Фантастический рассказ
Пролог
Глубоко под Уральскими горами, там, где даже эхо забывает дорогу назад, раскинулся «Объект‑714» — секретная лаборатория, чьё существование было вычеркнуто из всех архивов. Стены из армированного бетона толщиной в три метра поглощали любой звук, а многоуровневые системы защиты делали это место неприступным для посторонних.
В центральном зале, под массивным куполом из бронированного стекла, покоился реактор «Аврора» — чудо инженерной мысли, плод двадцатилетних изысканий. Его корпус, собранный из сегментов полированного титана, мерцал в приглушённом свете аварийных ламп.
Доктор Игорь Валерьевич Романов стоял перед пультом управления, пальцы его непроизвольно сжимались и разжимались. На запястье тикали старинные карманные часы — подарок деда, пережившие блокаду Ленинграда. Каждый их щелчок отзывался в груди глухим эхом.
— Всё готово к запуску, — раздался за спиной спокойный голос лейтенанта Морозова. Командир спецподразделения «Стальной щит» выглядел невозмутимым, но Романов знал: за этой маской скрывается напряжение. — Экипаж в полной боевой готовности. Боеприпасы проверены, скафандры герметичны, резервные системы активированы.
Романов медленно повернулся. В глазах лейтенанта читалась не просто готовность — там горел огонь человека, привыкшего смотреть в лицо смерти. За спиной Морозова выстроились десять бойцов в серо‑стальных бронекостюмах с матовыми визорами. Каждый — живая легенда спецназа, каждый — прошедший через огонь и воду.
— Вы понимаете, что это может быть последний эксперимент? — тихо спросил Романов. — Если гравитационные поля не синхронизируются, нас разорвёт на кванты.
— Мы подписали бумаги, — коротко ответил Морозов. — Наука важнее личных страхов.
Романов кивнул. Пальцы легли на рубиновую кнопку запуска. Где‑то в глубине души шевельнулось предчувствие — холодное, как лёд. Но пути назад уже не было.
Глава 1. Первый скачок
Реактор загудел, словно пробудившийся дракон. Низкочастотный рокот проникал в кости, заставляя зубы ныть. Индикаторы на пульте вспыхнули алым, стрелки приборов задрожали, приближаясь к красной зоне. Воздух наполнился запахом озона и раскалённого металла.
— Запуск! — скомандовал Романов, вдавливая кнопку.
Вспышка. Оглушительный хлопок, будто сама реальность треснула по швам. Мир рассыпался на фрагменты — цвета, звуки, ощущения смешались в безумный калейдоскоп. Романов почувствовал, как его тело теряет форму, растворяется в вихре энергий.
Когда зрение вернулось, он лежал на чём‑то твёрдом и холодном. В ноздри ударил запах машинного масла, угля и чего‑то едкого, напоминающего серу.
— Что за чертовщина? — прохрипел сержант Громов, с трудом поднимаясь. Его бронекостюм покрылся слоем серой пыли.
Романов огляделся. Они находились посреди гигантской площади, окружённой зданиями из чугуна и стекла. Архитектурный стиль напоминал викторианскую эпоху, но с пугающими технологическими вкраплениями: из стен торчали паровые клапаны, по трубам струился белёсый пар, а в воздухе висели дирижабли с символикой крылатого колеса.
— Мы в альтернативной реальности, — тихо сказал Романов, доставая портативный анализатор. Экран мигнул, выдавая данные: атмосфера — 22 % кислорода, 76 % азота, следы аргона и неизвестного газа X‑7. — Судя по архитектуре — мир на стыке стимпанка и дизельпанка. Паровые машины, но уже есть элементы электричества. Обратите внимание на провода, тянущиеся между зданиями.
Лейтенант Морозов поднял руку, подавая сигнал к молчанию. Из‑за угла ближайшего здания донёсся скрежет металла и гулкие шаги. Через мгновение на площадь выкатился паровой экипаж — громоздкая конструкция на четырёх колёсах с дымящей трубой и кабиной из бронированного стекла.
