Когда миф сильнее истории или кто на самом деле покоится в Соборе инвалидов в Париже?
Представьте: настоящий Наполеон бродит по Парижу неузнанным, умоляет чиновников поверить в его личность — а в это время на острове Святой Елены простой матрос с аппетитом ест варенье, принимает почести и диктует «мемуары». В финале же происходит и вовсе абсурд: именно этого самозванца — Эжена Ленормана — торжественно хоронят в Соборе инвалидов — там, где положено покоиться лишь величайшим из великих.
Это не альтернативная история в духе «а что, если…», а художественный замысел фильма «Новое платье императора» (2001) — острой сатиры на природу власти, культ личности и силу коллективного мифа.
«Новое платье императора»: комедия про двух Наполеонов, или как не перепутать императора с матросом
Представьте: Наполеон Бонапарт, грозный завоеватель Европы, вдруг решает сбежать с острова Святой Елены. Но не просто так — а поменявшись местами с простым матросом Эженом Ленорманом. Да‑да, именно так: один идёт в Париж за властью, другой остаётся на острове наслаждаться «императорскими» удобствами. Что может пойти не так? О, поверьте — всё!
Двойники: кто есть кто?
- Наполеон Бонапарт (в исполнении Иэна Холма)
Что задумал: вернуться на трон, пока все думают, что он гниёт на Святой Елене.
Что получилось: застрял в Бельгии, потом в Париже, где его никто не узнаёт.
Фишка: пытается доказать, что он — тот самый Наполеон, но все крутят пальцем у виска. В приюте для умалишённых его встречают с улыбкой: «О, ещё один Наполеон! Добро пожаловать!» - Эжен Ленорман (тоже Иэн Холм — актёр играет обе роли)
Что задумал: сначала просто помочь, потом — «А что, тут неплохо кормят!»
Что получилось: остался на острове, объедается конфетами, диктует мемуары («Я, Наполеон, однажды съел три пирожных за раз…») и даже убеждает британцев, что он и есть настоящий император.
Фишка: когда Наполеон пытается вернуть себе трон, Ленорман заявляет: «Нет уж, я привык к роскоши. Вы — самозванец!»
Смешные моменты с двойниками
- Обмен ролями: Наполеон в матросской робе пытается выглядеть грозно, а Ленорман в «императорских» покоях играет в «царь горы» с британскими офицерами.
- Проверка подлинности: Доктор Ламберт находит портрет сына Наполеона и решает: «Ага, вот доказательство!» Но вместо признания получает удар по голове — Наполеон не любит, когда лезут в его прошлое.
- Приют для Наполеонов: Когда главный герой попадает в заведение для душевнобольных, там уже десяток «Наполеонов» маршируют по коридорам. Наполеон в ужасе: «Я — единственный!» — а ему в ответ: «И я тоже!»
- Финал с изюминкой: Наполеон, устав от попыток вернуть власть, выбирает простую жизнь с Николь («Тыквой»). А Ленорман? Он так и остаётся на острове, наслаждаясь чаем с вареньем и титулом «императора».
Почему это смешно?
- Ирония истории: великий полководец проигрывает не армии, а… собственному двойнику-обжорке.
- Игра Иэна Холма: актёр мастерски переключается между напыщенным императором и простодушным матросом. Один взгляд — и вы уже видите разницу: у Наполеона — орлиный взор, у Ленормана — мечтательный взгляд на булочку.
- Абсурд: ситуация, где настоящий император никому не нужен, а фальшивый — купается в почестях, превращает историю в сатирическую комедию.
Мораль (если она тут нужна)
- Власть — это не корона, а то, во что люди готовы поверить.
- Иногда лучше быть счастливым «Ленорманом», чем несчастным «Наполеоном».
- Если меняешься местами с кем‑то, убедись, что он не влюбится в твою кровать.
