Найти в Дзене

Ей сделали операцию на челюсти — 2300 лет назад. Кто были хирурги Алтая?

На плато Укок, где сходятся границы России, Казахстана, Монголии и Китая, лёд хранит не только тела, но и тайны. В 1994 году археологи раскопали курган №2 на могильнике Верх-Кальджин-II. Внутри — почти пусто. Ни золота, ни украшений, ни ритуальных сосудов. Только скелет женщины в парике, уложенной на правый бок, как будто она просто заснула. Но когда новосибирские учёные провели компьютерную томографию её черепа, они поняли: эта женщина пережила то, что считалось невозможным для её времени. Более 2300 лет назад — задолго до Гиппократа, до римских врачей, до первых медицинских школ — ей провели сложную хирургическую операцию на височно-нижнечелюстном суставе. Всё началось с травмы. Скорее всего, она упала с лошади — обычное дело для степных народов. Удар был настолько сильным, что головка нижней челюсти вышла из суставной ямки, порвав капсулу и связки. После такого человек не может нормально есть, говорить, даже открывать рот. Но её не оставили. Кто-то — возможно, шаман, возможно, лекар

На плато Укок, где сходятся границы России, Казахстана, Монголии и Китая, лёд хранит не только тела, но и тайны. В 1994 году археологи раскопали курган №2 на могильнике Верх-Кальджин-II. Внутри — почти пусто. Ни золота, ни украшений, ни ритуальных сосудов. Только скелет женщины в парике, уложенной на правый бок, как будто она просто заснула.

Но когда новосибирские учёные провели компьютерную томографию её черепа, они поняли: эта женщина пережила то, что считалось невозможным для её времени.

Более 2300 лет назад — задолго до Гиппократа, до римских врачей, до первых медицинских школ — ей провели сложную хирургическую операцию на височно-нижнечелюстном суставе.

Всё началось с травмы. Скорее всего, она упала с лошади — обычное дело для степных народов. Удар был настолько сильным, что головка нижней челюсти вышла из суставной ямки, порвав капсулу и связки. После такого человек не может нормально есть, говорить, даже открывать рот.

Но её не оставили. Кто-то — возможно, шаман, возможно, лекарь, возможно, целитель из рода — просверлил два отверстия: одно в височной кости, другое — в головке челюсти. Затем стянул их органической нитью — скорее всего, сухожилием или конским волосом. Это позволило зафиксировать сустав и восстановить подвижность.

И самое удивительное — она выжила. Признаки длительного жевания одной стороной челюсти говорят: после операции она прожила годы.

Это не случайность. Не примитивная попытка. Это — знание анатомии, умение работать с костью, понимание биомеханики. Всё это — у народа, который, по официальной версии, «ещё не вышел из бронзового века».

Пазырыкцы — культура раннего железного века (VI–III вв. до н.э.) — оставили после себя не только знаменитую «Принцессу Укока», но и десятки замороженных могил, где сохранились дерево, кожа, ткани, татуировки. Их тела покрыты сложными узорами, выполненные с точностью, которую не могут повторить современные мастера.

А теперь — ещё и следы хирургии.

Почему же об этом так мало говорят?

Потому что признать, что на Алтае 2300 лет назад существовала медицинская школа, — значит признать: цивилизация развивалась не только в Египте, Греции или Китае. Она возникала везде, где люди учились слушать тело, читать природу и помогать друг другу — даже когда мир вокруг казался диким.

Женщина из кургана №2 не оставила имени. Но её челюсть — молчаливое свидетельство того, что медицина началась не в городах, а в степях.

Если тебе интересны такие истории — подписывайся на канал Чердак мировой истории. Здесь мы не ждём, пока наука назовёт это «аномалией». Мы ищем тех, кто знал — задолго до нас.