Найти в Дзене

Тюремно-лагерные истории: СТАРИКИ И САЛО (2 часть)

https://ridero.ru/books/nichto_ne_novo/
У Григорича была похожая беда.
Всё случилось в новогоднюю ночь. Жена к детям уехала, так уж вышло, в другой город - за внучатами присмотреть в праздничные дни. А ему в аккурат первого января выпало на смену идти.
Здоровье есть - чего б не подработать, сидя на пенсии? Всё прибавка, хоть детям нет-нет, да подкинуть деньжат - внуков растить надо. Ну, и самим,
Оглавление

https://ridero.ru/books/nichto_ne_novo/

ПРОДОЛЖЕНИЕ.

Начало в публикации:

Глава 3. Григорич

    У Григорича была похожая беда.

    Всё случилось в новогоднюю ночь. Жена к детям уехала, так уж вышло, в другой город - за внучатами присмотреть в праздничные дни. А ему в аккурат первого января выпало на смену идти.

    Здоровье есть - чего б не подработать, сидя на пенсии? Всё прибавка, хоть детям нет-нет, да подкинуть деньжат - внуков растить надо. Ну, и самим, с женой, чтоб не нуждаться...

    В-общем, пришлось Олегу Григорьевичу Ковалёву новый год встречать одному.

    А тут на беду (та же петрушка, что и у Ильича!) сосед пришёл - не ждан, не зван: "С наступающим! Давай, - говорит, - наливай, старина - праздник отметим!".

    Что ж тут делать? Не выгонять же - Новый год всё-таки. У Ковалёва на кухне и столик уже накрыт был - всё чин по чину.

     Григорич сам по себе хоть и рассеян был, нескладен, но во всём любил культуру. В квартире - чистота-порядок, на кухне - как у образцовой хозяйки, и на столе всё пристойно: закуски, салатики, рюмочки-тарелочки.

     Не очень-то ему хотелось с этим соседом вошкаться - запойный был мужик, шумный, буянный. Нализаться уже успел - развязный весь такой, и перегаром от него на всю квартиру...

     Решил Григорич, досадуя: "Ну, пусть посидит чуток. Выпьем, а там уж как-нибудь выпровожу, поем и лягу на диван телевизор смотреть".

     Вышло, однако, совсем иначе. Сосед одну-другую вмазал, разомлел и уходить явно никуда не собирался. Мало того - свиничать начал: то рюмку на скатерть опрокинет, то закуску уронит на пол, то сморкнётся в кулак, то слюни пустит.

    Аккуратисту Григоричу это всё как серпом по одному месту. Поначалу увещевал терпеливо незваного гостя, взывал к порядку. А того, как на зло, всё развозит, и развозит нестерпимо...

     Лопнуло ковалёвское терпение уже после того, как сосед, проглотив содержимое очередной рюмки и уже плохо соображая, смачно плюнул на пол! Прямо на новенький, заботливо застеленный Григоричем линолеум: утеплённый, специально купленный, чтобы внуки, приезжая погостить, бегали по нему своими ножками дедушке на радость...

     Ковалёва можно понять: этот жлоб плюнул не только на пол - он плюнул ему, Григоричу, в душу! Причём в тот самый укромный её уголочек, где хранилось самое дорогое - то, что олицетворяло для него понятие тёплого и уютного семейного гнёздышка...

     Вмиг обрушились все ковалëвские представления о гуманности, миролюбии и смирении - то, что он так старательно культивировал в себе все последние годы. Его лицо исказила жуткая болезненная гримаса, и хозяин молниеносным прыжком обрушился на загривок гостя, словно барс на буйвола!

    Схватив за шиворот нахала-соседа, Григорич поволок было его в направлении прихожей, чтобы вышвырнуть вон - на лестничную площадку...

