Эпоху Гражданской войны сопровождают устойчивые образы исторической памяти. Существовали ли действительно женщины, работавшие в советских карательных органах? Да, и немало. Они попадали туда чаще всего в качестве технических сотрудников – секретарей и делопроизводителей. Как образованных девушек, бывших гимназисток, их привлекали для ведения документооборота. Большевики с самого начала стремились строить деятельность своих карательных органов на правовых основаниях, поэтому и уделяли много внимания бумажной работе и привлекали грамотных людей для её обеспечения. В качестве примера такого рода можно сослаться на материалы в киевской газете «Большевик» (1919 год), рассказывающие о работе народного суда и военно-революционного трибунала в соответствии с требованиями публичности наказания и соответствия советским правовым взглядам. Большевики не страдали стеснительностью в отношении акций красного террора. Тайные экзекуции - не их метод.
Часто председатель чека мужчина, а секретарь – женщина. Со временем женщины вырастали до следователей и председателей комиссий. Пожалуй, типичным можно признать случай Нины Александровны Торской.
Вместе со своим мужем, анархистом-коммунистом, она оказалась в Ростове весной 1918 г. в момент отступления советских отрядов с Украины. Торский возглавил Донскую чрезвычайную комиссию, а его жена стала секретарем. В феврале 1919 г. Торский погиб во время страшного бурана в Астраханской степи, уничтожившего 11-ю Красную армию. У Нины началась новая жизнь, в Астрахани она заняла должность «начпоарма» – начальника политотдела армии, стала близкой сотрудницей С. М. Кирова, в 1920-1930-е гг. ее ждала успешная юридическая карьера.
Кисловодская фурия
Встает вопрос о происхождении обвинений в кровавых преступлениях, превосходящих «нормальный» для времен гражданской войны уровень. Откуда брались подобные нападки можно попытаться проследить по материалам, связанным со следователем Кисловодской чека Ксенией Ге. В 1990-е гг. кисловодские экскурсоводы любили рассказывать немногочисленным курортникам у ее бюста на Курортном бульваре о бессудных расправах и циничных декретах. Далее следовал пока еще смущенный намек, что казнь была вполне правомерной.
История жизни Ксении известна в различных вариантах.
Советская легенда представлена биографическими очерками разных лет, но они мало информативны и мифологичны по-своему. Писатель А. Ветлугин повествовал о Ксении Ге в характерной для белой эмиграции тональности – как об обладательнице смеси богемности, порочности, развращенности и садизма.
Оттуда пикантные и шокирующие детали и путешествует из текста в текст. Откуда они взялись? Явно от тех обывателей, кто находился зимой 1918-1919 гг. в Кисловодске, а потом от тех, кто пересказывал их рассказы, добавив в них свою долю небылиц. Не случайно, даже одежда осужденной к повешению женщины отличается в описаниях очевидцев. То синее атласное платье, то белая шелковая блуза с черной юбкой из тафты. Хотя я думаю, что после нескольких дней в руках Шкуро и его команды она выглядела не столь ослепительно. Разорванная одежда была более уместной на женщине после пыток.
Рождение мифа о кровавой кисловодской чекистке произошло по горячим следам - в 1919 г. В этом году ОСВАГ - пропагандистская служба деникинской армии опубликовала в Ростове-на-Дону, Акт расследования по делу об аресте и убийстве заложников в Пятигорске в октябре 1918 г. В тексте брошюры рядом с фамилиями большевиков Атарбекова, Стельмаховича, Щипулина, М. Осипова, действительно подписавших резолюцию о расстреле пятигорских заложников, среди которых были генералы Рузский и Радко-Дмитриев, значится и имя Ксении Ге. Но приведенная тут же в качестве приложения копия документа ее фамилию не содержит! Очевидно, Ксения оказалась в рядах пятигорских чекистов по воле сотрудников ОСВАГа. Чем же это вызвано?
«Женщина в красном»
Очерк бывшего командира 1-го рабочего полка Совета обороны Северного Кавказа П.Е. Кофанова, лично знавшего супругов Ге в последние месяцы их жизни, содержит некоторые ранее никогда не упоминавшиеся детали произошедшей трагедии.
Александр Юльевич Голберг (революционный псевдоним Ге) – анархист-коммунист, находился в эмиграции в Цюрихе. В Швейцарии жил бедно, работал подмастерьем в переплетной, затем корректором в типографии. Нередки были периоды безработицы. Ксения Михайловна, урожденная Сердюкова, по первому мужу Карташевская, тоже увлекалась левыми идеями. Они встретились в Давосе, когда тот был еще горной деревушкой, а не респектабельным курортом. Швейцарию русские революционеры любили из-за дешевизны жизни в первую очередь и либерализма властей - во вторую.
