув, ответил:
- Слева в купе капитан еден, лётчик. Узнал его. Встречались у немцев в тылу. Диверсант, из «Нахтигаль».
- Полк диверсантов, что по Белоруссии работает, - задумчиво проговорил тот. - Где встречались потом расскажешь.
Тот пробудил сержант, что по старой армейской привычке спал везде где только можно, пользуясь свободным временем, и они ушли, а мы с попутчицами пили чай, да и попутчиков наших прихватили, им уже не надо, те делом заняты. Я сканером отслеживал, макая печенье в чай. Печенье моё, поделился, так вкуснее, девочка повторяла за мной, а вот её мама нет, в прикуску. На удивление брать «капитана» те не стали, просто прошлись по вагонам, заглядывая в купе, и закончив осмотр вернулись, сами чай принесли, я отнёс наши пустые стаканы, тоже чай попили. Ну сержант остался, похоже не собираются они этого диверсанта брать, хотят узнать куда пойдёт. Мы вот так на выход, Юрченко куда-то звонил из кабинета коменданта, скорее всего про диверсантов сообщал. А так как два звонка сделал, второй возможно, что доставил меня. Сканер показал, что я прав, сержант со стороны отслеживал «капитана». Да тот не один был, под ручку с девушкой в платье. Два чемодана тяжёлых нёс. Ну это дела местных, слил его и пусть работают. Вообще после того как я Западные области подчистил, там полегче было и наши отступали без обстрела с тыла. Хотя диверсанты ещё были, я просто не разорвусь их всех уничтожить. Мы машину остановили, мимо ехала «эмка», но на взмах капитана ГБ водитель остановился. И сколько не ныл что ему за начальством ехать, министром лёгкой промышленности, отвёз нас на Лубянку.
А дальше к следователю. Оп-па. Опять Северов. А это опасный зверюга. Не смотря на показную доброжелательность, приглашение присесть на стул, тот повёл речь, я насторожен был. И вроде не в форме допроса, но вопросы были с подковыркой. Как интересно, меня подозревают в пропаже людей Ворошилова, и его ранении. Прямо сказано не было, но по наводящим вопросам понял. Думаю, когда его личный помощник пропал, тот воспалишься, хотя уже раненый в госпитале лежал. Следователь начал работать. Тот видимо описал, какие задания давал в последнюю очередь и там всплыла моя фамилия. Странно что не скрыл это. Начали проверять. Ну весь клубок не размотали, но было ещё две точки соприкосновения. Это судья из трибунала и следователи с бойцами-костоломами. Они все имели со мной контакт и потом исчезли. А это уже звоночек. Доказательств нет, но отрабатывали. И нет, я так понял, к этому делу меня всё даже привязывать не собирались, всё же Дважды Герой, ну когда наградят, подполковник, да ещё сверху приказ не трогать. Тот банально удовлетворял свой интерес. Я же не показал, что понял, легко отбивал все его вопросы, строя непонимание. Я не я и собака не моя. Уверен, Северов убеждён что я если не участвовал, то в курсе пропаж людей, что выполняли поручение маршала. Не могу не согласится, есть такое. Так что два часа не без результатов поговорили, за полчаса тот снял показания, где я диверсанта видел, дав подписаться, оба заимели друг о друге хорошее впечатление. Так что попрощались, пожав друг другу руки. Меня отвезли в общежитие для командиров Автобронетанкового управления. Заселили в номер с двумя койками. Одна свободная, другая занята, судя по вещам, но соседа не вижу, ходит где-то.
Я только вещи разложил, как стук в дверь, открыл, там лейтенант. Его оказывается приставили ко мне, завтра награждение, а столько нужно сделать. Машина внизу, и сразу к портмоне, парадную форму строить. Вот так и мотались по городу. Да, по диверсанту. Я его познал, что есть, но помнил-то я его по прошлым жизням, тут он мне не попадался. И он действительно из «Нахтигаль», вот и рассказал сказочку что когда освобождал наших из Крепости, бегал вокруг, видел как он и ещё два командира РККА, ехали с немецким офицером по дороге. В кабриолете. Запомнил его. А так что тот диверсант, предположение. Кем он ещё может быть? Да и дал словесное описание двух других. Причём, реальных диверсантов из этого же батальона. Хотя заря батальном называю, его уже давно в полк развернули, прав Юрченко. Вот так форму пошили, да, сразу подполковника, удостоверение получил новое, награды старые вернули, медаль и два ордена, а на следующий день, под вечер и прошло награждение. Сначала первая Звезда Героя, с орденом «Ленина», потом вторая. Причём, объясняли за что, давая информацию. Я позировал фотокорреспондентам. Потом общался с журналистами. До самого вечера. На вопрос где пропадал, отвечал, что болел. Рёбра сломанные лечил. Меня очень просили не сообщать что было, называя это ошибкой, по сути форс-мажором. А что на радио выступал, опознали всё же. Подтвердил. И что представился простым красноармейцем также отмазался секретностью. А на следующий день в нашем Автобронетанковом управлении получил назначение. Меня направляли командиром Второй танковой бригады. Та формировалась во Владимире, направление у меня туда. Принять командование у полковника Лашко, что её и формировал. Его выдвигали на повышение. Стоит поторопиться, уже приказ есть, бригаду направляют на фронт, там погрузка идёт, на ходу с личным составом придётся знакомится.
Спасибо за ваши лайки и подписку. Очень благодарен.
Следующая прода. https://dzen.ru/a/aXLrjM_OSmXLA8zt