Найти в Дзене
Andrey Firsov

Пир на весь мир

«Пир на весь мир» — это для меня не про количество еды на столе, хотя его, конечно, должно быть в избытке. Это скорее про атмосферу, где хлебосольство и щедрость становятся главными гостями. Такой пир случается не тогда, когда ты просто кормишь людей, а когда создаёшь пространство, где еда становится поводом для общения, смеха, долгих разговоров и ощущения настоящего праздника жизни. Это всегда история про «сделано с душой», даже если блюда — самые простые. Первое правило такого пира — он должен быть демократичным. То есть на столе должно найтись что-то для каждого: и для мясоедов, и для вегетарианцев, и для тех, кто на диете, и для детей. Поэтому я всегда стараюсь сделать несколько «столпов», вокруг которых всё строится. 1. Большое, центральное, «зрелищное» блюдо. Это может быть что-то, что готовится прямо при гостях или эффектно выглядит. Целиком запечённый лосось на подушке из зелени, огромный тажин с бараниной и курагой, которые томятся на медленном огне, или даже просто гигантс

Пир на весь мир

«Пир на весь мир» — это для меня не про количество еды на столе, хотя его, конечно, должно быть в избытке. Это скорее про атмосферу, где хлебосольство и щедрость становятся главными гостями. Такой пир случается не тогда, когда ты просто кормишь людей, а когда создаёшь пространство, где еда становится поводом для общения, смеха, долгих разговоров и ощущения настоящего праздника жизни. Это всегда история про «сделано с душой», даже если блюда — самые простые.

Первое правило такого пира — он должен быть демократичным. То есть на столе должно найтись что-то для каждого: и для мясоедов, и для вегетарианцев, и для тех, кто на диете, и для детей. Поэтому я всегда стараюсь сделать несколько «столпов», вокруг которых всё строится.

1. Большое, центральное, «зрелищное» блюдо. Это может быть что-то, что готовится прямо при гостях или эффектно выглядит. Целиком запечённый лосось на подушке из зелени, огромный тажин с бараниной и курагой, которые томятся на медленном огне, или даже просто гигантская пицца, которую каждый может украсить по своему вкусу. Это собирает людей вокруг, это предмет восхищения и разговоров.

2. Несколько салатов и закусок с разными характерами. Один — лёгкий, овощной, с яркой заправкой (как табуле или греческий). Другой — сытный, картофельный или с пастой. Третий — что-то неожиданное, вроде салата из запечённой свёклы с козьим сыром. Их можно расставить по столу, чтобы к ним было легко дотянуться.

3. Уголок «своими руками». Это то, что вовлекает гостей. Большая доска с разными сырами, колбасами, орехами, мёдом и фруктами. Или бар с начинками для тако: фарш, курица, фасоль, гуакамоле, сальса, сметана. Люди сами собирают себе порцию, и это всегда весело.

4. Гарниры-универсалы. Что-то, что подходит ко всему. Огромная миска пушистого пюре (можно даже из цветной капусты для лёгкости), рассыпчатый рис или киноа, и обязательно — много-много хлеба разного: хрустящие багеты, лепёшки, хлеб на закваске. Хлеб — это символ, он должен быть в изобилии.

5. Соусы и приправы. В отдельные мисочки — несколько видов соусов: острый, кисло-сладкий, йогуртовый, песто. Это позволяет каждому настроить блюдо под себя.

Что касается напитков, то тут тоже важно разнообразие: большие кувшины с водой с фруктами и мятой, хорошее вино (красное и белое), пиво, и что-то безалкогольное для детей и водителей.

Но самый главный секрет такого пира — это не перегрузить себя. Никто не ждать, что ты будешь весь вечер стоять у плиты. Большую часть можно приготовить заранее. Салаты — за несколько часов, мясо — за день, соусы — утром. А потом просто расставить, подогреть, если нужно, и наслаждаться компанией.

Атмосфера — вот что делает пир пиром. Расслабленная, тёплая, где нет места спешке. Где можно встать из-за стола, чтобы поиграть с детьми, а потом вернуться за добавкой. Где разговоры текут так же легко, как вино. И где в конце вечера, когда основные блюда съедены, все вместе пьют чай с простым, но очень вкусным пирогом, и чувствуют себя одной большой, счастливой семьёй. Это и есть настоящий пир — когда еда становится лишь поводом, а главным блюдом оказываются люди вокруг.