Найти в Дзене
ЖКХ от первого лица

Кредитов не будет — и алиментов тоже: почему новую инициативу приставы назовут своей победой, а дети её не почувствуют

Снова предлагают не в пользу простых людей. Пока матери в одиночку тянут детей на крошечные алименты, а отцы скрывают доходы, политики предлагают красивое, но пустое решение — запретить должникам по алиментам брать кредиты. Звучит жёстко. Но поможет ли это детям? Скорее всего, нет. Коротко: ЛДПР предлагает ввести для злостных неплательщиков алиментов запрет на открытие банковских счетов и получение кредитов. На бумаге — суровая кара. На деле — очередной фиктивный ход, который не решит главной проблемы. Что случилось на самом деле? Леонид Слуцкий заявил, что существующий реестр должников — лишь «информационный ресурс», не создающий реальных препятствий. Он предлагает добавить «ощутимые правовые ограничения» — заблокировать доступ к банковским услугам. А теперь человеческий перевод: «Мы много лет не можем заставить приставов эффективно работать и находить реальные доходы должников. Вместо того чтобы чинить сломанную систему исполнения, мы предлагаем громкий, но бессмысленный запрет. Что

Снова предлагают не в пользу простых людей. Пока матери в одиночку тянут детей на крошечные алименты, а отцы скрывают доходы, политики предлагают красивое, но пустое решение — запретить должникам по алиментам брать кредиты. Звучит жёстко. Но поможет ли это детям? Скорее всего, нет.

Коротко: ЛДПР предлагает ввести для злостных неплательщиков алиментов запрет на открытие банковских счетов и получение кредитов. На бумаге — суровая кара. На деле — очередной фиктивный ход, который не решит главной проблемы.

Что случилось на самом деле?

Леонид Слуцкий заявил, что существующий реестр должников — лишь «информационный ресурс», не создающий реальных препятствий. Он предлагает добавить «ощутимые правовые ограничения» — заблокировать доступ к банковским услугам.

А теперь человеческий перевод: «Мы много лет не можем заставить приставов эффективно работать и находить реальные доходы должников. Вместо того чтобы чинить сломанную систему исполнения, мы предлагаем громкий, но бессмысленный запрет. Чтобы выглядело, будто мы «за детей». А по факту — очередная имитация бурной деятельности».

Разбираем подвох по косточкам. Чем это грозит на самом деле?

  1. Это ударит не по «злостным», а по самым беззащитным.
    Настоящий злостный неплательщик давно живёт в серой зоне: получает деньги наличными, оформляет имущество на родственников, использует чужие карты. Запрет на кредиты для него — пустой звук. А вот отец, который временно потерял работу и накопил долг, но хочет взять кредит, чтобы рассчитаться,
    окажется в полной ловушке. Ему перекроют последний законный способ выправить положение.
  2. Это даст приставам новый повод ничего не делать.
    Вместо кропотливой работы: поиска счетов, оформления зарплатных проектов, розыска имущества — у приставов появится простой и красивый отчётный инструмент. «Мы ему запретили кредиты, всё, работа сделана». А ребёнок по-прежнему не получит ни копейки.
    Систему накажут, а детей снова обманут.
  3. Это создаст порочный круг бедности.
    Человек без доступа к кредитам не сможет купить машину, чтобы ездить на работу в другой район. Не сможет взять заём на срочное лечение или образование, чтобы повысить доход и… наконец-то платить алименты.
    Запреты не создают деньги. Они только загоняют людей в угол, из которого ещё сложнее выполнить обязательства.

А нам с этим жить. История из жизни.

«Он уже три года как в реестре, — рассказывает Анна из Екатеринбурга, мать двоих детей. — Приставы разводят руками: «Работы нет, машин нет, счетов нет». А я вижу в соцсетях, как он отдыхает в Сочи. Как запрет на кредит помешает ему? Он и так всё через брата оформляет. А мне нужно, чтобы он просто платил, а не чтобы его где-то наказывали для галочки».

Вот она, суть. Проблема не в отсутствии запретов. Проблема — в тотальной неработоспособности системы принудительного взыскания, в коррупции и в отсутствии реального желания докапываться до истинных доходов.

Это вызывает вопросы.
Почему вместо цифровизации доходов и жёсткого наказания за сокрытие (вплоть до уголовного), предлагают полумеры?
Когда, наконец, начнут наказывать не только отцов, но и
нерадивых приставов, годами ведущих «мёртвые» исполнительные производства?
Неужели детям нужен не деньги, а красивые новости в СМИ о «жёстких мерах»?

Что делать, если инициатива станет законом?

  • Не обольщаться. Понимать, что это — ширма. Настоящая борьба за алименты по-прежнему будет лежать на плечах матерей: через адвокатов, жалобы на бездействие приставов, розыск имущества.
  • Давить на ФССП. Требовать от приставов реальной работы по каждому конкретному делу, а не отписки о внесении в реестр.
  • Голосовать кошельком. Проверять потенциального партнёра через реестр должников на госуслугах. Это, пожалуй, единственная реальная польза от всей этой истории.

Вывод.

Всё по закону. Всё под благородным лозунгом защиты детей. Но по сути — это популистская истерика, которая лишь создаёт видимость борьбы, оставляя корень проблемы нетронутым.

Это не нормально. Когда система десятилетиями не может заставить родителей содержать своих детей, она не имеет права ограничивать этих родителей в гражданских правах. Она должна научиться делать свою работу. А мы должны требовать от неё не новых запретов, а конкретных денег на детские счета. Всё остальное — просто спектакль.

Поставьте лайк и поддержите канал