Найти в Дзене
Дзынь-дзынь

Владимир Маяковский. «Хорошо!»

Произведение написано к десятилетию Октябрьской революции и имеет подзаголовок «Октябрьская поэма». Историческая, эпическая, даже документальная поэма, автор которой излагает события Октябрьской революции как участник и свидетель тех событий, ведь и встретил он ее в Смольном, в штабе восстания. Поэт черпает строки из реки по имени «Факт» и утверждает, что написанное – не вымысел: Это время гудит телеграфной струной, Это сердце с правдой вдвоем. Это было с бойцами, или страной, или в сердце было моем. Маяковский подробно пишет о штурме Зимнего, свержении Временного правительства, планах восставших, сбежавших министрах, залпах Петропавловки и «Авроры». Событие, о котором он рассказывает – эпохальное, день, который потряс мир, величайшее событие XX века. Еще один задокументированный факт: встреча Маяковского и Блока, футуриста и символиста у костра в петроградск

Произведение написано к десятилетию Октябрьской революции и имеет подзаголовок «Октябрьская поэма». Историческая, эпическая, даже документальная поэма, автор которой излагает события Октябрьской революции как участник и свидетель тех событий, ведь и встретил он ее в Смольном, в штабе восстания. Поэт черпает строки из реки по имени «Факт» и утверждает, что написанное – не вымысел:

Это время гудит
телеграфной струной,
Это сердце
с правдой вдвоем.
Это было с бойцами,
или страной,
или
в сердце
было моем.

Маяковский подробно пишет о штурме Зимнего, свержении Временного правительства, планах восставших, сбежавших министрах, залпах Петропавловки и «Авроры». Событие, о котором он рассказывает – эпохальное, день, который потряс мир, величайшее событие XX века. Еще один задокументированный факт: встреча Маяковского и Блока, футуриста и символиста у костра в петроградскую ночь. Как тут не вспомнить поэму «Двенадцать»? Только Маяковскому Христос являться не стал, он видит живых людей с песней.

Впереди еще много истории, и по большей степени трагичной. Бандитизм, сожженные вместе с библиотеками усадьбы, гражданская война, интервенция. Как выстояли, как превозмогли? С этой страной поэт голодал и мерз, не променяет ее ни на какие райские кущи и готов идти вместе с ней на жизнь, труд, праздник и на смерть.

Посреди
винтовок
и орудий голосища
Москва –
островком,
и мы на островке.
Мы – голодные,
мы – нищие,
с Лениным в башке
и с наганом в руке.

Редко-редко встретишь такое произведение, с обилием цитат, лозунгов, призывов, слоганов, звукоподражаний. Выражения настолько образные, что не требуют растолкований и разъяснений. Рваные, ступеньками строки? А как писать о грандиозных событиях? Да уж не онегинской строфой, и блоковские незнакомки ушли на дно, как обломки империи. Маяковский воспринимает поэзию как надежный инструмент и грозное оружие. В другом произведении он пишет:

Мой стих
трудом
громаду лет прорвет
и явится
весомо, грубо, зримо,
как в наши дни
вошел водопровод,
сработанный
еще рабами Рима.

Пророческие строки, действительно, стихи Маяковского дошли до нас через хребты веков и через головы поэтов и правительств.

Перечитано в рамках январского марафона «Открой школьную Вселенную» по произведениям Блока и Маяковского.