— Всем внимание! — скомандовал Морозов. — Держим строй. Романов, дайте координаты для возврата.
Учёный покачал головой, глядя на разбитый анализатор:
— Реактор дестабилизирован. Мы не можем вернуться, пока не найдём источник энергии для калибровки. Судя по остаточным показателям, нам нужен аналог квантового генератора — что‑то, способное выдать импульс не менее 10 000 тераватт.
— И где мы его возьмём в этом безумном городе? — пробормотал один из бойцов, осматривая автомат.
— Не знаю, — честно ответил Романов. — Но если не найдём — застрянем здесь навсегда.
Глава 2. Город шестерёнок
Город жил своей жизнью — шумной, хаотичной, пугающе незнакомой. По улицам катили экипажи на паровых двигателях, из труб поднимался густой дым, а в небе плыли дирижабли, оставляя за собой шлейфы серого тумана. Здания, построенные из чугуна и закалённого стекла, тянулись ввысь на сотни метров, их фасады украшали барельефы с изображением шестерёнок и молний.
Группа двинулась к центральному шпилю — самой высокой башне, откуда, по расчётам Романова, можно было провести сканирование аномалий. Путь лежал через узкие переулки, заваленные ящиками и ржавыми деталями машин. В воздухе висел запах горячего металла и чего‑то сладковатого, напоминающего жжёный сахар.
На полпути их окружили. Из‑за углов вышли фигуры в кожаных плащах и металлических масках, скрывающих лица. В руках — оружие, напоминающее гибрид револьвера и парового ружья: массивные стволы, соединённые с медными баллонами, из которых со свистом вырывался пар.
— Стоять! — прогремел голос из‑под маски. — Вы нарушили границы сектора 5. Кто вы?
Морозов шагнул вперёд, подняв руки:
— Мы не враги. Нам нужна помощь. Мы из другого мира.
Фигура замерла. Медленно, с протяжным скрипом, сняла маску. Под ней оказалось лицо пожилого мужчины с седыми усами и пронзительными голубыми глазами. Его кожа была испещрена шрамами, а на шее виднелся металлический имплантат, пульсирующий тусклым светом.
— Другой мир, значит? — усмехнулся он, оглядывая группу. — Что ж, бывает. Я — Август фон Райх, глава городского совета. Если говорите правду, вам лучше пойти со мной. Но предупреждаю: в этом городе доверие — роскошь. Докажите, что вы не шпионы «Чёрного колеса».
Романов шагнул вперёд, протягивая разбитый анализатор:
— Мы учёные. Наш аппарат сломался при переходе между мирами. Нам нужен источник энергии, чтобы вернуться домой.
Фон Райх прищурился, изучая устройство:
— Интересная конструкция. Не из наших технологий. Ладно. Поговорим в безопасном месте. Но если попытаетесь обмануть — мои люди стреляют быстрее, чем вы успеете моргнуть.
Глава 3. Тайны «Авроры»
Кабинет фон Райха располагался в башне из чёрного гранита, увенчанной шпилем с вращающимся символом крылатого колеса. Внутри — хаос из книг, чертежей и работающих механизмов. По стенам ползли паровые трубы, из которых время от времени вырывались клубы дыма, а в углу стоял массивный стол из полированного дуба, заваленный бумагами.
Романов рассказал всё: о проекте «Хронос», о десятилетних исследованиях, о попытке прорвать барьер между мирами. Фон Райх слушал, не перебивая, лишь изредка постукивая пальцами по столу. Его глаза, острые и внимательные, словно сканировали каждого из присутствующих.
— Вы говорите о параллельных мирах, — наконец произнёс он, поднимаясь. — У нас есть легенды о «вратах», но никто не верил, что они реальны. В архивах есть упоминания о «пришельцах из иного эфира», но их считали мифами.
