2 января в полицию поступило заявление от жительницы Екатеринбурга: она сообщила о домогательствах к ее дочерям — 13 и 8 лет. Фигурантом стал ее супруг, 39-летний бизнесмен Дмитрий (имя изменено) — мужчина, который позже удочерил девочек. На следующий день его задержали в квартире в Академическом районе. Дмитрий вину отрицает.
Следствие возбудило уголовное дело по статье «насильственные действия сексуального характера». Сколько эпизодов в материалах, пока уточняется. По словам источника, мать утверждает, что это продолжалось около пяти лет: старшая девочка говорит о периоде «с 2021 по февраль 2025-го», младшая — «с начала 2025 по ноябрь».
4 января суд избрал Дмитрию меру пресечения в виде заключения под стражу. Защита просила о более мягком варианте, но апелляция оставила арест без изменений. По этой статье мужчине грозит до 20 лет лишения свободы. Комментариев от адвоката обвиняемого и от следствия по делу нет.
Истории такого типа почти всегда разворачиваются по одному сценарию: в семье происходит разлом — и дальше слова превращаются в протоколы, протоколы в обвинение, обвинение в СИЗО. На этом этапе для окружающих уже звучит не «подозрение» и не «проверка», а ярлык, который прилипает раньше, чем появляется фактура.
Родные Александра Шмакова рассказывают, что он годами помогал семье сестры: «деньги, продукты, дети на руках», а рядом — пьянство, наркотики и «случайные мужчины» в доме. Переломным моментом, по словам его жены Анны, стал ультиматум: «Если ты не прекратишь, я лишу тебя прав и заберу детей». После этого сестра заявила, что Александр якобы насиловал ее дочь — свою племянницу. Семейная война за считаные дни стала делом по одной из самых тяжких статей и закончилась приговором: 15 лет колонии.
Близкие Шмакова настаивают: экспертизы «не показали следов насилия», а защита не увидела убедительных подтверждений обвинения. Анна утверждает, что свидетелей, которые могли бы поддержать алиби, «в суд не допустили». И добавляет фразу, от которой мороз по коже: по ее словам, в колонии Александр встретил человека, осужденного «по тем же людям и той же девочке». Сейчас, как говорят близкие, готовится апелляция.
Новосибирец Олег Пантелеев уже пять лет пытается доказать, что не совершал насилия над шестилетней дочерью соседки — украинской беженки. За это время он провел 3,5 года в СИЗО, дважды был оправдан и получил право на реабилитацию. Но оба оправдательных приговора областной суд отменил и вернул дело на новое рассмотрение — и оно пошло по третьему кругу.
Пантелеев вспоминает, как все началось: лето 2020-го, дача, компания, выпивка. Девочка позвала помочь собрать малину — он помог и ушел. «Свалился в овраг… и отрубился на несколько часов», — говорит он. Утром прозвучала версия об изнасиловании «в кустах малины». Защита указывает на отсутствие свидетелей и на результаты экспертиз. В деле звучали и противоположные оценки: один специалист видел «признаки лжи», другая экспертиза заявляла, что «признаков патологического фантазирования… не выявлено».
Еще один мужчина из Сибири пишет из СИЗО: под стражей полтора года. Он утверждает, что поводом стала семейная драма. После 14 лет брака он заявил о разводе и, по его словам, услышал условия: «переписать дом и платить по 30 тысяч рублей в месяц каждому ребенку». Он отказался — и вскоре стал фигурантом дела об изнасиловании собственного ребенка. «Свидетелей нет», «экспертизы не подтверждают», — настаивает он, но срок, которого он боится, звучит вполне конкретно: около 15 лет.