Интересно, что спор о том, кто первым открыл Антарктиду, возник лишь в середине прошлого века, когда началось активное освоение Ледового континента. Для отечественного читателя само понятие «спор» выглядит странно — какой такой спор, если даже школьники знают, что Антарктиду открыла экспедиция Беллинсгаузена и Лазарева в 1820 году?
Однако англичане уверены, что первыми были именно они. Главным аргументом против служит тот факт, что за год до Беллинсгаузена английский капитан Уильям Смит открыл Южные Шетландские острова, которые ныне географически относятся к Антарктиде. «Во всем мире дата открытия Америки Колумбом признается за 12 октября 1492 года, — спорят британские ученые. — Однако в этот день испанский мореплаватель открыл не сам континент, а всего лишь острова в составе Багамского архипелага».
Это верно, вот поэтому мировая географическая наука примирительно говорит: «Давайте не будем спорить, дело это бессмысленное. Антарктиду открыли коллективно».
Но одно дело открыть Антарктиду «дистанционно» — то есть наблюдать материк издалека. И совсем другое дело высадиться на берег. Удивительно, но первая такая зафиксированная высадка произошла через 75 лет после открытия материка Беллинсгаузеном и Лазаревым. Наверняка австралийские и новозеландские китобои в частном порядке и сходили на берег Антарктиды раньше, но сведений об этом не сохранилось.
Зато норвежский полярный исследователь Карстен Борхгревинк оформил свою высадку на каменистый берег мыса Адэр (3200 километров до Новой Зеландии) документально, по всем правилам — при свидетелях, которые ступили на материк вместе с ним. Это произошло 24 января 1895 года.
Австралийское китобойное судно взяло на борт небольшую команду ученых, которые должны были изучать паковые льды и поведение китов. Но вот китов они как раз не встретили, а льдов было хоть отбавляй. Удачно их миновав, судно «Антарктика» бросило якорь недалеко от мыса Адэр — крайней точки Земли Виктории, так как пристать ближе не представлялось возможным. На весельной лодке Борхгревинк и трое его помощников пристали к берегу континента, где норвежец собрал несколько образцов лишайников и оставил записку в жестяной банке, чтобы удостоверить свое достижение.
Через четыре года Борхгревинк вернулся на континент вновь, уже не на птичьих правах на чужом судне, а во главе экспедиции, поставившей своей целью зимовку в Антарктиде. И он успешно перезимовал, однако имя норвежца оказалось в тени экспедиций Скотта и Амундсена, про которые сегодня знают все.