КОСТЮМ В АТОМЕ: РОМАН О ТОМ, ЧТО НОСИТ НАС
Пролог: Портной Вечности
Он не шил. Он — распарывал.
Его игла была сколком вечности, нить — лучом внимания.
Он работал в самом сердце Атома Созерцателя, в той точке, где узор бытия еще не определился, быть ли ему галактикой или мыслью.
Его звали Портной, и его задачей было создавать Костюмы Возможностей.
Не те костюмы, что шьют из ткани, а те, что ткутся из самой потенции быть.
Костюм Дерева. Костюм Реки. Костюм Камня. Костюм Человека.
Каждый — не форма, а приглашение для духа испытать определенный способ существования.
До поры до времени.
Часть первая: МАСТЕР КОСТЮМОВ
В городе Хронос-Сити, где время текло по трубам, как вода, а жизнь измерялась подписками на её отрезки, жил Логан. Он был Мастером Костюмов — лучшим в Гильдии Имиджмейкеров.
Он не просто одевал людей. Он создавал им аватары для реальности.
Костюм Успешного Инвестора (пахнет кожей, холодным кофе и безупречной кредитной историей).
Костюм Несокрушимого Лидера (вес — как у танка, осанка — как у шпиля).
Костюм Жертвы Обстоятельств (лохматый, серый, вечно мокрый на ощупь).
Логан верил, что костюм определяет сознание. Надел — и стал.
Он был так хорош, что сам носил самый сложный костюм — Мастера, — даже во сне.
Он забыл, каково это — чувствовать ветер на коже, которой нет.
Однажды к нему пришел клиент. Не через дверь.
Он просто возник в середине ателье, словой был там всегда.
Это был Атом Созерцатель в своей обычной форме — полупрозрачный, с вселенной внутри.
— Мне нужен костюм, — сказал Атом, и его голос прозвучал как тишина между ударами сердца.
— Для какой цели? Социальный статус? Власть? Камуфляж? — автоматически спросил Логан, уже оценивая «материал» клиента.
— Для забвения, — ответил Атом. — Костюм, который заставит меня забыть, кто я.
Логан впервые почувствовал ледяной укол страха. Но вызов был слишком велик.
— Это будет самый дорогой костюм. Оплата — не деньгами.
— Чем? — спросил Логан.
— Моментом твоего настоящего лица, — сказал Атом. — До и после.
Сделка была заключена.
Часть вторая: ШВЫ НА ДУШЕ
Логан работал как одержимый. Он использовал:
· Нить из страха опоздать — для швов.
· Ткань из одобрения окружающих — для подкладки.
· Пуговицы из амбиций — для застежек.
· Прокладку из старых обид — для жесткости.
Костюм получился великолепным. Он назывался «Искатель Внешних Целей».
Надев его, любое существо должно было забыть о внутренней тишине и броситься в погоню за призраками — деньгами, славой, вечной молодостью.
Когда Атон примерил костюм, в мастерской наступила странная тишина.
Он посмотрел на свои руки — теперь они были плотными, весомыми. Он увидел в зеркале не узор галактик, а человеческое лицо с озабоченным, суетным взглядом.
— Отлично, — сказал Атом новым, резким голосом. — Теперь я могу действовать.
И он вышел в город. Но не для того, чтобы созерцать.
Он стал архитектором хаоса в системе ДО.
Он надевал Костюм Биржевого Аналитика и одним шепотом вызывал панику на рынках, потому что видел не цифры, а страх, стоящий за ними.
Он надевал Костюм Уличного Проповедника и говорил такие простые истины, что люди вокруг начинали рыдать, вспоминая что-то важное, что забыли.
Он надевал Костюм Бездомного и сидел у входа в институт «Хроносан», и каждый, кто переступал порог, на секунду чувствовал, что его жизнь — мыльный пузырь.
Система «ДО» засекла аномалию. Но как поймать того, кто сегодня — министр, а завтра — дворник, и при этом всегда никто?
Логана вызвали на допрос. Бесшумные люди в серебристых костюмах спросили:
— Кто ваш клиент? Что вы ему продали?
— Я… продал ему забвение, — честно ответил Логан.
— Забвение чего?
Тут Логан запнулся. Он вдруг понял, что не знает.
Часть третья: РАСПОРОТЫЙ МАСТЕР
Пока Атом в своих костюмах сеял семена воспоминания в мире, с самим Логаном стало происходить нечто странное.
