21 января в Краснодарском крае силовики провели обыски у министра транспорта и дорожного хозяйства региона Алексея Переверзева. Основанием стало уголовное дело о мошенничестве в особо крупном размере (ч. 4 ст. 159 УК РФ), возбужденное в Сочи в отношении четырех человек.
Среди фигурантов дела — члены Союза дорожников Сафарбий Напсо и Андрей Московченко, начальник отдела ГКУ «Краснодар Автодор» Анатолий Насонов, а также бывший сотрудник краевого министерства транспорта по фамилии Важнов.
Ранее Генеральная прокуратура подала иск к бывшему министру транспорта Кубани и экс-депутату Госдумы Анатолию Вороновскому, действующему депутату Госдумы Андрею Дорошенко и депутату Законодательного собрания края Александру Карпенко. По версии надзорного ведомства, указанные лица могли использовать своё служебное и политическое влияние для незаконного обогащения — через распределение контрактов на строительство и ремонт региональных дорог.
Как считают в прокуратуре, в период руководства Вороновского бюджетные средства направлялись ограниченному кругу подрядных организаций, которые, в свою очередь, обеспечивали доступ к госконтрактам за счёт коррупционных механизмов. При этом двумя из крупных компаний-подрядчиков, фигурирующих в материалах, владеют Дорошенко и Карпенко.
По информации источников, знакомых с ситуацией, не исключается, что Алексей Переверзев, занимая пост министра, мог продолжить работу по прежним схемам. Однако официальных обвинений ему предъявлено не было.
В день проведения обысков в краевом Минтрансе заявили, что Алексей Переверзев продолжает исполнять свои обязанности и находится на рабочем месте. Комментариев по поводу следственных действий в ведомстве не дали. Более того, губернатор Краснодарского края Вениамин Кондратьев 21 января подтвердил сохранение Переверзева в должности.
Параллельно прокуратура выдвинула требования о конфискации имущества на сумму порядка 90 миллионов рублей у бывшего заместителя министра природных ресурсов Кубани — ещё один эпизод в череде громких антикоррупционных разбирательств в регионе.
Вместе с тем у наблюдателей и участников рынка возникает закономерный вопрос: является ли происходящее исключительно борьбой с коррупцией или за громкими делами может скрываться иной мотив?
Существует версия, что активизация силовых структур в дорожной отрасли может носить целенаправленный и заказной характер. По мнению источников, речь может идти не столько о ликвидации коррупционных схем, сколько о перераспределении финансовых потоков — в том числе о попытке установить контроль над многомиллиардными контрактами на строительство и ремонт дорог. В таком случае уголовные дела и обыски могут рассматриваться как инструмент давления с целью вытеснения прежних игроков и последующего допуска к тендерам аффилированных структур либо формирования новых коррупционных механизмов уже под иным контролем.
Таким образом, на данный момент ситуация остаётся неоднозначной. Отсутствие процессуального статуса у действующего министра, сохранение его на посту и ограниченность официальных комментариев оставляют пространство для различных интерпретаций — от реальной антикоррупционной кампании до аппаратной борьбы за контроль над одной из самых финансово ёмких отраслей региона.
Продолжение следует…