Иногда ловлю себя на странной мысли: мы так много всего боимся — ошибок, бедности, осуждения, одиночества — но если смотреть честно, в конце нас просто не станет. Без финальных титров. Без выводов. Без «ты всё понял правильно».
И тогда возникает вопрос, от которого немного не по себе: а имеют ли вообще смысл все эти страхи?
Мы боимся сказать лишнее, хотя через несколько десятков лет никто не вспомнит ни наш голос, ни наши слова. Боимся выбрать «не ту» работу, хотя большинство людей и так проживает жизнь, не зная, какой выбор был «тем самым».
Мы ведём себя осторожно, будто жизнь — это хрупкий фарфор. Но парадокс в том, что она всё равно разобьётся. Рано или поздно. Тогда зачем страх?
Можно сказать: страх защищает. Он помогает выживать, не прыгать под машины и не лезть в заведомую пропасть. С этим сложно спорить.
Но большая часть наших страхов — не про выживание. Они про мнение, оценку, сравнение. Про то, как мы выглядим в чужих глазах, которые тоже когда-нибудь закроются навсегда.
И вот тут становится неловко. Потому что выходит, что мы тратим ограниченное время на переживания, которые не имеют продолжения.
Не в смысле «всё бессмысленно, можно лечь и ничего не делать». А в другом, более опасном смысле: если всё заканчивается, то почему мы живём так, будто у нас вечность на осторожность?
Возможно, страхи имеют смысл ровно до того момента, пока они не начинают управлять жизнью вместо нас. А дальше — это уже не защита. Это отсроченная жизнь.
Иногда мне кажется, что самый честный вопрос не «чего я боюсь?», а «что я откладываю из-за этого страха?»
И если ответ — «жизнь», то, возможно, страх слишком дорогой.
А ты как думаешь: имеют ли смысл страхи, если в конце всё равно будет тишина? Или именно поэтому стоит бояться меньше?
