Парень по имени Ваня и его девушка Лиза готовились к самому важному дню в их городе — Тихой Ярмарке. Это была необычная ярмарка: все старались быть как можно тише — шептали, ходили на цыпочках, продавцы даже меняли колокольчики на мягкие хлопушки. Победителю вручили старинную серебряную ложку «За самое спокойное сердце», и Ваня с Лизой решили, что победа должна была быть их: они приготовят огромный пирог — такой нежный, что от одного его запаха люди забудут, что знают слова «громко» и «шум».
Утро перед ярмаркой началось как в кулинарной книге: мука, яйца, сметана и хитрый рецепт бабушки Лизы, который обещал сделать пирог «пушистым, как облако». Лиза аккуратно помешивала, а Ваня пытался помочь и вместо того, чтобы мерить сахар, сыпнул туда немного... искрящегося конфетного порошка, привезённого для детского фокуса. «Это добавит блеска», — сказал он и гордо улыбнулся.
Пирог испёкся и выглядел как настоящий шедевр: верх — золотой, серединка — как кремовая горка. Ваня с Лизой аккуратно поставили его на тележку и погодили отправиться на ярмарку — ведь тихо, важно. По дороге они шли на цыпочках, миновали сонных котов и старый фонтан, из которого вдруг начала вырываться музыка. Музыка? Да нет, просто пропел самый настоящий уличный певун — воробей в очках, но Ваня и Лиза едва не наступили на него, так тихо они шли.
Когда они появились на ярмарочной площади, все участники замерли, внимательно наблюдая за гигантским пирогом. Судьи — трое почтенных бабушек с прищуренными глазами — щёлкнули пальцами, чтобы показать, что сейчас начнётся дует тишины. Лиза подала пирог на стол — и тут произошло то, о чём в будущем будут шутить все дети города.
Пирог, казалось, ожил: искрящийся порошок изнутри начал тихонько похрустывать, затем — будто проснувшись от долгого сна — он начал медленно вибрировать. Сначала было похоже на смешок, потом — на хихиканье, и внезапно из середины пирога вырвался звук, похожий одновременно на музыкальную шкатулку и на глоток пузырьковой лимонады. Люди замерли. Тишина полыхнула — теперь она была острее, чем раньше.
Ваня схватился за ложку, Лиза — за тарелку, но пирог, похоже, решил, что ему скучно быть просто пирогом. Он начал выплёскивать маленькие конфетные облачки, которые, ударяясь о стол, взрывались не шумом, а мягкими пузырьками, каждый из которых издавал крошечный смешок. Пузырьки подпрыгивали, лопались и от них раздавался тот самый тихий смешок, что невозможно было сдержать: сначала шепотом, потом — чуть громче. Один пузырёк врезался в ухо серьёзной судьи, и из неё, вопреки её привычке молчать, вырнулось небольшое «ха-ха».
Город постепенно наполнялся тихим, но заразительным хохотом. Дети сначала шепотом повторяли «ха-ха», затем начали обмениваться смешками громче и громче. Продавец яблок, который всегда считал эмоции лишними, хлопнул по колену и рассмеялся так звонко, что его яблоки посыпались на землю, устроив миниатюрную фруктовую радугу. Старый почтальон присел на скамейку и вдруг запел — нет, не песню, а что-то между песней и рассказом — о том, как когда-то он потерял шляпу и нашёл смех.
Судьи, сначала в ужасе от нарушения правил, вдруг посмотрели друг на друга, и одна из них — самая строгая — не смогла удержаться: у неё на глазах выступили смешные слёзы смеха. Она встала, подошла к Ване и Лизе и сказала: «Мы всю жизнь учили людей тишине. Но послушайте — этот смех делает мир тише от грусти. Это победа!»
Их пирог получил не только серебряную ложку, но и новую награду — «За лучшее звуковое чудо». Ярмарка поменяла название: теперь это была Ярмарка Тишины И Смеха. Ваня и Лиза сидели на скамеечке, делили последнюю кусочек пирога и смеялись — тихо, громко, и так, что весь город слышал и понимал: иногда лучшее, что можно сделать по ошибке, — это подарить радость всем вокруг.
С тех пор у них дома всегда лежала маленькая банка с искрящимся порошком — на случай, если понадобится немножко чудесного смешка. Только теперь они знали: главное — не то, как ты задумал, а то, что получилось. А если получится шумно — значит, получилось весело.