Итог: «Новое платье императора» — это как историческая хроника, которую пропустили через блендер с комедией. Два Наполеона, ноль здравого смысла и море смеха.
Где реальность, а где вымысел?
В реальной истории:
- Наполеон действительно провёл последние годы на острове Святой Елены.
- Его могила — предмет почитания; Собор инвалидов стал символическим центром памяти о нём.
- Никаких документально подтверждённых двойников у императора не было.
В фильме же:
- Случайная подмена запускает цепочку абсурдных, но логически выверенных событий.
- Миф побеждает факт: фальшивый Наполеон оказывается убедительнее настоящего.
- Власть превращается в спектакль: главное — не быть, а казаться.
Почему это важно для понимания фильма
История Ленормана в Соборе инвалидов — не просто шутка сценаристов. Это:
- Метафора исторической памяти: люди помнят не то, что было, а то, во что им хочется верить.
- Сатира на культ личности: слава и почести достаются не человеку, а образу, который общество готово принять.
- Ирония судьбы: настоящий император остаётся в тени, а двойник получает всё — включая последнее пристанище среди героев.
Что мы теряем и что находим в этой игре с реальностью
Фильм намеренно стирает грань между историей и вымыслом, чтобы задать зрителю неудобные вопросы:
- Что важнее: факт или вера в него?
- Может ли миф быть «правдивее» реальности?
- И, наконец, кто на самом деле заслуживает памяти — тот, кто творил историю, или тот, кто лучше её «играет»?
Впереди — разбор ключевых сцен, где двойник переигрывает императора, а смех становится лучшим оружием против величия. Готовы увидеть, как миф победил историю — и почему это до сих пор актуально?
Абсурд как двигатель сатиры: почему «фальшивый» Наполеон успешнее настоящего
В фильме «Новое платье императора» классический исторический нарратив выворачивается наизнанку: подлинность не имеет значения — важен лишь образ, в который готовы поверить окружающие. Эта идея раскрывается через цепь абсурдных ситуаций, превращающих биографическую легенду в сатирическую комедию.
Как работает абсурд
- Иерархия признания
Настоящий Наполеон (Иэн Холм) демонстрирует знаки власти: вспоминает битвы, показывает портрет сына, требует аудиенции. Всё напрасно — его принимают за сумасшедшего.
Фальшивый Наполеон (Эжен Ленорман) ничего не доказывает — он уже император, потому что:
сидит в «правильном» месте (остров Святой Елены);
носит «правильную» одежду;
говорит с нужной интонацией («Я устал. Оставьте меня»).
Вывод: власть — это декорация, а не сущность. - Эффект толпы
В приюте для умалишённых Наполеон сталкивается с пятью «коллегами». Каждый из них уверен в своём праве на трон, и их уверенность заразительна.
Даже доктор Ламберт играет в эту игру: он не опровергает «императоров», а коллекционирует их бредни.
Сатира: общество само создаёт мифы — и само в них верит. - Бюрократический абсурд
Чтобы доказать свою личность, Наполеон должен пройти через формальности: справки, свидетельства, аудиенции. Но система не распознаёт «живого» императора — она работает только с шаблонами.
Пример: когда он требует встречи с королём, чиновник отвечает: «Ваше заявление зарегистрировано. Ожидайте ответа в течение 30 дней».
Парадокс: чем настойчивее Наполеон доказывает правду, тем сильнее выглядит безумцем.
Комические приёмы
- Зеркальные сцены:
Настоящий Наполеон умоляет признать его — фальшивый император лениво принимает почести.
В Париже Наполеон пытается говорить о стратегии — в это время Ленорман на острове «диктует» мемуары о победе при Аустерлице (которую он перепутал с пикником). - Язык как ловушка:
Наполеон использует архаичные обороты («Я повелеваю!»), но в новом мире это звучит как бред.
Ленорман копирует его жесты, но добавляет просторечные фразы («А можно ещё варенья?»), что делает его «императорство» уютнее и потому — убедительнее. - Визуальный юмор:
Наполеон в матросской робе пытается принять «императорскую» позу — получается карикатура.