    Однако, если сосед действительно был похож на буйвола - здоровенный такой амбал, то сравнение Григорича с барсом - не более, чем образная метафора. На самом деле он больше напоминал длинноногую и долговязую птицу вроде цапли или дрофы. И, стало быть, попытка выволочь противника на лестницу через всю квартиру была изначально обречена на провал: сил и решимости достало только на то, чтобы тот через пару шажков грохнулся на пол, увлекая за собой табурет, на котором сидел, а самое ужасное - уцепившись за край праздничной скатерти, он стащил туда же и весь новогодний стол...

    По мягкому линолеуму, мешаясь с остатками закусок, весело поскакали вилки и ложки, звонко забились друг о друга рюмки, тарелки, блюдца... И над всем этим, словно в насмешку, кувыркаясь, запрыгала "королева бала" - недопитая водочная бутылка!

    Григорич на мгновение замер, опешив от ужасного зрелища, но уже в следующую секунду, извергая жуткие ругательства, затрясся в нервном исступлении, схватил сидящего на полу соседа за шиворот и принялся трясти его из стороны в сторону!

    Тот недовольно и агрессивно замычал, не соображая в пьяном угаре, где он, и кто его держит за шкирку. А потом вдруг неожиданно резко, как говорят - на автопилоте, подался всей тушей на хозяина дома, отчего Григорич потерял равновесие и упал на четвереньки. Завязалась борьба...

    Впрочем, длилась она недолго - не больше полуминуты. Соседу сначала удался было реванш: захватив рукой шею Григорича, он крепко зажал её в локте, что называется - взял в клещи. Однако одержать окончательную победу оказалось суждено хозяину...

    Сам Григорич вспоминал об этом неохотно, как бы оправдываясь:

    - Ну, что? что ещё мне оставалось делать? Там ручища - как моя нога... Думаю - всё! конец! Или задушит, или шею сломает... Кричу - пусти! А он жмёт и жмёт - пьяный ведь, ничего не понимает... Вырывался я, как мог, руками его, ногами, и так, и сяк - всё без толку. Уже и в голове замутилось, и чувствую - отключаюсь... Мысль только мелькнула - всё, мол, Олежек - прощайся с жизнью... А тут вижу - нож рядом на полу валяется... Ну, которым хлеб резал, колбасу... Ну, и... Эхе-хе... Ну, вот что? что мне ещё было делать? Я ведь защищался... для самообороны ведь... - и горестно покачивал головой.

    Необходимую самооборону ни на следствии, ни в суде Григоричу доказать не удалось - влепили восемь лет строгого за умышленное нанесение тяжких телесных, повлекших смерть потерпевшего. Благо, учли положительные характеристики, попытку оказания первой помощи, собственноручный вызов скорой и полиции, а то бы...

    Надо заметить, что по приезду на место происшествия полицейским открылась та ещё картина: полный тарарам, перевернутая мебель, а на полу среди грязной посуды, объедков, осколков и лужиц крови - здоровый бугай в отключке. А ещё - кровавые следы по всей квартире. Ни дать, ни взять - притон! Так и в протокол вписали. Можно себе представить, как выглядел при этом сам Олег Григорьевич Ковалёв: помятый, трясущийся, перепачканный в крови и новогодних салатах...

ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ...

-2

КНИГИ О ТЮРЬМЕ И ЗОНЕ

на Ozon:

https://www.ozon.ru/person/aleksandr-igorevich-100047573/

на ЛитРес:

https://www.litres.ru/book/aleksandr-igorevich-33239041/

на Rideró:

https://ridero.ru/author/igorevich_aleksandr_vf17o/

на Wildberries:

https://www.wildberries.ru/catalog/497171456/detail.aspx

Повесть-сказка "Габоника"

о людях, змеях и свободе:

https://ridero.ru/books/gabonika_ili_skazka_o_lyudyakh_i_zmeyakh/

ПРАВДА О ТЮРЬМЕ

в книге "Субцивилизация":

https://ridero.ru/books/subcivilizaciya_1/

Тюремные и лагерные истории в сборнике "СПЕЦБЛОКАДА":

https://ridero.ru/books/specblokada_1/