По обыкновению революционных пар вошли в отношения фактического брака в 1915 г. В 1916 г. родилась дочь Виктория.
Александр Ге прибыл в Россию в июне 1917 г. В начале 1918 г. он попал на Кавминводы для лечения от туберкулеза. Оставаясь анархо-коммунистом, сотрудничал с большевиками. Был членом исполкома и председателем чрезвычайного штаба по обороне Пятигорского округа. А вот Ксения была большевичкой, членом исполкома и старшим следователем Чрезвычайной комиссии Кисловодского района.
Жила пара в Гранд-Отеле на Голицынском проспекте.
Цепь роковых событий, закончившаяся гибелью супругов Ге, началась с акта милосердия, с принятого Кисловодской ЧК решения о помиловании заложников – казачьего генерала А.Е. Петренко по причине болезни и дряхлости и некого ессентукского врача, фамилия которого в очерке опущена, хотя в момент написания текста Кофанова доктор был жив, трудился в какой-то советской больничке, проживая в своем доме в Ессентуках. Но старожилам было известно его имя - Слуцкий.
В январе 1919 г. из Кисловодска уходила Красная армия. Семья Ге не последовала с ней, так как Александр Ге и его двухлетняя дочь Виктория были больны тифом. Генерал Петренко на правах симпатанта обаятельной большевички пообещал Ксении покровительство и содействие в отъезде в Закавказье после выздоровления семьи. Поэтому Ксения Михайловна и осталась в городе вместе с больной семьей. А Петренко с приходом белых сразу окреп и возглавил гарнизон Кисловодска.
Вечером 8-го января 1919 г. Александр Ге в состоянии тифозного бреда был вывезен своим конвоем на тачке к товарной станции и там зарублен. Преданная Ксении девушка-горничная Варя из гостиницы Гранд-отель сообщила ей о том, что Александра Юльевича повезли на вокзал. Женщины бросились туда и с помощью испуганного стрелочника нашли истерзанные остаки. Ксения явилась к Петренко, гневно обвиняя его в вероломстве. Тот, нисколько не смущаясь, сообщил, что и ее саму ожидает та же участь. У ее комнат выставили караул. Подкупив казака, Ксения бежала, но была поймана.
На охрану заключенной поставили офицерский караул. Той удалось уговорить поручика-карачаевца по имени Ибрагим бежать вместе с ней. Мемуарист намекает, что офицер испытывал симпатию к женщине. Добравшись в Ессентуки, она обратилась за помощью ко второму выпущенному ею из чека. Но «благодарный» доктор выдал ее и офицера шкуровцам. Поручик был казнен, а Ксению после нескольких дней "следствия" в контрразведке повесили 24-го января на Казачьей площадке над Кисловодском.
Ксению посмертно ославили. Возникает впечатление, что ее репутация рождена стремлением белых карателей затушевать этическую сомнительность собственных действий.
Приведу аргумент в пользу Ксении. Отсутствуют списки жертв Кисловодской чека. Вот если в Пятигорске осенью 1918 г. действительно состоялась массовая к@знь заложников, так имеются и списки, и детальные воспоминания c одной и другой стороны. По Кисловодску нет ничего.
Дочь
Сведения о судьбе Виктории Ге разнятся.
По данным С.С. Лузина, директора краеведческого музея в Кисловодске, после смерти матери двухлетнюю девочку отправили в ледник ресторана Гранд-отель. Там её обнаружил управляющий гостиницей Троянский и передал ребенка швейцару Д.А. Храпунову, но Виктория вскоре умерла, будучи ослабленной тифом и переохлаждением.
У Кофанова изложены другие факты. Девочка действительно оказалась на попечении Храпунова, который назван сторожем Гранд-отеля. В 1924 г. его сократил с должности директор отеля Троянский, который способствовал аресту обоих Ге. Малышка и ее опекун стали голодать. Ребенок-сирота никаких пособий за родителей не получала и не была известна органам опеки. События изложены по состоянию на 1926 г. Но по тому, что иные сведения о Виктории Ге отсутствуют, она не дожила до совершеннолетия.
Послесловие
Как представляется, возникновению описываемого феномена - мифа о чекистсках - способствовало появление нового для русской жизни явления как женщина-начальник, что стало потрясением для патриархального сознания, шоком от краха старого миропорядка, который так и не впустил слабый пол в коридоры власти. Если белые были поборниками аппаратных традиций, далее канцелярии девушек не пускали, то большевики смело поручали женщинам любые, самые тяжелые и ответственные посты в новой вертикали власти. За это враг наделил их набором злодейских черт самой в гипертрофированной форме. При этом случаи демонизации красными женщин из стана противника практически неизвестны.
На сегодня это всё! Спасибо, что дочитали до конца:) Не забудьте поставить лайк, если вам было интересно, и подписаться на мой блог.