— Они реальны, — подтвердил Романов, выкладывая на стол голографическую схему реактора «Аврора». Изображение замерцало, проецируя трёхмерную модель. — Но наш реактор повредился при переходе. Нам нужен источник энергии, чтобы вернуться. Что‑то с мощностью не ниже 10 000 тераватт.
Фон Райх задумался, затем достал из сейфа старинный свиток, покрытый пылью веков. Развернув его, он указал на карту с отметками:
— В горах к северу есть заброшенная станция. Говорят, там до сих пор работает древний генератор. Он был построен ещё до Великого Разлома, когда наши предки пытались объединить миры. Но путь туда опасен — территория контролируется «Чёрным колесом», бандой наёмников. Они убивают всех, кто приближается.
Морозов переглянулся с бойцами. В их глазах читалась решимость.
— Мы справимся, — сказал лейтенант. — Дайте нам карту и любую информацию о противнике.
Фон Райх кивнул, сворачивая свиток:
— Я дам вам проводника. Его зовут Эрих. Он знает тропы лучше любого картографа. Но предупреждаю: если не вернётесь через трое суток, я сочту вас погибшими. В этом мире милосердие — роскошь, которую мы не можем себе позволить.
Глава 4. Битва за генератор
Путь к станции лежал через промзону — лабиринт из ржавых труб, полуразрушенных цехов и штабелей металлических обломков. Воздух был насыщен паром, а вдалеке раздавались глухие удары молотов и свист выпускаемого под давлением газа.
— Прикрыть фланги! — скомандовал Морозов, активируя режим ночного видения на визоре.
Группа продвигалась перебежками, используя в качестве укрытий остатки станков и опрокинутые вагонетки. Романов шёл в центре, сжимая в руках портативный сканер — тот мигал тревожным красным, фиксируя множественные источники тепла впереди.
— Не меньше двадцати целей, — прошептал учёный. — Вооружены тяжёлым оружием. Похоже на паровые карабины с разрывными снарядами.
— Значит, работаем тихо, — ответил Морозов. — Громов, Зайцев — вперёд. Проверьте левый проход.
Сержант Громов и рядовой Зайцев скользнули в тень, их бронекостюмы сливались с ржавым металлом. Через минуту раздался едва слышный сигнал — путь свободен.
Засада
Они почти достигли центра промзоны, когда из‑за гигантского парового котла выскочили фигуры в бронированных плащах. Один из наёмников взмахнул цепным мечом — лезвие засвистело в воздухе, рассекая туман.
— Засада! — крикнул Громов, открывая огонь.
Короткие очереди разорвали тишину. Паровые карабины наёмников ответили залпом — снаряды врезались в металл, высекая искры и клубы пара. Бойцы «Стального щита» рассредоточились, используя укрытия.
Морозов перекатился за опрокинутый пресс, выцеливая противника. Выстрел — один наёмник рухнул, его маска разлетелась на осколки. Ещё выстрел — второй схватился за простреленную руку, выронив оружие.
Но врагов было слишком много. Из боковых проходов выдвигались новые отряды, их маски светились тусклым зелёным светом — признак имплантов «Чёрного колеса».
— Они нас окружают! — доложил Зайцев, меняя магазин.
Романов прижался к стене, лихорадочно изучая показания сканера.
— Есть идея! — крикнул он. — Зайцев, Громов — к трубам на потолке! Перекройте клапаны!
Аварийная система
Бойцы рванули к массивным паровым трубам, тянущимся над цехом. Зайцев выстрелил в запорный механизм — металл вскрикнул, и из пробоины хлынул обжигающий пар. Температура в помещении резко подскочила, видимость упала до нуля.
Наёмники замешкались, их маски запотевали. В этот момент Морозов дал команду к атаке. Спецназовцы рванулись вперёд, используя дымовую завесу.
Громов сбил с ног гиганта в броне, его кулак врезался в грудную пластину с глухим звоном. Зайцев, перепрыгнув через опрокинутую тележку, всадил приклад в лицо другому противнику.
