ПРОПАВШИЕ 35 МИНУТ. ВЫПУСК 1
Основано на прототипе реальных событий.
Тишина того августовского вечера 1988 года была абсолютной. Озеро, гладкое как черное стекло, отражало россыпи звезд. Лишь изредка ее нарушал всплеск рыбы или тихий перешепот двух друзей, Джона и Криса, в лодке. Они закидывали удочки, курили, говорили о жизни. Обычная ночная рыбалка.
В 23:46 мир изменился.
Сначала — густой, нарастающий гул, от которого заложило уши. Потом — тень, заслонившая звезды. Над ними, беззвучно и вопреки всякой логике, зависло оно. Дискообразный аппарат, метров пятнадцати в диаметре, испускавший тусклое мерцание по краям.
Леденящий ужас сковал мужчин. Они не могли пошевелиться, лишь уставились вверх, на темный силуэт, режущий небосвод.
В 23:47 от днища корабля отделился ослепительно-яркий луч света.
Он ударил точно в лодку, окутав рыбаков в сияющую колонну. Вспышка была не столько световой, сколько... временной. Возникло странное, противоестественное чувство — будто само время растянулось, порвалось, а затем и вовсе выскользнуло, как леска из онемевших пальцев.
Очнулись они почти одновременно. Гул стих, небо было чистым. Все как прежде. Только тишина теперь казалась громкой, давила на виски.
— Что это было? — хрипло выдохнул Крис.
Джон инстинктивно взглянул на часы. Стрелки показывали 00:21. Он перевел взгляд на Криса, потом снова на циферблат. Их взгляды встретились, полные немого ужаса.
35 минут. Целых 35 минут их жизни просто испарились. Они ничего не помнили. Ни корабля, ни луча, ничего. Будто кто-то вырезал кусок пленки из киноленты их памяти. Утром, на берегу, они молча разошлись. Договорились не обсуждать это. Никогда.
Но память, даже стертая, имеет корни. Кошки скреблись на душе у Джона. Через несколько месяцев, не выдержав внутреннего давления, он отправился к специалисту по регрессивному гипнозу, чтобы докопаться до правды.
То, что всплыло из глубин его подсознания, было страшнее любого кошмара.
Под гипнозом время обрело форму. Он снова увидел приближающийся диск, зависший над лодкой. А потом — резкий скачок. Пробуждение в стерильной, холодной комнате. Он лежал на чем-то твердом, не в силах пошевелить ни единым мускулом. Паралич был полным, лишь глаза могли бешено метаться по окружению.
К нему приблизилось существо. Гуманоид, но чужой, уродливый до дрожи — высокий, тощий, с огромными темными глазами-миндалинами. Оно не говорило ртом. Слова, холодные и безэмоциональные, возникли прямо в его голове, будто их вдавили в мозг:
— Больно не будет.
Джон чувствовал прикосновения, механические и точные. С его тела были взяты образцы: соскоб кожи, волосы. Процедура была быстрой, безболезненной и от того еще более жуткой. Потом — темнота.
И этот момент, этот шок от контакта, был искусственно и начисто стерт из его сознания уже на обратном пути, в лучу света, возвращавшем его в лодку.
Психиатрический анализ, проведенный позже, подтвердил: Джон — человек абсолютно вменяемый, трезвомыслящий. Не фантазер, а простой деревенский рыбак. Его окружение, родственники и друзья, это подтвердили. Крис на сеансы к психологам так и не пошел, предпочитая замалчивать произошедшее, но факт общей для них пропажи времени был неоспорим. Их истории совпадали в главном — в зияющей пустоте тех 35 минут.
Эта история — не байка у костра. В основе ее лежит действительно зафиксированный случай, детали и место которого автор предпочел скрыть