Часть оплаты — момент его настоящего лица — начала взыскиваться.
Зеркала в его доме стали показывать не его отражение, а пустоту. Не черноту, а именно пустоту — место, где могло бы быть лицо.
Его собственные костюмы, висевшие в гардеробе, начинали шевелиться, когда он проходил мимо, как будто тянулись к нему, желая надеть своего создателя.
Он слышал тихий звон иглы Портного — тот самый, что был в истории про Атома, — но не мог определить, откуда он.
Он понял, что продал не просто момент. Он продал ключ к своей собственной пустоте.
В отчаянии он решил найти Атома. Не Атома в костюме, а того, кто внутри.
Единственной зацепкой был старый, заброшенный Храм Времени, который система «ДО» превратила в музей линейного прогресса.
Там, в зале древних календарей, он нашел его.
Атом сидел в простом Костюме Смотрителя музея, полируя экспонат — каменный диск с спиральным узором.
— Ты пришел за своим лицом? — спросил Атом, не оборачиваясь.
— Я пришел, чтобы понять! — выдохнул Логан. — Что происходит? Кто ты? Что ты делаешь с городом?
Атом повернулся. Его глаза были теперь обычными, человеческими, но в их глубине Логан увидел тот же ужасающий покой, что и в день их встречи.
— Я ношу костюмы, которые ты создал, — сказал Атом. — Я испытываю их изнутри. Каждую ложь, каждое ограничение, каждую боль. Я становлюсь ими, чтобы напомнить им, что они — не я. А ты, Мастер… ты носишь только один костюм. И он прирос к тебе так, что ты принял его за кожу.
Логан посмотрел на свои руки — руки искусного портного. И вдруг увидел их. Не как инструменты, а как чужое облачение. Ему стало невыносимо тесно.
— Сними это с меня! — взмолился он.
— Я не могу, — покачал головой Атом. — Это не моя работа. Моя работа — созерцать и напоминать. Твоя работа — шить. А чтобы снять костюм, который прирос… для этого нужен иной Портной.
Часть четвертая: ИГЛА ИЗНУТРИ
Логан бежал из храма. Его преследовало ощущение, что он застегнут на всю жизнь, и молния вот-вот заест намертво.
Город вокруг него преобразился. Теперь он видел не людей, а ходячие костюмы.
Костюм Карьериста торопился, позванивая часами-наручниками.
Костюм Влюбленного излучал розовый свет, но внутри был пуст.
Костюм Стража Порядка был слеп, кроме меток «свой-чужой» на визорах.
И все они боялись. Боялись, что швы лопнут.
Логан прибежал в свое ателье, чтобы уничтожить его. Но на пороге его ждал последний клиент.
Это был он сам. Точнее, его отражение из пустого зеркала. Оно было безликим, но одетым в ослепительно простой Костюм Из Ничего — просто намек на форму, силуэт на фоне света.
— Ты звал Портного? — спросило отражение. Его голос был голосом той самой тишины из храма.
— Да! — закричал Логан. — Сними с меня это! Вырви!
— Я не снимаю, — сказало отражение. — Я распарываю. Ты готов почувствовать иглу?
Прежде чем Логан ответил, он почувствовал острую, холодную точку у самого сердца. Не боль, а вторжение иного измерения. Это была игла Портного Вечности.
И началась работа.
Его Костюм Мастера не снимали. Его распарывали по швам.
С каждым разрывом нити Логан не терял, а обретал.
Когда распороли шов на груди — он впервые задышал полной грудью, и воздух показался ему божественным нектаром.
Когда распороли швы на запястьях — он почувствовал, как через его руки может течь не сила для работы, а благодарность просто за возможность прикасаться.
Когда распороли самый главный шов — шов, скреплявший маску его личности, — Логан закричал.
Но это был крик не боли, а освобождения от невыносимой тяжести себя.
Под костюмом не оказалось другого, более истинного «Логана».
Под костюмом оказалось пространство.
Бесконечное, светлое, тихое пространство. И в нем — все его костюмы, плавающие как облака: и Инвестора, и Лидера, и Мастера, и Жертвы. Они были больше не на нем. Они были перед ним. Ими можно было любоваться. Или игнорировать.
В центре этого пространства стоял Атом Созерцатель, держа в руках аккуратно сложенный, пустой Костюм «Искателя Внешних Целей».
