Статистика иногда говорит о состоянии страны точнее любых официальных отчётов. По данным МВД ФРГ, после начала СВО большинство граждан России, запросивших убежище в Германии, — чеченцы. Причём не с небольшим перевесом, а с кратным отрывом: они делали это более чем в пять раз чаще, чем этнические русские. История эта не новая, но именно сейчас она снова вышла на поверхность — и выглядит особенно показательно.
На первый взгляд всё можно объяснить просто. Кто-то уезжает за более спокойной жизнью и социальными гарантиями, кто-то — подальше от возможной мобилизации, кто-то — туда, где уже давно существует устойчивая диаспора. Германия для этого подходит идеально: сильная экономика, щедрая социальная система, десятилетиями наработанная практика предоставления убежища выходцам с Северного Кавказа. Но при более внимательном взгляде становится понятно: перед нами не ситуативный всплеск, а возвращение старого тренда.
Политолог Вадим Трухачёв прямо говорит, что удивляться здесь нечему:
«Это не новый тренд, а старый диагноз. Ещё со времён Второй Чеченской войны у жителей Северного Кавказа, особенно чеченцев, сложилось преимущественное право на получение убежища в ЕС».
В нулевые годы именно они составляли основную массу российских беженцев в Европе, затем поток несколько сократился, но после 2022 года всё вернулось практически в прежнем виде.
Эта статистика бьёт сразу по нескольким чувствительным точкам. С одной стороны — по официальной картине «замирённого» региона, где десятилетиями декларируется высокая лояльность федеральному центру, подчёркнутый патриотизм и готовность «отдать жизнь за Родину». С другой — по финансовой реальности: Чечня остаётся одним из самых дотационных регионов страны. Только в 2026 году республика должна получить около 60 млрд рублей дотаций на выравнивание бюджетной обеспеченности. Возникает неприятный, но неизбежный вопрос: что именно даёт эта модель интеграции на выходе, если при первой серьёзной турбулентности значительная часть людей предпочитает «голосовать ногами»?
По словам Трухачёва, уезжают далеко не только аполитичные люди, ищущие комфорта. «Эти цифры говорят о простом: не все в Чечне лояльны не только Кадырову, но и России в целом. Значительная часть уезжающих — сторонники так называемой Ичкерии. Они не отождествляют себя ни с российским государством, ни с его политикой». Для них переезд — не бегство от конкретной ситуации, а реализация давно существующего плана «Б».
Видео с дзен-канала Максимум и сразу - https://dzen.ru/video/watch/6898a92c6d8df14c215d6348
Важно и то, что Германия вовсе не выглядит той «землёй обетованной», какой её часто представляют в публицистике. Подавляющее большинство заявлений о предоставлении убежища отклоняется. МВД ФРГ прямо указывает, что у немецких властей «нет независимых выводов» о невозможности отказа от службы в ВС РФ по соображениям совести, кроме сообщений в СМИ. Депортации продолжаются и после начала войны, в том числе в отношении лиц призывного возраста. Часть заявителей возвращается в Россию добровольно, получая при этом денежную компенсацию за отъезд.
Отдельная линия — вопросы безопасности. Немецкие спецслужбы ещё 10–15 лет назад фиксировали, что среди чеченских мигрантов высока доля людей с радикальными взглядами и крайне слабой интеграцией. В актуальном ответе МВД ФРГ фракции Die Linke говорится о десяти гражданах РФ, признанных потенциальными исламистскими террористами; восемь из них — чеченцы. При этом лишь один имеет официальный статус беженца. Европа пожинает плоды собственной политики, когда гуманитарные решения годами принимались без попытки разобраться в глубинных причинах миграции и в том, какие именно сообщества формируются внутри принимающих стран.
Но для России эта история ещё болезненнее. Как подчёркивает Трухачёв, «уезжают не просто несогласные, а те, кто голосует ногами против самого проекта своей интеграции в страну». Это означает, что проблема не решается ни финансовыми вливаниями, ни демонстративной лояльностью региональных элит, ни силовым консенсусом. Речь идёт о долгосрочном сбое в национальной и региональной политике, который тянется десятилетиями и каждый раз проявляется в кризисные моменты.
Речь здесь вообще не о Германии. И не о миграции. Речь о том, насколько всерьёз Чечня интегрирована в Россию — не в отчётах, а в реальной жизни. Пока этот вопрос стараются не задавать, статистика отвечает сама.
На связи Максим Обухов. Мой телеграм-канал ЗДЕСЬ.
ПОДДЕРЖАТЬ РАБОТУ КАНАЛА
Отправить донат:
https://yoomoney.ru/to/41001618057417
Kaspi (VISA) - 4400 4302 9433 6463
Карта МИР - 2204 1202 0005 0249