Романов, пригнувшись, добрался до пульта управления — ржавая панель с рычагами и манометрами. Пальцы забегали по кнопкам, выискивая нужный переключатель.
— Три минуты до активации аварийной системы! — выкрикнул он.
С потолка с грохотом обрушились стальные балки, перекрывая путь противникам. В стенах зашипели скрытые механизмы — цех превращался в ловушку.
Прорыв к генератору
Сквозь пар и дым группа добралась до центральной камеры. В её центре стоял генератор — исполинская конструкция из медных катушек и вращающихся маховиков. Его поверхность пульсировала голубым свечением, а в воздухе витал запах озона.
— Это он! — воскликнул Романов, подключая кабели от портативного реактора. — Нужно две минуты на синхронизацию!
Но в этот момент двери камеры распахнулись. В зал ворвались наёмники во главе с гигантом в броне, лицо которого скрывала маска из воронёной стали. Его голос, усиленный резонатором, прогремел:
— Вы не уйдёте. «Чёрное колесо» не прощает вторжений.
Морозов поднял автомат, но гигант взмахнул рукой — из его перчатки вырвался поток пара, сбивая бойцов с ног.
— У нас нет времени на переговоры, — холодно произнёс лейтенант, поднимаясь. — За «Стальной щит»!
Последняя схватка
Началась финальная схватка. Громов, используя дымовую шашку, отвлёк внимание, а Морозов в прыжке ударил гиганта прикладом. Металл заскрежетал, но противник устоял.
Зайцев, прицелившись, выстрелил в сочленение брони — гигант пошатнулся, из‑под маски вырвался хрип. В этот момент Романов нажал кнопку на пульте.
Генератор взвыл, заполняя помещение ослепительным светом. Кабели заискрили, реактор задрожал.
— Синхронизация на 90 %! — крикнул Романов. — Ещё немного!
Гигант, собрав последние силы, рванулся вперёд, но Громов перехватил его удар, всаживая нож в щель брони. С глухим стоном противник рухнул.
— 100 %! Запуск! — объявил Романов.
Вспышка. Тишина.
Глава 5. Возвращение
Они очнулись на холодном бетонном полу лаборатории. Реактор «Аврора» был разрушен — его титановый корпус треснул, из щелей сочился белёсый дым. В воздухе витал запах гари и озона.
— Мы вернулись, — прошептал Романов, глядя на свои дрожащие руки. Карманные часы на его запястье остановились — стрелки замерли на 3:17.
Морозов поднялся, оглядываясь. Знакомые стены «Объекта‑714» выглядели чужими — будто покрылись невидимой пылью иного мира. Он подошёл к окну. За ним расстилались уральские горы, окутанные предрассветным туманом.
— Но что‑то изменилось, — сказал он, проводя рукой по стеклу. — Чувствуете?
Романов подошёл ближе. Вдалеке, на горизонте, мелькнул силуэт дирижабля — массивной конструкции из чугуна и стекла, с вращающимися винтами и символом крылатого колеса на борту.
— Он не должен быть здесь, — прошептал учёный. — Это… это же из того мира!
Зайцев, проверяя автомат, тихо произнёс:
— Похоже, мы не просто вернулись. Мы принесли что‑то с собой.
В этот момент за их спинами раздался скрежет металла. Все обернулись. В углу, среди обломков реактора, мерцал голубой огонёк — крошечный разрыв в пространстве, пульсирующий, как живое сердце.
— Портал… — выдохнул Романов. — Он остался открытым.
Морозов сжал кулак:
— Значит, история только начинается.
Эпилог
Через три дня «Объект‑714» был закрыт. Официальные доклады гласили: «Аварийный запуск экспериментального реактора. Потери — минимальные. Угроза ликвидирована».
Но в секретных архивах появилась новая папка с грифом «Особой важности». Внутри — фотографии дирижабля над Уралом, записи сканера о аномальной активности и единственный уцелевший фрагмент генератора из иного мира.
