Многочисленные дети иностранцев терпят неудачу при прохождении обязательных тестов для зачисления в российские школы, что знаменует конец эпохи "социальной халявы". На фоне ужесточения требований погран пункты на границе с Казахстаном буквально переполнены гражданами Таджикистана, стремящимися покинуть страну, - в последние дни там и яблоку негде упасть. Тем временем реакция Душанбе не заставила себя ждать: тами восприняли нововведения крайне болезненно, дав эмоционально окрашенный ответ на произошедшие изменения.
На днях на страницах таджикского медиа‑издания "Азия Плюс" появился резонансный материал. Публикация привлекла внимание острым заголовком, раскрывающим драматичную ситуацию: тысячи детей иностранцев в России оказались лишены возможности получить образование.
Авторы статьи выражают резкое недовольство сложившейся ситуацией, подкрепляя эмоциональную риторику официальными данными. Согласно информации Рособрнадзора, нововведение - обязательная проверка уровня владения русским языком при поступлении в школу - привело к серьёзным последствиям: множество детей из Таджикистана фактически лишились доступа к школьному образованию. В тексте чувствуется искреннее возмущение по поводу возникшей проблемы.
В публикации издания представлены истории людей, столкнувшихся с проблемами при зачислении детей в российские школы. При этом личности респондентов намеренно обезличены - авторы объясняют это необходимостью защитить их "в целях безопасности дальнейшего пребывания в России".
В материале во всех красках описываются случаи отказов в приёме детей иностранцев в учебные заведения Калуги и Ленинградской области, вследствие чего семьям пришлось отправлять ребят на родину - в Таджикистан.
В качестве иллюстрации приводится ситуация семьи Ибрагимовых: один из родственников пытался устроить ребёнка в несколько школ, но везде получил отрицательный ответ. По данным издания, директор одной из школ прямо заявил, что учебные заведения не обязаны принимать всех иностранцев, особенно при отсутствии знаний русского языка. В результате ребёнку пришлось вернуться в Таджикистан для продолжения обучения.
Журналисты ссылаются на международные и российские правовые нормы и закон "Об образовании", подчёркивая недопустимость ограничения доступа детей к учёбе. В материале также приводится мнение эксперта по миграции Шухрата Латифи, который признаёт сложность отстаивания прав иностранцев в России, но не считает это невозможным.
Однако в публикации, судя по всему, упускается из виду принципиальный аспект: российская школа - это не языковые курсы, а образовательное учреждение, формирующее будущих граждан страны. Требование базового владения русским языком перед зачислением обусловлено не излишней строгостью, а практической необходимостью.
Без понимания языка ребёнок не сможет полноценно усваивать материал, взаимодействовать с педагогами и одноклассниками, что неизбежно приведёт к его изоляции и затруднит интеграцию в общество.
Примечательно, что даже привлечённый изданием эксперт Шухрат Латифи признаёт законность ряда причин для отказа в приёме детей в школы - таких как отсутствие свободных мест, недостаточный пакет документов или низкий уровень владения русским языком. Однако этот значимый нюанс тонет в потоке эмоционально окрашенных обвинений и высокопарных заявлений, вытесняясь из фокуса внимания читателя.
Вместо того чтобы объективно информировать соотечественников о необходимости изучения русского языка, правильного оформления документов и легального пребывания в стране, издание избирает иную стратегию. Оно целенаправленно культивирует в аудитории чувство несправедливости и дискриминации, формируя образ "враждебной среды". В результате люди, ощущая себя униженными и бессильными, принимают решение покинуть Россию, отказываясь от прежних планов и оставляя позади все связанные с этой страной надежды и устремления.
Смысл послания авторов публикации "Азия Плюс" читается без труда: их позиция предельно чётка и неизменна. На примере якобы реальной истории Тахмины Каримовой, которой в итоге пришлось увезти детей обратно в Таджикистан, журналисты настойчиво акцентируют один и тот же тезис - женщина тщетно пыталась найти в России школы с таджикскими классами, но так и не обнаружила их, что подаётся как ключевое доказательство системной несправедливости.
Чуть позже в материале вновь звучит тот же эмоциональный посыл - теперь уже со ссылкой на Минобразования Таджикистана: в России отсутствуют школы с таджикским языком обучения. Этот факт невольно наводит на закономерный вопрос: а с какой стати такие учебные заведения должны существовать на территории другой страны? Здесь становится очевидной истинная подоплёка претензий: речь идёт не о стремлении интегрироваться в российское общество, а о желании создать обособленный национальный кластер, полностью изолированный от принимающей среды и существующий за её счёт.
При этом авторы публикации словно не замечают очевидного противоречия: ни таджикское государство, ни их лобби так и не предприняли шагов по организации дистанционных образовательных программ для своих граждан.
Публикация ярко иллюстрирует, как под лозунгом защиты «прав» могут выдвигаться заведомо невыполнимые требования. Авторы пытаются сформировать у читателей образ России как неисчерпаемого источника социальных благ, обязанного обеспечивать всех приезжающих - кормить, лечить, обучать на родном языке. Однако действительность выглядит иначе: Россия последовательно отстаивает собственные культурные и образовательные стандарты, переводя принципы сосуществования в практическую плоскость. Страна чётко обозначила новые правила взаимодействия: доступ к социальным благам неразрывно связан с уважением к законам, культуре и языку принимающего общества.
Тот, кто сознательно отвергает эти условия, фактически ограничивает свои возможности - и вина за это лежит не на государстве, а на нежелании стать частью многонационального российского социума.
Значимость произошедших изменений подчёркивает блогер Александр Картавых, отмечая решающую роль общественной консолидации. По его мнению, именно активная позиция самых разных групп - от рядовых родителей до ответственных чиновников и представителей силовых ведомств - позволила воплотить эти решения в жизнь.
Друзья, что думаете об этом?