Даже название этой пластинки выглядит как символическое провозглашение нового стиля. «Рождение кула» — именно с этого новаторского диска принято отсчитывать историю кул-джаза. Богатые, многослойные созвучия «Birth of the Cool» повлияли на гармонический язык импровизированной оркестровой музыки. И стоял за всем этим неутомимый экспериментатор Майлз Дэвис.
- Доступна премиум-подписка! За символическую плату 199 рублей вы можете поддержать канал и получить доступ к эксклюзивному контенту.
В конце 1940-х Майлз Дэвис играл на трубе в квинтете Чарли Паркера в Нью-Йорке. Хотя он и пребывал в восторге от гениальности своего кумира по прозвищу Птаха, Майлз чувствовал дискомфорт от ощущения, что он менее виртуозно владеет своим инструментом по сравнению со своим боссом.
Стандарты стиля бибоп задавал трубач Диззи Гиллеспи — бывший партнёр Паркера, которого Майлз боготворил, но чью атаку, скорость и диапазон он не мог превзойти. Кроме того, ему надоела структура «тема-соло-тема», характерная для бибопа, и он внимательно прислушивался к смелым, нетрадиционным аранжировкам Гила Эванса, сделанным для оркестра Клода Торнхилла.
Гил Эванс был своего рода наставником для нью-йоркской группы молодых музыкантов (включая саксофониста Джерри Маллигана, пианиста Джона Льюиса и трубача Джона Каризи). Когда он обратился к Майлзу Дэвису с просьбой разрешить ему аранжировать мелодию «Донна Ли», Дэвис стал вхож в кружок музыкантов-энтузиастов, которые собирались в квартире Гила на Манхэттене, чтобы теоретизировать и экспериментировать.
Понимая, что идеи Эванса идеально подходят для музыки, которую он планировал играть, Майлз, по выражению Маллигана, взял в руку кнут. Трубач собрал группу из девяти музыкантов с необычным набором инструментов, среди которых были баритон-сакс, валторна и туба. Отказ от тенора-саксофона, который считался обязательным в джазе, был для того времени весьма необычным решением.
Майлз организовал репетиции, получил приглашение на концерт в клубе «Ройал Руст» и, что особенно важно, добился того, чтобы лейбл Capitol Records, не особенно благосклонный к джазу, записала группу в студии.
Двенадцать композиций были записаны в течение трёх сессий, растянувшихся на восемнадцать месяцев в период с 1949 по 1950 год. В 1998 году на радость меломанам вышел альбом «The Complete Birth of the Cool», ремастированный легендарным звукоинженером Руди Ван Гелдером и собравший на одном диске все студийные и концертные записи коллектива.
Выпущенные в виде синглов и собранные в альбом «Birth of the Cool» в 1957 году, оригинальные инструментальные композиции (плюс одна с вокалом) поражали воображение органичным сочетанием заранее рассудочности и спонтанности.
Хитрые гармонии, поддерживаемые тубой и валторной, переходят в плавные соло Дэвиса и 19-летнего альтиста Ли Коница. Среди шедевров — бодрая «Venus De Milo» Маллигана, минорный блюз «Israel» и загадочная «Moon Dreams» Гила Эванса. Это был совместный труд, в котором Майлз Дэвис выступил в роли катализатора, собравшего всех вместе.
Хотя группа просуществовала всего несколько месяцев, её записи оказали колоссальное влияние на оркестровый джаз и всё движение кул Западного побережья — сдержанную, интеллектуальную, «прохладную» музыку, исполняемую в основном белыми музыкантами, от которых Дэвис поспешил дистанцироваться.
Это был первый из нескольких случаев в последующие 30 лет, когда проекты Майлза Дэвиса оказали глубокое влияние на развитие джаза. Камерный ансамбль с облегчённым, хрупким звучанием на основе полиритмии резко контрастировал с экспрессивным стилем бибоп. Скептики поставили вопрос: а джаз ли это вообще? Уж очень похоже на академические упражнения какого-нибудь композитора-импрессиониста!
Спасибо за подписку, лайк и комментарий! Отдельная благодарность тем, кто присылает донаты. Ваша поддержка очень ценна!