Ленорман в халате валяется на диване, а слуги шепчут: «Он отдыхает после великих трудов».
Философский подтекст
Фильм обыгрывает идею, восходящую к сказке Андерсена «Новое платье короля»:
- Власть существует, пока в неё верят. Ленорман — идеальный император, потому что не спорит с мифом.
- Подлинность обесценена. Наполеон думает, что его победы и кровь — доказательство права на трон. Но миру нужны не факты, а история, которую удобно рассказывать.
- Абсурд как освобождение. В финале Наполеон отказывается от борьбы: он выбирает любовь и анонимность. Это не поражение, а осознанный уход из игры, где правила заведомо против него.
Почему это смешно?
- Контраст ожиданий и реальности: зритель ждёт героического возвращения — получает комичное блуждание по приютам.
- Универсальность ситуации: каждый сталкивался с бюрократической слепотой или «авторитетами по должности», а не по сути.
- Ирония над культом личности: даже великий человек становится шутом, если его роль играет кто‑то другой.
«Новое платье императора» показывает, что история — это не хроника событий, а спектакль, где актёры и зрители вместе решают, кто король, а кто — шут. И иногда самый смешной персонаж — тот, кто всерьёз верит в свою корону.
Или вот сцена в книжном магазине.
(Наполеон бродит между стеллажей, разглядывает книги. Продавец, заметив его интерес к разделу мемуаров, спешит на помощь.)
Продавец :
— Ах, мсье! Новейшее издание — «Мемуары Наполеона Бонапарта», только что из типографии!
(Протягивает толстую книгу с золотым тиснением. Наполеон берёт её, взгляд цепляется за заголовок. На лице — смесь раздражения и недоумения.)
Наполеон (сухо):
— Это… не мои мемуары.
Продавец (улыбаясь, как будто слышит шутку):
— О, конечно, ваше величество! Но ведь это же официальное издание! Все цитаты выверены, все битвы описаны с точностью до минуты!
Наполеон (теряя терпение):
— Я говорю, что эти мемуары — фальшивка. Я не писал половины того, что тут напечатано.
Продавец ЧИТАЕТ:
«И тогда, глядя на своих солдат, я понял: империя — это не короны и троны. Империя — это люди, которые верят в тебя».
Наполеон (резко закрывает книгу):
— Это не я. Это выдумка.
Смысл сцены
- Ирония истории: подлинный Наполеон бессилен против мифа. Его слова переписаны, его образ стал товаром.
- Власть нарратива: даже если ты — тот самый человек, ты не можешь отменить версию, в которую люди хотят верить.
- Трагикомический финал: Наполеон осознаёт, что его «я» больше не принадлежит ему. Он — персонаж книги, а не автор своей судьбы.
Фишка: сцена обыгрывает идею, что история пишется не участниками, а рассказчиками. И иногда рассказ получается красивее правды.
Символический финал
Похороны Ленормана в Соборе инвалидов — это апофеоз мифа. Вот что он символизирует:
- История пишется победителями — даже если победитель случайно оказался на троне.
- Память избирательна. Люди помнят не то, что было, а то, во что им хочется верить.
- Власть — это спектакль. Главное не быть, а казаться.
ТАКИМ ОБРАЗОМ, Ленорман умер не как матрос, а как император — и это самая горькая и смешная шутка фильма. Его могила в Соборе инвалидов становится памятником не человеку, а иллюзии. А настоящий Наполеон… Он просто уходит в закат, оставив миру легенду, которой никогда не был.
P/S Автор этой статьи была в Соборе инвалидов в Париже.Я шла туда, чтобы поклониться памяти человека, который сделал себя сам,оставаясь на позициях Льва Толстого, который формулирует ключевой критерий истинного величия: «Нет величия там, где нет простоты, добра и правды».