Романов сидел в своём кабинете, разглядывая этот обломок. Металл переливался всеми оттенками синего, а внутри, казалось, текла живая энергия.
— Что теперь? — спросил Морозов, входя без стука.
— Теперь мы готовимся, — ответил учёный, поднимая глаза. — Они придут за этим. И нам нужно быть готовыми.
За окном, в вышине, вновь мелькнул силуэт дирижабля.
Глава 6. Тени прошлого
Три недели спустя Романов сидел в полутёмном кабинете, заваленном отчётами и схемами. На столе мерцал обломок генератора из иного мира — металл переливался, будто внутри текла живая энергия. Учёный провёл рукой над поверхностью: воздух задрожал, образуя едва заметные вихри.
— Он реагирует на мысли, — пробормотал Романов. — Или на эмоции. Не могу понять механизм.
В дверь постучали. Вошёл Морозов — в гражданской одежде, но с той же стальной выправкой. В руках — папка с грифом «Совершенно секретно».
— Новости, — коротко бросил он, бросая документы на стол. — За последнюю неделю зафиксировано семь аномалий. Дирижабли появляются над Уралом, исчезают через минуты. В лесах — следы пара, будто кто‑то оставил работающие котлы. А вчера…
Он замолчал, доставая фотографию. На снимке — размытый силуэт человека в кожаном плаще и металлической маске. Фон — заводские трубы, окутанные туманом.
— Это один из них, — прошептал Романов. — Наёмник «Чёрного колеса». Но как он здесь? Портал был закрыт!
— Не полностью, — Морозов указал на обломок генератора. — Эта штука — якорь. Она держит связь между мирами. И кто‑то использует её, чтобы просачиваться сюда.
Секретная встреча
На следующий день они встретились с фон Райхом. Тот появился неожиданно — через служебный вход лаборатории, в сопровождении двух молчаливых фигур в плащах. Его лицо было бледнее обычного, а имплантат на шее пульсировал тревожным красным.
— Вы не уничтожили портал, — сказал он без предисловий. — И теперь «Чёрное колесо» знает, где искать.
— Мы пытались! — возразил Романов. — Реактор разрушен, синхронизация нарушена…
— Но якорь остался, — перебил фон Райх, указывая на обломок. — В моём мире есть те, кто мечтает захватить эту технологию. Они пойдут на всё, чтобы забрать её.
Морозов сжал кулаки:
— Кто именно?
— Барон фон Штайн. Глава «Чёрного колеса». Он верит, что с помощью вашего реактора сможет объединить миры под своим началом. И если он добьётся успеха…
Фон Райх не договорил. В этот момент за окнами раздался гул. Все бросились к мониторам. На экранах — три дирижабля, снижающиеся над территорией «Объекта‑714».
Глава 7. Атака
Сирена взвыла, разрывая тишину. По коридорам забегали сотрудники, хлопали двери бронированных отсеков. Морозов схватил автомат, брошенный на стул.
— Всем в укрытие! — крикнул он в рацию. — Активировать систему «Щит»!
Но система не сработала. Мониторы погасли, лампы замигали. Кто‑то отключил питание.
— Они внутри, — прошипел Романов, глядя на датчики движения. — Не меньше двадцати целей. Идут с трёх направлений.
Бой в коридорах
Первый отряд наёмников ворвался через южный вход. Их маски светились зелёным, в руках — паровые карабины и цепные мечи. Бойцы «Стального щита» встретили их огнём.
Громов, укрывшись за перевернутым столом, выпустил очередь. Один из противников рухнул, его маска разлетелась на осколки. Другой, используя пар из повреждённого трубопровода, создал дымовую завесу и бросился в атаку.
— Зайцев, прикрывай! — крикнул Морозов, перекатываясь к стене.
Рядовой Зайцев выстрелил в трубопровод над головой наёмника. Металл вскрикнул, и кипящий пар обжёг противника. Тот закричал, падая.
Но их было слишком много. Из боковых коридоров выдвигались новые отряды, их шаги отдавались гулким эхом.
