Мы видим чужую жизнь со стороны — ровную, побелённую, с колоннами успеха. А свою знаем изнутри: с неубранным столом, обидами, страхами и сомнениями. И потому сравнение почти всегда лжёт. Вот говорят: она оспорила брачный договор и отсудила у мужа половину. Фасад — смелая, победившая. Кухня — годы жизни в зависимости, подписи, поставленные в страхе, ночи, когда некуда было уйти. Суд — не триумф, а попытка вернуть себе голос. А вот он — украл детей. Фасад — негодяй, лишённый совести. Кухня — страх потерять единственное, что ещё связывает с прошлой жизнью; неверие в суд, паника, бегство. Преступление не перестаёт быть преступлением, но за ним почти всегда стоит не холодный расчёт, а отчаяние. Или ещё: детей от нового брака он любит, а старых забыл. Фасад — предатель. Кухня — неумение выдерживать чувство вины, проще вычеркнуть прошлое, чем каждый день смотреть ему в глаза. Юристу особенно хорошо видно: в делах нет чёрно-белых людей. Есть поступки - да, их оценивает закон. Но человеческ