— Спасибо за примерку, — сказал Атом. — Я понял его устройство. Он больше не нужен.
И костюм рассыпался в прах, который превратился в мерцающую пыльцу и разлетелся.
Эпилог: ПОРТНОЙ СВОЕГО ОТСУТСТВИЯ
Логан больше не шьет костюмов для других.
Он вернулся в свое ателье, но теперь это место называют «Мастерская Воспоминания Ткани».
К нему приходят люди, которые чувствуют, что их костюм жмет.
Он не дает им новый. Он садится напротив, смотрит тихим, простым взглядом (тем самым, что нашел под маской) и спрашивает:
— Кто внутри просит эту форму?
И часто этого вопроса бывает достаточно, чтобы человек вдруг засмеялся — смехом, похожим на звон разбивающихся часов.
Иногда по городу все еще ходит тот или иной костюм, внутри которого светится странный, спокойный свет. Это Атом продолжает свою работу — напоминание через воплощение.
А на берегу вечности, где встречаются океан хаоса и суша формы, сидят двое.
Атом Созерцатель — в своей изначальной полупрозрачности.
И Логан — бывший Мастер, теперь просто наблюдатель за пространством, которое он есть.
— И что, все это — просто костюмы? — как-то спросил Логан, глядя на проходящие мимо галактики, похожие на роскошные, невообразимо сложные мантии.
— Да, — ответил Атом. — Но вопрос не в том, чтобы снять их все.
Вопрос в том, чтобы помнить, что ты их носишь.
Тогда даже самый тяжелый, самый тесный костюм не сможет убедить тебя, что ты — это он.
Тогда можно танцевать в доспехах или спать в королевской мантии.
Потому что внутри — всегда тишина. И игла Портного, которая в любой момент может освободить тебя одним легким движением.
Логан кивнул. Он смотрел на свои руки. Теперь он видел в них не инструмент, не костюм, а чудо. Чудо присутствия.
И где-то в самой глубине, в сердцевине Атома Созерцателя, Портной Вечности улыбнулся, отложил иглу и на мгновение перестал шить.
Этого мгновения хватило, чтобы в мироздании родилась новая возможность — Костюм Без Костюма.
Форма полной свободы.
И кто знает, может быть, когда-нибудь какая-нибудь душа примерит и его.
текст основан, на этой мысли.
(Костюм Маски.
Атом Созерцатель, будуче теперь в духе мира.
Наблюдает за тем кто описывает.
Словом в краске кумира.
Чезез сечатку, радужную оботочку.
Ходит в полях в странах чудес.
Как геоданные, точка.
И тут Атом Слзерцаиель.
Видит на побережъе цель.
В океане хаоса, море.
Это плыла маска героя.
Костюм валюты.
Он на себя в кабинке.
В торговом центре миража.
Одивает, и супер силу обретает.
Меняется и походка.
От которой кроме лести.
Силе, подавления.
Нет толку.
Атом молча.
Это явление созерцает.
И более телом творимого.
В хаосе не управляет.
Маска Гордыня.
Глаза обсолютная власть.
Костюм на петле.
Чтобы в бездне.
Которую Атом освоил.
Не пропасть.
И Атом созерцатель.
Делает вывод.
Тот кто костюмы сие оьувает.
Тот более собрй не управляет.
Тварное лишается творения.
Передавая власть костюму.
Вот и все стихотворение.
И этот образ приобрел матрешку.
Человек, придумал костюм масс.
Аот она и вся, без ращума власть.
Сперва костюм резидениа.
По верх костюм президента.
По верх костюм пентагона.
По верх пентанона нато.
И евросоюз.
И вот ты супер карта.
Не шестерка туз.
И этот костюм управляет всем.
У тебя кук и уатома созерцателя.
Там в глубине сознания.
Нет проблкм.
Но вот она расплата.
Тобой управляет тот.
Кто такойжесозерцатель.
Только в костюме твоей шестерки.
А ты туз, в нейросети.
Подченен болевой пули,
Той самой смертельной иголки.
Гигантизм сей власти равен.
Управляют тузом.
А он созерцает.
И без сил.
Сам себя карает.
Защита от мира.
Стала проклятием.
В стиле оттока финансов.
Симбиота который.
Как упырь тебя.
В этой игркюе, чепез костюм.
Пока иы танцуешь.
Как тень, ИНФЛЯЦИИ поглощает.
И некто кроме тебя, Трамп.
Этого танца не понимает.)