Для начинающего любителя одна из самых сложных проблем - проблема выбора породы. Очень рискованно ориентироваться на моду или заводить щенка той же породы, что у кого-то из ваших знакомых: может, эта собака ему подходит, и он сумел воспитать ее правильно, а вам она совершенно не подойдет!
Когда-то, будучи юной энтузиасткой, я на вопрос "Какие сложности в содержании азиата?" беспечно брякала: "Никаких. Эта собака состоит из одних достоинств". Потом я поняла, что это для меня - никаких, что далеко не все не считают сложностями драки с почуявшими силу кобелями-подростками, стремление пса "зачистить" места выгула от немецких овчарок, да просто - совершенно необоснованную неприязнь соседей, начитавшихся шок-контента в тырнете.
Помочь в выборе породы может ответ на следующий вопрос: насколько эта порода была близка к человеку на протяжении своего исторического пути?
Не надо усложнять. Это просто. Где эти собаки жили - на псарне, при отаре, во дворе или в доме? Как они взаимодействовали с хозяином - делили с ним жизнь, как ирландский вольфхаунд Росваль - с рыцарем Кеннетом, или видели этого чувака в основном во время охоты, когда псари выводили их на сворках? Какой у них был статус - вещи, как у злосчастных испанских гальго, гордости и лучшего имущества хозяина, как у русской псовой борзой, союзника и партнера, как у зверовой лайки, скотогонной овчарки или чабанского волкодава, боевого побратима, как у ирландского вольфхаунда, английского мастифа и других "рыцарских" пород, члена семьи, как у немецкого дога?
И тут открываются бездны. Оказывается, "милые коржики" - это скотогонные овчарки, а малыши бигли - гончие для охоты на лис, и держали их на псарнях. То есть обе эти породы исторически находились на дистанции от владельцев, которым было важен исключительно функционал.
Псарные породы - это некоторые - например, русские хортые - борзые, почти все гончие, собаки для травли, такие как меделяны, кавказские овчарки, которых использовали как караульных собак в турецких и русских крепостях. У этих собак фактически не было хозяина, за ними ухаживали псари, и у этих псарей, наверно, были любимцы, но слишком мало времени они могли уделить конкретной собаке, да и была она расходным материалом, участь которого предрешена.
К псарным породам можно отнести и ездовых собак Крайнего Севера, так как их содержание от содержания хортых борзых ничем принципиально не отличается. И - да, хаски, самоед или маламут, плохо тянувший сани, быстро становился шапкой или унтами. А иногда, увы, едой. Никаких сантиментов. Крайний Север - это про выживание.
Предки бульдогов также относятся к псарным породам. Их на забаву толпе пускали на быков, кабанов, медведей. Предок французского короля Генриха Великого - Гастон Фебюс, граф де Фуа - в своем охотничьем трактате пишет, что эти собаки - расходники, "и о них не стоит сожалеть, так как они тупы и безобразны".
Гастон не был как-то особенно жесток - напротив, для средневекового феодала он был человеком передовым, просвещенным и гуманным. Просто такова была участь травильных собак - умереть на площади на потеху толпы или на охоте, первым приняв на себя ярость оленя или кабана, ради спасения более ценных сородичей.
Понятно, что псарные породы находятся на максимальной дистанции от человека. Они вообще могли быть полудикими, как аборигенные афганские борзые, - лишь бы выполняли свою работу. Более того, они могли быть необучаемыми, тупыми, свирепыми, непрерывно грызться между собой и жрать псарей (переживал ли барин о своих крепостных псарях? Ага, аж кюшать не мог). Владелец не любил этих собак и никогда особо не сожалел об их гибели на травле или охоте. Раненых, искалеченных попросту добивали.
Скотогонные породы - все истинные овчарки (в отличие от мареммы, САО и КО - овчарок только по названию). Колли, шелти, бордер-колли, вельш-корги, эльзасская овчарка, бобтейл, босерон, аусси, пули, пуми, малинуа, лакенуа, тервюрен, грюнендаль. Все эти собаки - пастухи и гуртовщики скота - маленького и среднего размера, живого темперамента, очень подвижные, часто гиперактивные, содержались при стаде. Из них близостью к человеку выделяются колли и босероны - первые вошли в моду у английских джентльменов за красоту, вторые пригодились как смелые и злобные полицейские собаки.
Здесь дистанция поменьше - пастух своих овчарок хотя бы знает по имени и в лицо, - но нести расходы на содержание бесполезной собаки и тратить время на перевоспитание проблемной никто не станет. То есть это тоже функция.
Дворовые породы. Охранные собаки, зверовые лайки и чабанские волкодавы
Тибетский мастиф, хотошо (само название породы переводится как "дворовый волк"), английский мастиф (название происходит от master - хозяин поместья), чабанские волкодавы - САО, северокавказская чабанская собака, - ротвейлер, ховаварт, пиренейская горная собака и др.
Да, именно. Чабанские волкодавы не относятся к скотогонным породам - это охранники. Им все равно, что охранять, поэтому большинство из этих собак прекрасно себя чувствует в городских квартирах.
Зверовые лайки, хоть и являются шпицами, а не молоссами, и охотниками, а не сторожами, - тоже дворовые собаки. В дом их не пускают.
Дворовых псов, как правило, держали в количестве двух-трех (больше - только в больших поместьях), естественно, владелец их знал и ценил, а часто и любил (хотошо пользуются огромной любовью бурят).
Ассирийскому мастифу курды традиционно доверяют судебный поединок: когда между жителями соседних деревень возникает конфликт, каждая деревня выставляет мастифа, и собаки сражаются до смерти одного из бойцов. Хозяева победителя считаются выигравшими тяжбу, и это решение никогда не оспаривается, так как это Высшие силы таким образом указали, на чьей стороне справедливость.
Жаль собак (по традиции Божьего суда, раненых добивают), но нельзя отрицать, что курды относятся с большим уважением к своим собакам, считая их достойными выступать от имени Высших сил.
(Такой случай описан английской писательницей Розмэри Сэтклифф в исторической повести "Алый знак воина", правда, там назначенная судебная битва собак в итоге заменяется поединком подростков, которые не посвящены в воинский статус, - видимо, подобные обычаи имели место и у древних кельтов).
Продолжение следует