— Такой зумерский подход к работе — это не просто протест против системы, а отражение глубоких социально-экономических изменений

— Такой зумерский подход к работе — это не просто протест против системы, а отражение глубоких социально-экономических изменений. Он возник в ответ на кризис «социального контракта», когда обещания стабильности и успеха не оправдались для многих поколений, — говорит MSK1.RU кандидат экономических наук Саид Гафуров, член Центрального совета независимого профсоюза «Новый труд».

— А не с банальной удаленки ли это началось, которая, в свою очередь, появилась во время пандемии?

— Это слишком упрощенно. Появление удаленки дало возможность всего лишь выбирать альтернативные формы занятости. На зумерский подход повлияла и смена ценностей с акцентом на ментальное здоровье, баланс между работой и личной жизнью, экологию и самореализацию. В условиях нестабильности долгосрочное планирование стало затруднительным, что усилило стремление жить «здесь и сейчас».

— Но вы согласны с депутатом Толмачевым, что из-за зумеров рано или поздно возможны фатальные проблемы для экономики?

— Серьезные вызовы для экономики неизбежны при отсутствии адаптации. Если брать поколенческое измерение, то старение миллениалов приведет к дефициту менеджеров среднего и высшего звена.

Переход от солидарной к накопительной модели может вызвать социальное напряжение из-за повышения пенсионного возраста. Частая смена профессий снижает уровень специализации и накопленных знаний, что замедлит развитие ключевых отраслей. Работодатели теряют интерес к обучению сотрудников, что снижает квалификацию рабочей силы и может привести к переносу производств. Нестабильным становится и потребительский спрос: люди без стабильных доходов и накоплений становятся ненадежными заемщиками.

— Но если выразить совсем просто: получается, когда подрастут не только зумеры, но более молодые поколения, в России просто изменятся социальные приоритеты и ценности?

— Да, общественные приоритеты сместятся с материальных показателей успеха в сторону качества жизни, самовыражения и социального вклада. И вот этот переход будет болезненным для инерционных институтов: государства, пенсионных фондов, крупных корпораций старого типа, банковской системы. Они будут вынуждены меняться под нового работника и потребителя.

— Видимо, в Госдуме именно изменений, как обычно, и боятся. Но, может, и правильно, если они будут крайне болезненными.

— Тут главный вопрос: смогут ли государства (не только Россия) и глобальные институты провести плавную реформу социальных систем — пенсий, медицины, налогообложения — до того, как демографическое давление и смена трудовой этики, подобно лавине, обрушатся на общество, вызвав кризис. Вот от этого и зависит, удастся ли человечеству совершить переход, подобный плавному течению реки, или же общество столкнется с болезненными потрясениями, подобными сильным волнам цунами, которые разрушат жизни многих поколений.

https://msk1.ru/text/economics/2026/01/21/76224346/