Охота за якорем
Романов бежал к хранилищу, где лежал обломок генератора. В ушах стучала кровь, а в голове билась одна мысль: «Если они заберут его — всё пропало».
Дверь хранилища была взломана. Внутри — двое в плащах, один уже держал якорь в руках.
— Стойте! — выкрикнул Романов, вскидывая пистолет.
Один из наёмников обернулся. Его маска треснула, обнажая лицо с шрамом через всё лицо.
— Слишком поздно, учёный, — прохрипел он. — Барон ждёт.
Из его перчатки вырвался поток пара, сбивая Романова с ног. Учёный ударился головой о стену, в глазах потемнело.
В этот момент в хранилище ворвался Морозов.
— Брось! — рявкнул он, целясь в наёмника.
Тот усмехнулся, но вдруг замер. За его спиной стоял фон Райх. В руке — тонкий стилет, сверкающий голубым светом.
— Прости, друг, — тихо сказал фон Райх и вонзил клинок в спину наёмника.
Второй попытался бежать, но Громов сбил его с ног. Якорь выпал из рук, заскользив по полу.
Глава 8. Решение
Они собрались в уцелевшем отсеке. Якорь лежал на столе, его свет стал тусклее.
— Его нужно уничтожить, — сказал Романов, проводя рукой по поверхности. — Иначе «Чёрное колесо» не остановится.
— Но это ключ к пониманию межпространственных переходов, — возразил фон Райх. — Мы можем использовать его для защиты.
— Или для войны, — перебил Морозов. — Если барон фон Штайн доберётся до него, он превратит оба мира в поле боя.
Молчание. Каждый понимал: выбор будет стоить дорого.
Последний эксперимент
Романов разработал план. Используя остатки реактора «Аврора», они создадут направленный импульс, который разорвёт связь якоря с параллельным миром. Но для этого нужно:
- Восстановить энергопитание.
- Перепрограммировать уцелевшие модули.
- Активировать систему вручную — это смертельно опасно.
— Я сделаю это, — сказал Романов. — Это мой проект. Моя ответственность.
— Нет, — Морозов положил руку на плечо учёного. — Мы сделаем это вместе.
Финальная активация
Они спустились в разрушенный зал реактора. Вокруг — обломки, искрящие провода, запах гари. Романов подключил кабели к якорю, пальцы дрожали.
— Три минуты до запуска, — сообщил он.
Внезапно двери захлопнулись. На мониторах — силуэт фон Райха. Его голос раздался из динамиков:
— Простите. Но барон обещал вернуть мою семью. Я не мог отказаться.
— Ты предатель! — крикнул Морозов, пытаясь открыть дверь.
— Я делаю то, что должен, — ответил фон Райх. — Якорь нужен ему. А мне — жизнь моих детей.
Взрыв
Время замедлилось. Романов посмотрел на Морозова, затем на якорь.
— Есть другой способ, — прошептал он. — Но он унесёт нас обоих.
— Давай, — кивнул Морозов.
Учёный перепрограммировал систему. Вместо направленного импульса — полный разряд. Энергия якоря и остатков реактора сольётся в единый взрыв, разорвав связь навсегда.
— Две секунды, — сказал Романов.
— Одна, — добавил Морозов.
Вспышка.
Эпилог. Новый горизонт
Когда свет погас, они стояли посреди чистого поля. Над головой — незнакомое небо с двумя лунами. Вдали — силуэты паровых башен.
— Где мы? — спросил Морозов, оглядываясь.
— В другом мире, — ответил Романов, поднимая глаза. — Но это не тот, откуда мы пришли.
На горизонте показался дирижабль. На его борту — символ крылатого колеса, но другой: не «Чёрного колеса», а чего‑то… нового.
— Значит, история не закончилась, — усмехнулся Морозов, проверяя автомат. — Просто началась заново.
Романов кивнул. В его руке лежал уцелевший фрагмент якоря — теперь уже бесполезный, но хранящий память о выборе.